Чтение онлайн

В то время в компьютерной индустрии никто и не думал создавать реальные компьютеры на каких-то микропроцессорах. Например, в статье из «Electronics» микропроцессор 8008 описывался как устройство, «пригодное для арифметических вычислений, систем управления и интеллектуальных терминалов». Авторы статьи даже и не предполагали, что микропроцессор когда-нибудь «вырастет» в универсальный компьютер. Микропроцессоры тогда были медленными и могли обрабатывать очень ограниченные объемы информации. Ни один из языков, известных программистам, не был доступен 8008, что практически не позволяло разрабатывать для него сколько-нибудь сложные программы. Приложения приходилось программировать несколькими десятками простых инструкций, «понятных» этому микропроцессору. Обреченный на жизнь «рабочей лошадки», он снова и снова выполнял одни и те же простенькие задачи. Особенно часто его использовали в лифтах и калькуляторах.

Иными словами, простой микропроцессор, применяемый, скажем, в системе управления лифтом, – всего лишь отдельный инструмент, барабан или рожок, который в руках неискушенного музыканта вполне способен вывести несложную мелодию или выделить основной ритм. А мощный микропроцессор, поддерживающий языки программирования, подобен профессиональному оркестру. Под управлением нужных программ он может сыграть сложнейшие вещи.

Гейтс и Аллен заинтересовались, какие программы можно сделать на микропроцессоре 8008. Пол связался с Intel и попросил выслать документацию. Слегка удивившись, когда ее действительно прислали, друзья с головой окунулись в работу. Билл разработал версию Бейсика, «ходившую» на DEC PDP-8, и думал, что ему удастся сделать то же самое и для крошечного чипа фирмы Intel. Но, изучив документацию, понял, что не стоит и пытаться. Микропроцессор оказался слишком прост, в нем было слишком мало транзисторов.

Однако будущие миллиардеры придумали, как использовать этот маленький чип для устройства, которое анализировало информацию, снимаемую с уличных мониторов. Многие муниципалитеты, замеряя интенсивность транспортного потока, делали так: поперек улицы протягивали резиновую кишку. Когда ее переезжал автомобиль, она пробивала бумажную ленту в металлическом ящике, закрепленном на конце этой кишки. Друзья увидели, что для обработки лент можно использовать 8008 микропроцессор – чтобы с его помощью печатать диаграммы и другую статистику. Свое первое детище Гейтс и Аллен окрестили Traf-O-Data.

В декабре 1974 года Билл Гейтс увидел компьютер за 397 долларов, который, по словам его друга Пола Аллена, мог бы собрать любой. Единственное, чего не хватало машине, было программное обеспечение. Вот что писал по этому поводу сам Гейтс в своей книге «Дорога в будущее»: «На обложке журнала была помещена фотография очень маленького компьютера, размером с тостер. Назывался он чуть-чуть достойнее нашей Traf-O-Data: Altair 8800 (заимствовано из кинофильма Star Trek). Его продавали по цене 397 долларов за сборный комплект (без клавиатуры и дисплея). У него было 16 адресных переключателей и 16 световых индикаторов. Вы могли заставить индикаторы перемигиваться на передней панели, вот, собственно, и все. Основная его проблема – отсутствие программного обеспечения. Altair 8800 нельзя было программировать, что превращало его скорее в новинку-игрушку, чем в серьезный инструмент».

Дело в том, что вплоть до 1964 года каждая модель компьютера, даже от одного изготовителя, была уникальна и требовала своей операционной системы и прикладного программного обеспечения. Операционная система, иногда ее называют дисковой операционной системой (Disk-Operating System), или просто DOS, – фундаментальная программа, управляющая компонентами компьютерной системы, координирующая их взаимодействие и выполняющая другие функции. Без операционной системы компьютер бесполезен. Она служит той платформой, на которой работают все остальные программы – будь то текстовые процессоры, электронные таблицы или бухгалтерские приложения.

Появившаяся в 1975 году в «Попьюлар Электроник» («Популярная электроника») передовица, посвященная созданному компанией MITS компьютеру «Альтаир», привлекла внимание Гейтса и Аллена. Они связались с MITS и предложили написать программу на Бейсике для нового любительского компьютера. Вот что об этом пишет сам Билл Гейтс в своей книге «Дорога в будущее»: «Последние двадцать лет обернулись для меня одним сплошным приключением. А началось все в тот день, когда я и мой друг Пол Аллен (Paul Allen), студенты-второкурсники, стояли на Harvard Square и сосредоточенно изучали описание сборного компьютера в журнале «Popular Electronics». С волнением читая о первом, действительно персональном компьютере, мы с Полом, конечно же, не представляли всех его возможностей, но в том, что он изменит и нас, и мир вычислительной техники были абсолютно уверены. Так и случилось». Нужно отметить, что память этого компьютера была рассчитана примерно на 4 тысячи символов – в сотни тысяч раз меньше, чем у его современных аналогов. Кроме того, Гейтс и Аллен ни разу не видели этот компьютер, и программу для него им пришлось писать по сделанной Алленом модели. Работая по восемнадцать часов в сутки в лаборатории Гарварда, они сделали программу, которую Пол повез в Альбукерк. Девятнадцатилетний Гейтс взял академический отпуск в Гарварде и тоже отправился в Альбукерк, где снял комнату в мотеле через дорогу от MITS. Он писал программы и находил время, чтобы работать над организацией Micro-soft (дефис Гейтс и Аллен убрали из названия намного позже), через которую собирался строить отношения с MITS. Они с Алленом занимали одну комнату на двоих, при этом Билл писал программы, а Пол выполнял для MITS другую работу. Они день и ночь работали над созданием этих первых программ на Бейсике.

Билл Гейтс пишет о тех временах: «Мы знали, что основать фирму – значит пойти на немалые жертвы. Но в то же время понимали, что делать это нужно сейчас, – иначе упустим свой шанс в программировании для микрокомпьютеров. Весной 1975 года Пол уволился с работы, а я решил оставить Гарвард. Этот шаг я обсудил с родителями, которые здорово соображали в бизнесе. Они поняли, насколько сильно мое желание открыть свою программистскую фирму, и поддержали меня. План был таков: взять академический отпуск, организовать фирму и уже потом вернуться в Гарвард и закончить колледж. Я вовсе не собирался отказываться от степени, а просто брал довольно продолжительный отпуск. В отличие от некоторых студентов, я любил колледж. Мне нравилось сидеть на занятиях, беседовать с умными сверстниками. Однако я чувствовал, что случай организовать свою фирму может больше и не подвернуться. Так, в 19 лет я окунулся в мир бизнеса».

Первые пять заказчиков Microsoft обанкротились, но ребята не отчаивались и в 1979 году возвратились в Сиэтл. В том году Билл Гейтс был отчислен из университета за прогулы и неуспеваемость, но не очень расстроился по этому поводу, поскольку получил предложение от компании IBM создать операционную систему для первого в мире персонального компьютера.

Гейтсу требовался помощник, и тогда он обратился к своему старому гарвардскому приятелю по курсу «Экономика 2010», Стиву Балмеру. Окончив колледж, Стив работал младшим менеджером по производству на фирме Procter & Gamble в Цинциннати. Через несколько лет он поступил в Стэнфордскую школу бизнеса (Stanford Business School). К тому времени, когда Гейтс ему позвонил, Стив уже окончил первый курс и хотел продолжить учебу, но, услышав предложение стать совладельцем Microsoft, без колебаний пополнил список «вечных студентов». Долевая собственность, которую Microsoft передавала большинству своих сотрудников через права на покупку акций, оказалась настолько эффективным механизмом, что и вообразить никто не мог. В руках сотрудников находились акции буквально на миллиарды долларов.

Где-то через 3 недели после приезда Стива в Microsoft друзья первый раз крупно поспорили. Тогда Microsoft наняла около тридцати человек, и Стив решил, что нужно немедленно взять еще человек пятьдесят. «Ни в коем случае», – сказал Гейтс. Многие из прежних заказчиков Microsoft обанкротились, и вполне естественный страх остаться без цента в момент всеобщего бума делал его осторожным. Но Стив стоял на своем, и Билл уступил: «Ладно, продолжай нанимать талантливых сотрудников, но я скажу, когда мы больше не сможем себе этого позволить». Однако говорить так ничего и не пришлось, потому что доходы росли быстрее, чем Стиву удавалось находить таланты.

Среди первых клиентов Microsoft были японцы, которые оказались настолько пунктуальными, что за минутное отставание от графика присылали кого-нибудь в качестве наблюдателя. Конечно, все понимали, что «наблюдатель» ничем не поможет, но все равно клиенты заставляли Гейтса просиживать в офисе Microsoft по 18 часов. Вполне могли спросить: «Почему изменены сроки? Нам надо знать причину. Тогда мы исправим то, что вызвало задержку».

К 1979 году почти половину заказов обеспечивала Япония. Это была заслуга Кацухико (Кай) Ниси (Kazuhiko (Kay) Nishi). В 1978 году он позвонил Гейтсу и представился. У них было много общего – одногодки, студенты колледжа в академическом отпуске, увлеченные персональными компьютерами. Встретились они несколько месяцев спустя на конференции в Анахайме (штат Калифорния), а потом вместе полетели в Альбукерке. Там был подписан полуторастраничный контракт, по которому Кай получал исключительные права на распространение Microsoft BASIC в Восточной Азии. По этому контракту были проведены сделки на сумму свыше 150 миллионов долларов – раз в десять больше, чем ожидалось.

Манера ведения бизнеса Кацухико Ниси представляла собой нечто среднее между тем, что принято в Японии, и тем, что принято в Соединенных Штатах. Одевался он очень экстравагантно, и компании Microsoft это было на руку, так как укрепляло впечатление японских бизнесменов о представителях компании как о ребятах энергичных и современных. Гейтс вспоминает: «Когда я был в Японии, мы не вылезали из гостиничного номера: ему беспрестанно звонили, даже ночью, делая заказы. Это было поразительно. Одно время, между тремя и пятью утра, телефон молчал, а когда в пять он зазвонил, Кай, снимая трубку, буркнул: "Что-то сегодня ночью бизнес идет вяло". В общем, поездка получилась впечатляющей».