Юмор

В 1994 году автору этих строк пришлось выступить организатором серии встреч Митрополита Волоколамского и Юрьевского Питирима (1926–2003) (в миру – Константина Владимировича Нечаева) с личным составом Военно-инженерной академии им. В. В. Куйбышева. По рекомендации своего старшего товарища генерала Александра…

На поле Куликовой брани. Срывая, дерн с земли руками. Уж близко дом, родной подъезд. Но, тяжесть на него легла. Как будто чёрт, 12 пудовый, С ногами на спину залез. В то время девушка с работы шла. Примерно весом в килограмм полста. Увидела его и пожалела. Не постижима Русской женщины…

– Как же, – бормотал Андрей, – как же так случилось? Что же теперь будет? Положение было действительно ужасное. Девяносто пять произведений трактовали о буржуях, для которых тринадцатая годовщина является поистине чертовой дюжиной. В остальных шестидесяти пяти хоралах Андрей Бездетный высмеивал вредителей…

Полковник выпивает три стопки, неторопливо, степенно закусывая. Время от времени он поглядывает на Марину, которая одаривает его ответными гривуазными взглядами. Ей не больше 25, симпатяжка с упругой жопкой и маленькой грудью – ему такие всегда нравились. А не тряхнуть ли стариной, усмехается Иван Василич…

История моего позора, как выражался высокопарно глава семьи Гордон Суревер Стейдж, мой дед, произошла два месяца назад, в момент, когда Аквийские земли (кроме конечно, Ванн), Сувар насыщал теплом и бесконечным летом. Я влюбилась. И не знала, что за это наказывают, так бессердечно! А позорно это оказалось…

– Прямо замечательный мальчик! Я спрашиваю: учишься? А он, представьте: учусь, – говорит. Сколько ему? – Девятый. Остальные гости тоже поворачивали ко мне скучающие лица, и разговор начинал тлеть, чадить и дымить, как плохой костер из сырых веток. – Неужели девятый? А я думал – семь. – Время-то…

– Темный вы народ, – сказал студент, вздыхая. Ему бы нужно было, ругнувши мужиков, раскланяться с ними и удалиться, но студента погубило то, что он был интеллигент до мозга костей. – Темный вы народ! – повторил он. – Знаете ли вы, например, что эпидемия холеры распространяется не от порошков, а от…

Пристав взял его руку, пощупал пульс и спросил: — Как вы себя сейчас чувствуете? — Мирнообновленцем! Пристав потыкал пальцем в голову Иванова: — Не готово ещё… Не созрел! А вчера как вы себя чувствовали? — Октябристом, — вздохнул Иванов. — До обеда — правым крылом, а после обеда левым… —…

– Ты бы мог их поубивать? Он усмехался прекрасными толстыми губами (никогда у меня не будет таких прекрасных губ – печально думал я): – Да уж получили бы они от меня гостинец… – А ты кого-нибудь убивал? – Да… бывало… – Зевота и плевок прерывали его речь (прекрасная зевота! чудесный неподражаемый…

Бармен, словно заводная игрушка, выполнил приказ, налив ром в стакан. Лиам одним глотком осушил его, не сводя глаз с бандитов. Его лицо было непроницаемым, но в глазах плясало пламя. Затем, усмехнувшись, он поднял револьвер и выстрелил в потолок. Острый запах пороха наполнил помещение. — А теперь……

– Ирааа! Ты меня слышишь, нет? – заволновалась Инна. – Слышу! – покорно призналась Ирина. – А чего я сейчас сказала? – Что дача Колина. Да я помню… – ей не хотелось говорить про Колину дачу, совсем не было сил. – Так ты её делить не будешь? – переживала Инна. Нет, понятно, почему переживала.…

При виде неё бета-тестеры удивлённо открыли рты, но не сразу нашли что сказать. Наконец, Банзай поражённо просипел: — Это же… — Не может быть, — выдавил из себя Махмуд. — Я думал, «Фикус» тогда шутили, — прошептал Мак-Мэд. — О нет, — раздалось у них за спинами. От замогильного голоса Копии…

Главбух на какое-то время задумался, и вдруг лицо его прояснилось: — Полетишь на Луну. На ракете. Один. Проездные, космические, лунные, невесомые, надбавка за перегрузки. Полет на Луну был благополучным. Аргонавтов, привыкший к штурмовщине, выдержал все перегрузки. После возвращения Аргонавтова…

Всё ещё захлёбываясь в слезах, я спешно сползала по каменистым склонам, пытаясь уцепиться за чахлые деревца. Лес, что окружал замок Изэр был бы легко проходим, если бы не был расположен в предгорье, где каждый неосторожный шаг нёс в себе опасность. К сожалению, ни моя пышная фигура, ни такое же платье…

16 Всем девицам будь отрада, Рви в саду для них плоды, Не показывай им зада Без особенной нужды. 17 Проводя в деревне лето, Их своди на скотный двор: Помогает много это Расширять их кругозор; 18 Но, желаньем подстрекаем Их сюрпризом…

Вот что говорит мой собрат по перу, знаменитый русский поэт и гражданин К. Бальмонт, мужественно боровшийся в прежнее время, как и я, против уродливостей минувшего царизма. Вот его буквальные слова о сущности революции и защите ее: «Революция хороша, когда она сбрасывает гнет. Но не революциями,…

Ковбой с нарисованными усами А вот ФБРу приходится самому разыскивать грабителя банков. Он до того нагл, что в качестве единственной маскировки использует нарисованные ручкой усы. За год данный ковбой с нарисованными усами ограбил восемь банков. Это белый мужчина. Но до сих пор еще никто не видал…

День 16. Сержант умудрился угодить в две ловушки, поэтому напоминал свежевыкрашенного хамелеона. Учились метать вилки и ложки. Потому что сержант сказал, что ножи «каждый дурак умеет метать». Завтра будем метать зонтики. День 17. Метали зонтики. Хорошо кинутый зонтик прошибает фанеру в 5 мм с 20…

– Товарищ проводник, тут в пятом купе едет профессор Крюков, вы уж проследите, чтоб он ни в чем не нуждался, а то эти профессора – они ж, как маленькие дети! – Отчего ж не проследить, прослежу, – прогудел добродушный голос проводника. Наконец, Люся появилась на перроне перед окном, и в этот момент…

Вот, пришел я к нему в воскресенье, подъехали к куче, стали складывать... Тут, как на зло, ментовка подъезжает. Дружок мой, не оборачиваясь, тихо мне говорит: «Выкладывай обратно кирпичи – в кучу...» Стали мы их выкладывать, а милиционер из машины вышел, наблюдает. Потом подошел: «Чем это вы тут занимаетесь?»…