Чтение онлайн

Борясь с врагами революции на военных фронтах, махновщина заботилась о том, чтобы внутри революционного района жизнь строилась на принципах независимости и самоуправления трудящихся… Махновщина и большевизм – два антипода. Первая стремится к полному самоуправлению трудящихся; второй – к диктатуре над ними. Гнусной, подлой клеветой является утверждение советвласти о бандитском и погромном характере махновщины. Махновская армия является единственной в мире армией, непричастной ни к каким антиеврейским актам. Наоборот, с революционной честью и решительностью она всегда их сурово преследовала.

Сейчас, когда великое революционное движение русских тружеников временно разбито армиями советвласти, последняя прилагает все усилия, чтобы добиться головы Нестора Махно, являющегося выдающимся руководителем революционного повстанчества. Она не может быть спокойна, пока этот необыкновенный человек, вышедший из народа, жив и одним своим именем волнует и поддерживает революционное настроение в народе.

Братья трудящиеся! Помешаем осуществиться презренному замыслу русского и польского правительств. Подымем голос протеста против готовящегося убийства тов. Махно и против убийства других революционеров.

Пусть каждый рабочий союз, каждая фабрика вынесут свое требование немедленного освобождения Махно из заключения. В каждой стране, где есть польские и советские посольства, революционные рабочие должны подвергнуть последние тому или иному революционному воздействию».

Этот протест подписали: Французская федерация анархистов, Федерация анархистов-коммунистов Германии, Вольный союз рабочих-синдикалистов Германии, Федерация российских рабочих организаций в Южной Америке, Группа русских анархистов в Германии.

Алексей Агиенко – сын священника Харьковской губернии, еще семинаристом увлекся анархизмом, вступил в подпольный кружок, принимал участие в революционной агитации и экспроприациях, за что неоднократно сидел в тюрьмах. Одновременно с революционной деятельностью Агиенко, взяв псевдоним Святогор, стал одним из первых поэтов-футуристов в России.

Первые положения футуризма Святогор провозгласил еще в 1909 году в сборнике «Вехи». Через десятилетие Святогор стал основоположником нового литературного поэтического направления – «вулканизма». Он считал себя «крайне левым» поэтом – лидером «космической творческой революции».

После Февральской революции 1917-го Святогор объединяется со знаменитым актером анархистом Мамонтом-Дальским и занимается экспроприациями «буржуазных квартир», становится командиром одного из отрядов Черной гвардии. Как командир Черной гвардии принимал активное участие в Октябрьской революции в Петрограде и Москве. Святогор идеализирует победу Октября, восхищается большевиками, видя в революции «начало вселенского освобождения и творческой перестройки мироздания».

В 1918 году Святогор примкнул к группе анархо-футуристов, сложившейся вокруг газеты «Анархия» (орган Московской федерации анархистских групп). После разгрома этой федерации большевиками в апреле 1918 года Святогор уезжает в Украину, где как анархист-подпольщик принимает участие в борьбе против австро-немецких оккупантов. Вернувшись из Украины в Москву в середине 1919-го, Святогор оказывается в рядах Всероссийской секции анархоуниверсалистов Гордина. Тогда Святогор отстаивал «интерпланетаризм», то есть идею вселенского единства.

В 1920 году Святогор создает мирную мистическую фракцию в среде универсалистов-анархистов – фракцию биокосмистов. Биокосмисты считали своим главным долгом культурно-просветительную работу и пропаганду анархии. Они утверждали, что космическим кораблем для освоения просторов Вселенной должна стать Земля, что все «глобальное человечество» должно стать единым экипажем своего дома-корабля. Сильное влияния на Святогора оказали труды Федорова и Циолковского. Идеи личного бессмертия и путешествия в пространстве и времени Святогор совместил с идеей необходимости всеобщей анархии, с максимальной свободой личности.

В декабре 1921 года Святогор пишет манифест, в котором объявляет анархо-универсализм исчерпанным и распускает все местные организации анархо-универсалистов. Вместо универсализма Святогор создает направление в анархизме и новую организацию «Креаторий российских и московских анархистов-биокосмистов» и клуб «Креаторий биокосмистов» под своим началом. Святогор настаивает на полной поддержке анархистами советской власти, заявляя, что советская власть постепенно исчезнет и по мере победы всемирной революции уступит место анархизму. В 1922–1923 годах биокосмические ячейки и инициативные группы существовали в Москве, Петрограде, Харькове, Одессе, Пскове, Киеве, Омске, Иркутске.

Святогор выпускает журнал «Биокосмизм», в котором объявляет начало «великой эры бессмертия и бесконечности». Возможность воскрешения из мертвых он связывает с культом здорового тела и культом силы. Проповедуя анархизм-индивидуализм, Святогор писал: «Жажда личного бессмертия – это звериная, пышущая жаром любовь к себе». В борьбе против власти смерти, ограниченности планеты Земля, против гнета пространства и времени Святогор нашел союзника – поэта Божидара (Б. Гордеева) из объединения «Центрифуга».

Однако уже в 1923 году наметился раскол «Креатория»: петроградская группа биокосмистов во главе с А. Ярославским отошла от организации, перейдя к литературной и оккультной деятельности, изучая регенерацию, евгенику, омолаживание, анабиоз. Однако журнал этой группы «Бессмертие» вскоре был закрыт властями и обвинен в порнографии.

Еще в 1917 году в журнале «Шлях» Святогор выступает как богоискатель – с программной статьей о необходимости реформы церкви и революции духа. Христианскую церковь будущего он представляет свободным объединением людей, не ждущих сошествия Духа Святого, а творящих в себе этот дух.

С началом революции Русская православная церковь испытывает кризис. Как грибы после дождя появляются новые направления. Один из «раскольников», лишенный священного сана, Владимир Путята, создает в Пензе Свободную Трудовую Церковь, к нему присоединяется иеродиакон Иоанникий Смирнов, «викарий Пензенской епархии». Перебравшись в Москву в 1922 году, Смирнов самочинно захватывает храм Никола Красный Звон в Зарядье, который становится центром Свободной Трудовой Церкви. Власти санкционировали этот самочинный захват, ведь новая церковь должна «…проникнуться революционным пафосом современности… принятием идеи всемирной революции!»