Чтение онлайн

20 сентября 1942 г. тов. Дикан И. М. дал приказ обратно двигаться к железной дороге. В ходе движения, недалеко от деревни Дедово встретились с группой карателей, завязался небольшой бой, каратели удрали, один партизан из группы Лебедева был ранен. Пунктом для форсирования железной дороги был выбран лесной массив около поселка Тупик. Провели разведку, к нашему счастью в поселке Тупик жил родственник партизана Скобелева С. М., который доложил, что немцы и изменники начали блокировать лес и движутся от новостройки и дер. Вьюн от железнодорожного полотна, прижимая группы партизан к реке Друть. Как установила наша разведка, да и нам стало видно, что по просекам движутся танки. Мы начали отходить к реке Друть в направлении дер. Хомичи, но дер. Хомичи уже была занята карателями, также дер. Шмаки и Подселы и другие населенные пункты. Пришлось отходить к реке Друть ниже деревни Хомичи и Подселы по левому берегу к Смолозаводу. Население деревни Подселы находилось в кустарнике на правом берегу Друти. Стало необходимо форсировать реку. В этом нам помогло местное население. В лодках переправили через реку. Покормили нас картошкой, рассказали о том, что севернее дороги на Подселы на поле расположились и окопались каратели, и что положение наше крайне опасно, ибо у нас было 65 человек, а у немцев крупные силы, и что партизаны с дер. Шмаки и Подселы ушли в крупные леса, укрываясь от блокировки. Положение было крайне опасное. Но нам оказал помощь брат бургомистра Мурачев Андрей, который кустарником и низиной недалеко от немецко – предательских окопов, цепочкой провел нас в лес недалеко от поселка Дубцы и дер. Залитвинье. Поскольку с нами были партизаны с группы самообороны дер. Шмаки Скобелев С. М., Сосункевич Егор и Ковалев Аркадий Романович, знавшие хорошо эти леса, они нам помогли сориентироваться на местности, ибо это было ночью и было очень темно. Утром 25 сентября 1942 г. разобрались по карте и, определив местонахождение, углубились в лес, в болотистое место, где пришлось просидеть 3 дня. Огня разжигать не разрешалось, ибо могли себя разоблачить и выявить место нашего нахождения. Пришлось сидеть голодными и пить болотную воду сырую с микробами и козявками. Провели тщательную разведку, узнали, что левая сторона леса по течению Друти до железной дороги свободна, блокирование тех лесов закончено. Форсировали Друть, направились к дер. Трилесино – это деревня Старосельского сельсовета. В болоте наткнулись на лежащего человека. Это был некто Ткачев, который работал у немцев в Рогачеве и шел домой, увидев партизан – хотел скрыться, он был житель дер. Трилесино. Под силой оружия не охотно он согласился выполнить приказ тов. Дикана И. М. форсировать железную дорогу в районе 16-го разъезда и станции Рогачев в 4-х км от Рогачева. 30 сентября мы добрались до дер. Заездье. Сделав дневку, 30 сентября ночью на 1 октября в районе Заездья форсировали реку Днепр. Переночевали под стогами сена и ранним утром мы очутились в лесу в урочище Круглое. Разведали лес, ибо никто его расположение не знал. Отыскали место для стоянки, временно остановились в Шапчицком лесу в 10 км от дер. Шапчицы и 6 км от поселка Хвощ, недалеко от поляны Лески, где до 1939 г. был поселок. Группы, которые направлялись в Чериковский и Кричевский районы ушли в свои районы.

Так закончилась операция и действия по форсированию рек Друть и Днепр и переходу железнодорожной линии.

В группе Дикана И. М. было 15 человек. Командиром группы был Трубачев Василий Антонович, комиссаром – Дикан Игнат Максимович. В группе были члены партии: Дикан И. М., Белых Степан Митрофанович, Василенко Матрона Алексеевна, кандидат в члены партии Будников Петр Васильевич, комсомольцы – Ковалев Виктор Семенович, Герасимов Иван Михайлович, Лазарев Юрий Степанович, Совицкий Игорь Петрович, Юшкевич Нина Владимировна, Шкаликова Александра Филипповна, Трубачев Василий Антонович, беспартийные: Глушаков Николай Егорович, Геврасев Николай Кононович, Бебех Максим, которого расстрелял Белых С. М. 10 октября 1942 г. за мародерство и пьянство, Козлов Михаил Кузьмич – кандидат в члены партии остался в Озеранских лесах в связи с ранением рук от разрыва капсюля гранаты по неосторожности. Для оказания помощи тов. Козлову М. К., связи с 537-м партизанским отрядом и с партизанами Самообороны, я оставил партизана Сосункевича Егора, жителя дер. Шмаки.

Группу тов. Дикана И. М. сопровождали: я, Антонов Филипп Карпович – начальник штаба группы партизан самообороны, кандидат в члены ВКПБ с 1940 г., партизаны: Скобелев Семен Михайлович – член ВЛКСМ, Ковалев Аркадий Романович – член ВЛКСМ и военнопленный Барковский Алексей Иванович, который встретился с группой Дикана 30-го сентября 1942 г. в дер. Шмаки и изъявил желание остаться в партизанах, также член ВЛКСМ. Таким образом, наша группа на 10-е октября 1942 г. состояла из 17 человек, в том числе членов партии – 3, кандидатов – 2, комсомольцев 10 и беспартийных – 2 человека.

Группа партизан Дикана немедленно развернула работу по налаживанию связи с местным населением, вербовки связных и привлечению местного населения в партизаны, в первую очередь коммунистов, комсомольцев и активных людей из беспартийных Журавичского района. Здесь и пригодилось то, что я хорошо знал почти весь актив надежных людей своего района.

Поскольку Белорусским штабом партизанского движения дано было задание подорвать мост на шоссе между деревень Серебрянка – Гадиловичи на реке около дер. Ракутино, тов. Дикан И. М. и тов. Белых С. М. направились к дер. Ракутино. Эта деревня окружалась лесом, и подход к мосту был возможным. Это было 2-го октября 1942 г., а я и тов. Скобелев С. М. направились в дер. Хмелинец, где проживал тов. Дивоченко Самуил Павлович, член партии, я его знал лично. Тов. Белых С. М. и Дикан И. М. в лесу недалеко от дер. Свержень встретились с тов. Журавлевым Михаилом Петровичем и Кудрицким Иваном Ивановичем, договорились о связи и связных, о подборе людей в партизаны. Так наладилась первая связь в дер. Свержень.

Я пришел в квартиру тов. Дивоченко С. П., его дома не было. Он мне крайне был необходим, ибо он Журавичским райкомом партии был оставлен ответственным за организацию партизанских отрядов в Сверженских и Федоровских лесах, также тов. Дивоченко С. П. принял на хранение от райкома партии продукты питания, оружие, боеприпасы и другое имущество для снабжения партизанских отрядов. Тов. Дивоченко С. П. в доме не оказалось, он ушел ночевать в дер. Старый Довск к своему свояку Крошко Антону, который работал в то время старостой дер. Довск. Я поговорил с его женой, передал брошюры и газеты, которые принесли с собой товарищи с группы Дикана И. М. с Большой Земли, дал ей задание сходить в дер. Серебрянку где жила сестра моей жены, узнать состояние моей семьи. Возможно, она вернулась с дер. Шмаки в связи с тем, что там вся территория лесов и лугов подвергалась блокировке. Указал срок и место явки, и мы ушли в лагерь. 3-го октября 1942 г. тов. Дикан, Белых и другие ушли в направлении дер. Свержень по организационной работе, ибо договорились с тов. Журавлевым М. П. и тов. Кудрицким И. И. встретиться в назначенном месте. Я вместе со Скобелевым С. М. и Геврасевым Николаем направились к месту, куда должен был прийти тов. Дивоченко С. П. Пришли, простояли в ожидании весь день, но тов. Дивоченко С. П. так и не явился, встреча не состоялась. Спустя несколько дней я повторил попытку встречи с тов. Дивоченко С. П., пришел к нему в дом с группой партизан, так как были и другие дела – заготовка продовольствия для питания партизан. Встретились с Автушковым Максимом Антоновичем, он знал меня кандидатом в члены партии, который на мой вопрос о вступлении в партизанский отряд отозвался с полным удовольствием и сказал, что готов сейчас. Я ему сказал, что нет, подберите еще часть людей беспартийных и тогда заберем вас всех разом. Так и решили. Тов. Автушков М. А. остался выполнять задание и готовить людей в партизанский отряд не только в дер. Хмелинец, но и в дер. Юдичи. Тов. Дивоченко С. П. в эту ночь в доме не оказалось, он также ушел в Старый Довск к Крошко Антону, укрываясь то ли от полиции, то ли от партизан. От жены Дивоченко С. П. я узнал, что моя семья нашлась и проживает у своей сестры в дер. Серебрянка у Потапенко Федосьи Кузьминичны. Я попросил жену Дивоченко С. П., чтобы она сходила в Серебрянку к моей жене и вместе пришли в лес южнее поселка Хвощ, мы будем их ждать примерно в 14–16 часов 11 октября 1942 г.

За этот период тов. Журавлев М. П. подготовил для вступления в партизаны коммунистов, временно проживавших в Свержне: Савченко Филиппа Игнатича, Михунова Ивана Афанасьевича. 10 октября 1942 г. вместе с тов. Диканом И. М. прибыли в дер. Свержень и конспиративно взяли в партизанский отряд тов. Журавлева М. П., Михунова И. А. и Савченко Ф. И., сделав небольшой шум, чтобы не вызвать никакого подозрения, и чтобы не пострадали родственники. Так 10 октября 1942 г. группа Дикана И. М. пополнилась двумя коммунистами и одним комсомольцем, в партизанской группе стало 21 человек.

11 октября мы с тов. Диканом И. М. пришли в назначенное место в пос. Хвощ для встречи с Дивоченко С. П., однако и на этот раз он не пришел. Пришла моя жена с дочкой Таней. Пока я разговаривал с женой, тов. Дикан И. М. встретился в лесу с женщиной средних лет, это была жительница пос. Хвощ Нестеренко Мария Степановна, которая стала нашей связной, а затем и вся их семья – отец Нестеренко Федор Степанович и его жена.

Когда прибыли в лагерь Бебех Максим уже был убит тов. Белых С. М. за то, что тот возвратился в лагерь в нетрезвом виде, поднял стрельбу и все время стрелял, двигаясь от пос. Хвощ до самого лагеря. Этим он разоблачил лагерь и поднял тревогу в лагере, а в лагере оставалось всего три – четыре человека, так как остальные уходили на выполнение заданий, так было ежедневно.

Жена мне с тов. Диканом И. М. рассказала, как ей было трудно во время блокады; как ее предал один полицейский с дер. Тартак на станции Тощица, и что пришлось бежать в лес, оставив все имущество, лошадь, корову и всю одежду, а один полицейский сорвал с дочки пальто, когда она удирала в лес, и как сына Веню схватила одна женщина за воротник и отдала полицейским, и как он бежал ночью из кладовой, куда был посажен немцами в дер. Красный Берег с заложниками за то, что в этой деревне был убит немец. Игнат Максимович Дикан все внимательно слушал, а потом спросил, а какая там обстановка? Дарья Кузьминична ответила, что после блокады немцы восстановили немецкие гарнизоны в деревнях Шмаки, Подселы, Чигиринка, Хомичи, Вязьма. Партизаны Самообороны влились частью в 537-й партизанский отряд, частью в партизанский отряд тов. Демидова А., что проход в те деревни не возможен, что она пыталась пройти в Шмаки, но пройти было нельзя – везде полиция и немцы. Тов. Дикан И. М. предложил остаться в партизанах, снял с себя теплую рубашку и отдал дочке Тане, так как она была голая, и одеть ей не было чего. Так и осталась в партизанах жена и дочь, жена стала поваром. 12 октября 1942 г. пришел в партизаны и старший сын – Антонов Виталий Филиппович.

20 октября 1942 г. тов. Белых С. М. возобновил попытку встретиться с Дивоченко С. П. и с группой партизан: Скобелевым С. М. Геврасевым Н. К. и другими направились в дер. Хмелинец. Ночью прибыли в дом, на этот раз тов. Дивоченко С. П. был дома. Тов. Белых С. М. поругал Самуила Павловича и предложил уйти в партизаны.

Утром 20-го октября 1942 г. тов. Автушков М. А. и Дивоченко С. П. прибыли в лагерь и были зачислены в списки партизан: Дивоченко С. П. под № 23, а Автушков М. А. под № 24. Неважно себя чувствовал тов. Дивоченко С. П. от того перепуга, который учинил ему тов. Белых С. М., он был высокого роста и имел такой влиятельный вид и суровый взгляд, да еще в такой обстановке, что тов. Дивоченко С. П. заболел. У тов. Белых с Диканом появились недоверие и подозрения, что Дивоченко удерет с лагеря при первой же возможности. Пришлось мне доказывать тов. Белых и Дикан что человек он серьезный, коммунист, партизан 1918 г. До начала войны работал инструктором Журавичского райкома партии. Он не уйдет, и только после таких разговоров под мою непосредственную ответственность согласились оставить в живых тов. Дивоченко С. П. Иначе вел себя тов. Автушков М. А., он был бодр, весел и назавтра направился на операцию в дер. Юдичи. Оказал помощь группе партизан с помощью свояка Моисейчикова Николая Федоровича разгромить гарнизон полиции в этой деревне и наладить связь. Стал работать связным и тов. Моисейчиков. В этот день, вернее ночь, ушел в партизаны с оружием полицейский Подобедов Федор Александрович. Партизаны убили 4-х полицейских, захватили трофеи: 3 винтовки 600 патрон.

За период с 5-го по 22 октября группа провела ряд боевых операций.

8 октября 1942 г. разогнан в дер. Хмелинец полицейский гарнизон.

11 октября в дер. Свержень разгромлен гарнизон полицейских и мельничный пункт.

15 октября связная Маркова Феодосия Тимофеевна организовала встречу с бургомистром Сверженской волости Бычинским Михаилом Петровичем в его доме, где и договорились о передаче всех полицейских в партизанский отряд, о дальнейшей связи с партизанами и о предоставлении убежища моей жене с детьми и выдаче ей документов на девичью фамилию. Так и была налажена связь с бургомистром Сверженской волости Бычинским Михаилом, а ему разрешили работать бургомистром волости и оказывать помощь.

Установили связь с гражданином дер. Свержень Шаройко Ануфрием, который работал честно и преданно сам, а в дальнейшем вся его семья: дочери – Медведева Наталья Ануфриевна и Шаройко Елена Ануфриевна.

15 октября 1942 г., я, Будников П. В., Журавлев М. П. направились в дер. Рысково, где проживали родственники тов. Будникова – брата жена Агафья, брат – Будников Фома Васильевич был в армии. Жена Будникова П. В. проживала в дер. Хизов Кормянского района, поэтому нужно было сообщить ей, что прибыл муж и организовать встречу. Будникова Агафья пошла в Хизов и все передала. Сделали дневку в доме Будниковой, утром направились в дер. Каменку Курганского сельсовета, по дороге встретили полицейского из Дедловской полиции Белоусова Степана, он узнал Будникова, а тот узнал Белоусова. В коротком разговоре мы узнали положение, состав и вооружение Дедловской полиции, и, поскольку полицай был сволочь, мы его застрелили, спрятали под грудой хвороста труп, а под другим его велосипед, а сами лесом ушли в дер. Каменка. Встретились с другим полицейским – Белоусовым Иваном Андреевичем, который к нам отнесся с полным доверием, передал два ящика патрон и 5 винтовок, в том числе 2 СВТ и предложил, чтобы мы его взяли в партизаны. С принятием его в партизаны мы отказали и предложили работать связным и вербовать полицейских в полиции. Он охотно согласился и предложил, что он уйдет в дер. Дедлово – в гарнизон полиции и подготовит еще 5 винтовок, и когда мы будем возвращаться обратно – дадим выстрел, а он ответит двумя и принесет оружие в баню, которая в то время стояла подальше от дер. Курганье неподалеку от пос. Дедлово.