Чтение онлайн

Есть и еще один важный мотив, который заставлял многих, особенно немецких, авторов обвинять своего недавнего властителя в безумии. Если Гитлер был сумасшедшим – значит, все его мысли и поступки были продиктованы его больным сознанием, они не имели никакой связи с идеями, менталитетом и настроениями современного ему общества. К примеру, гитлеровский антисемитизм – следствие психического расстройства, а не логичный итог европейского антисемитизма конца XIX века. А следовательно, ответственность за все преступления лежит исключительно на нем, окружающие лишь вынуждены были выполнять его безумные приказы. Такая трактовка в очередной раз позволяет уйти от неприятных ответов на вопросы, касающиеся ужасов Третьего рейха, и забыть, что отнюдь не лично Гитлер бил окна еврейских магазинов в «Хрустальную ночь», конструировал газовые камеры и сжигал заживо детей и стариков в русских деревнях.

Итак – были ли у Гитлера психические отклонения? Встречный вопрос – а много ли вы знаете людей без малейших отклонений? Психологи и психиатры утверждают, что таковых нет вообще. У каждого из нас есть какие-то детские психологические травмы, фобии, навязчивые идеи, которые окружающие склонны считать особенностями характера. Наверное, справедливо, иначе пришлось бы признать, что все люди вокруг – в той или иной мере сумасшедшие. Поэтому на вопрос о психических отклонениях у Гитлера можно с уверенностью ответить утвердительно – да, как и у девяноста девяти (или даже ста) процентов людей, населяющих нашу планету. Вопрос, скорее, в том, что это были за отклонения и насколько сильно они определяли его образ мыслей и действий.

Некоторые историки связывают появление у Гитлера психического расстройства с его военным опытом. По данному поводу существует самая различная информация – вплоть до того, что будущий фюрер германского народа был зомбирован. Вот что говорится на этот счет в одной недавно опубликованной статье:

«В годы Первой мировой войны Гитлер был зомбирован. Это сенсационное утверждение принадлежит литератору-историку Дэвиду Льюису и доказывается в вышедшей в Европе его новой книге «Человек, который создал Гитлера».

Автор приводит ранее неизвестные факты, согласно которым ведущий психолог Германии профессор Эдмунд Фостер в ноябре 1918 года провел над Шикльгрубером (настоящая фамилия Гитлера) серию психологических и гипнотических опытов. В результате у ефрейтора развился «комплекс собственной избранности».

Зомбированию будущий фюрер подвергся в военном госпитале, куда поступил в октябре 1918 года в тяжелом психологическом состоянии: он внушил себе, что в результате газовой атаки потерял зрение. Хотя его глаза находились в полном физическом порядке, что было засвидетельствовано врачами, Гитлер считал себя полностью ослепшим. Доктор Фостер понял проблему пациента и решил вылечить его с помощью гипноза. Он заявил Гитлеру, что тот действительно ослеп, однако, будучи избранным самим провидением, способен усилием воли вернуть себе зрение. Профессору удалось заставить пациента поверить в себя, и Гитлер «прозрел». Это произвело на него столь сильное эмоциональное потрясение, что Гитлер навсегда поверил в свои сверхчеловеческие возможности.

В середине 1933 года Эдмунд Фостер попытался опубликовать за границей психологический портрет канцлера Адольфа Гитлера и сообщить об особенностях своих опытов над ним. После этого профессор был ликвидирован гестапо».

Книгу господина Льюиса я, каюсь, не читал. Впрочем, я и без этого знаю, что настоящая фамилия Гитлера – это Гитлер, а миф о «Шикльгрубере» является более поздней и весьма неудачной поделкой. Равно как и то, что идеи собственной избранности стали приходить Гитлеру задолго до войны. В общем, в этой статье есть только один достоверный факт – то, что Гитлер был ранен и попал в госпиталь. Не могло ли это оказать фатальное воздействие на его психику?

Не знаю как у вас, а у меня Эрих Мария Ремарк – один из самых любимых писателей. В своих книгах он прекрасно описывает сознание обычного человека, ставшего солдатом и вынужденного убивать себе подобных, а также те практически необратимые изменения, которые потом, после войны, мешают ему вернуться к нормальной жизни. Психологическая травма, которую война наносит миллионам людей, приводит к феномену «потерянного поколения», блестяще описанного Ремарком, да и не только им одним. Медики используют для него свой термин – посттравматический стрессовый синдром (ПТСС).

Посттравматический стрессовый синдром – это комплекс психических нарушений, возникающих в результате длительного или кратковременного пребывания в экстремальной ситуации. ПТСС представляют собой болезненные состояния, возникающие через некоторое время после психической травмы. Чаще всего они проявляются в три этапа. Острый стресс дает о себе знать непосредственно после выхода из экстремальной ситуации. В частности – боя. Отсроченный – через несколько дней. Спустя несколько месяцев после затишья – периода мнимого благополучия обнаруживаются характерные черты тяжелой формы посттравматического состояния, мешающие человеку нормально жить и чувствовать себя таким же, как все. Эта стадия может длиться всю жизнь. Очевидные признаки ПТСС – бессонница, снижение самоконтроля, повышенная агрессивность, неадекватность восприятия окружающей реальности. Страдающих этим расстройством могут посещать кошмарные сновидения, возвращающие к событиям экстремальной ситуации. В результате человек находится в постоянном напряжении, которое невозможно снять обычным путем. Повышенная агрессивность может проявляться в чрезмерно острой реакции на какие-то высказывания, ключевые фразы, вызывающие ассоциации с пережитым, бытовые конфликтные ситуации.

Медики считают, что у любого человека на войне, даже у профессионального военного, под воздействием постоянного стресса неизбежно меняются и психика, и психология. Такие люди часто становятся замкнутыми, агрессивными в мирной жизни, впадают в депрессии, многие думают о своем военном прошлом как о лучших годах.

Оказавшись на «гражданке», они стараются устроиться на работу в службы безопасности, силовые ведомства – туда, где востребованы приобретенные на войне навыки. Кто-то попадает в криминальные структуры. В противном случае возникает чувство ненужности и нереализованности, что неизбежно приводит к проблемам и конфликтам с окружающими. Боец, ощущавший удовольствие от опасности, подсознательно ищет такую ситуацию, чтобы снова испытать это чувство.

Вот что говорит по этому поводу участник первой чеченской кампании, подполковник запаса, кандидат медицинских наук Андрей Федоров: «Такие люди втрое чаще болеют соматическими заболеваниями, у них открываются язвы желудка, они переносят инфаркты, раньше умирают. И это мужчины от 20 до 50 лет – самая активная часть общества, которая должна быть здорова, должна зарабатывать деньги, содержать семьи, а не болеть. Например, спецназовцы, чаще всего это офицеры с высшим образованием, мастера спорта, за плечами у каждого 5–6 командировок по полгода в течение 4 лет. За это время они становятся инвалидами и физически, и психически. Причем мы говорим о профессионалах. А солдаты… У пацана, который в 18–19 лет попал на фронт, остается на всю жизнь сломанная психика».

Гитлер, конечно, попал на фронт в более зрелом возрасте, но это не спасло его – как и практически все его поколение – от психологической травмы. Считать ли его на этом основании сумасшедшим? Но тогда придется записывать в безумцы миллионы людей, прошедших войну. Вряд ли такое решение будет обоснованным.

Поэтому не стоит списывать все на войну. Надо сказать, что Гитлеру независимо от нее ставили очень много разных психиатрических диагнозов. Если не принимать в расчет «диагнозы», поставленные психоаналитиками в русле их мифологии («злокачественная кровосмесительная привязанность», «некрофилия» и т. п.), и рассматривать только болезни, признанные в современных научных классификациях, а также отсеять малоубедительные диагнозы (например, маниакально-депрессивный психоз и эпилепсия), то остаются две более или менее несомненные вещи: нарциссизм и паранойя.

Начнем с первого из них. Медики дают нарциссизму следующее определение: «Диагностические критерии нарциссического личностного расстройства включают всепроникающий паттерн грандиозности и отсутствия эмпатии. Диагностические признаки для этого расстройства включают: грандиозное чувство самозначимости; отсутствие эмпатии; ярость и агрессия; вера в собственную уникальность и исключительность; потребность в восхищении; эксплуатативность в межличностных отношениях; зависть к достижениям других; чувство привилегированности; пренебрежение к этическим нормам; вызывающее, наглое поведение; патологическое вранье; склонность к реактивным депрессиям; ипохондрия. Согласно одной из теорий, в основе нарциссизма лежит противоворечие, заключающееся в одновременном наличии демонстративной грандиозности и подлинной, но скрываемой неуверенности (неполноценности). Настоящее «Я» – это неполноценность, а грандиозность – ее компенсация».