Чтение онлайн

Огромная фреска была не просто иллюстрацией к Евангелию. «Когда пишешь фигуру, подумай хорошенько, кто это такой и кем ты хочешь его представить», — писал Леонардо в трактате о живописи. И в «Тайной вечере» он не просто отразил характер каждого из апостолов, но и показал конкретную реакцию на конкретные слова: «И вот, рука предающего Меня со мною за столом».

Эти слова предваряют кульминацию чувств, высшую точку накала человеческих отношений, трагедию. Но это трагедия не только Спасителя, это еще и трагедия самого Высокого Возрождения, когда начала рушиться вера в безоблачную гармонию и жизнь представлялась не такой уже безмятежной. Фреска Леонардо заполнена не только библейскими персонажами, это еще и гиганты Возрождения — свободные и красивые. Но сейчас они в смятении…

«Один из вас предаст меня…» — и ледяное дыхание неотвратимого рока коснулось каждого из апостолов. После этих слов на их лицах выразились самые различные чувства: одни были поражены, другие возмущены, третьи опечалены. Готовый к самопожертвованию склонился к Христу юный Филипп, в трагическом недоумении развел руками Иаков, вот-вот готов броситься на предателя схватившийся за нож Петр, правая рука Иуды сжимает кошель с роковыми сребрениками. Впервые в живописи сложнейшая гамма чувств нашла такое глубокое и тонкое отражение. Но как можно было передать эту реакцию на фреске? Тут не обойтись без жеста. Язык жестов был хорошо разработан в канонической традиции, но да Винчи существенно расширил его «словарь». «Тайная вечеря» насыщена канонической символикой, однако многие жесты героев — находки Леонардо, которые впоследствии копировались другими художниками как готовые знаковые формы.

Сам предатель — Иуда — написан согласно представлениям доминиканцев: он сидит среди прочих апостолов, что говорит о преднамеренном злодействе и добровольном отказе от Божьего милосердия. Обычно же Иуду изображали сидящим отдельно, подразумевая тем самым, что он жертва проклятия, павшего на него вопреки его воле.

Джорджио Вазари, биограф да Винчи, писал, что приор монастыря следил за работой и требовал от художника, чтобы он поскорее закончил свое произведение. Его удивляло, что мастер по полдня стоит в трапезной и долго изучает свою работу. То ли из-за этой медлительности, то ли по каким-то другим причинам, но творение Леонардо, будучи еще незаконченным, начало обрастать легендами. Одна из них рассказывает, будто лик Мессии так и не был закончен. Другая говорит о том, что прообразом для Иуды и Христа послужил один и тот же человек. Конечно, все это лишь домыслы, так как из дневников Леонардо известно, что образ Мессии был собирательным. Да Винчи писал: «Христос — Жиован Конте, тот, что служит у кардинала Мортаро… Алессандро Кариссими из Пармы, для рук Христа».

Рукам своих персонажей Леонардо совсем неспроста уделял такое пристальное внимание. Во-первых, руки характеризуют своего хозяина не меньше, чем лицо, а вовторых — художник и здесь не обошелся без загадок. Итальянские исследователи творчества Леонардо видят в руках апостолов нотные знаки, то есть картину можно не только увидеть, но и услышать. К сожалению, точно расшифровать музыкальный ребус Леонардо пока не удалось.

То, что увидели пораженные зрители, когда зимой 1497 года они вслед за герцогом и его пышной свитой заполнили простую и строгую трапезную, было действительно совершенно не похоже на предшествовавшие росписи подобного рода. «Картины» на узкой стене, противоположной входу, как будто бы совсем и не было. Видно было небольшое возвышение, а над ним потолок с поперечными балками и стены, образующие (по замыслу Леонардо) живописное продолжение реального пространства трапезной. На этом возвышении, замыкавшемся тремя окнами с видом на горный пейзаж, был изображен стол — точно такой же, как и другие столы в монашеской трапезной. Стол этот покрыт такой же скатертью с простым тканым узором, какими покрыты столы и других монахов. На нем стоит такая же посуда, как и на других столах.

Христос и двенадцать апостолов сидят на этом возвышении, замыкая четырехугольником столы монахов, и как бы вместе с ними справляют свою вечерю. От центра — Иисуса Христа — движение растекается по фигурам апостолов вширь, пока в предельном своем напряжении не упирается в края трапезной. И тогда взгляд наш снова устремляется к одинокой фигуре Спасителя. Его голова будто освещена естественным светом трапезной. Свет и тень, растворяя друг друга в неуловимом движении, придавали лицу Христа особую одухотворенность.

Иисус Христос — центр всей композиции, всего того водоворота страстей, которые бушуют вокруг него. Христос у Леонардо — идеал человеческой красоты, ничто не выдает в нем божества. Его лицо дышит глубокой скорбью, он велик и трогателен, но он остается человеком. Точно так же страх, удивление, ужас, живо изображенные жестами, движениями, выражением лиц апостолов, не превосходят обыкновенных человеческих чувств.

Казалось бы, что «Тайная вечеря» должна была тщательно сохраняться, между тем на деле все обернулось иначе. Виной тому был отчасти сам неутомимый автор-экспериментатор. Изобретенный им самим новый способ грунтовки стены и новый состав красок позволяли ему работать медленно, с остановками, внося частые изменения в уже написанные части произведения, но уже через несколько лет на росписи появились следы разрушения: проступили пятна сырости, небольшими листиками стал отставать красочный слой.

Но на этом несчастья «Тайной вечери» не закончились. В 1500 году, через три года после написания «Тайной вечери», вода залила трапезную, коснувшись и фрески. Через 10 лет ужасная чума постигла Милан, и монашествующая братия забыла о том, какое сокровище хранится в их обители. Спасаясь от смертельной опасности, они (может быть, и против собственной воли) не могли надлежащим образом позаботиться о фреске. С 1557 года здесь проходили заседания инквизиционного суда; в результате со второй половины XVI века до конца XVII в церкви шел непрерывный ремонт. К 1566 году фреска была уже в весьма жалком состоянии. Монахи прорубили посреди картины дверь, которая нужна была для сообщения трапезной с кухней. Эта дверь уничтожила часть фрески.

В дальнейшем австрийские и французские солдаты как будто соперничали между собой в вандализме по уничтожению этого сокровища. В конце XVIII века трапезная монастыря была превращена в конюшню, испарения конского навоза покрыли фрески густой плесенью, а заходившие в конюшню солдаты забавлялись, швыряя кирпичи в головы апостолов. В 1943 году во время воздушного налета в столовой монастыря Санта-Мария-делла-Грацие взорвалась бомба. Была разрушена крыша и правая, от фрески, стена. Фреска была защищена мешками с песком.

С 1980 года начались обширные работы по спасению шедевра. Это стало необходимым из-за разрушительного влияния загрязненного воздуха. Было принято решение удалить всё, что появилось на фреске после многовековых реставраций, и оставить только те места, которые были выполнены Леонардо да Винчи. Потолок сохранить не удалось. По замыслу Леонардо, сводчатый потолок представлял собой сложную сеть веток, цветов, листьев на стволах деревьев, растущих у стен, между ними синело открытое небо. В XIX веке во дворце Сфорческо в Милане были обнаружены некоторые фрагменты росписи самого Леонардо с той же идеей. Их восстановили, но это всё, что может дать представление об оригинале трапезной, который вместе с необыкновенной фреской, пусть недолго, но радовал людей, прославляя талант автора.

«Тайная вечеря» — великое творение Леонардо, судьба которого оказалась трагичной. Любой, кто видел эту фреску уже в наши дни, испытывает чувство непередаваемой скорби от вида тех страшных утрат, которые нанесли шедевру неумолимое время и человеческое варварство.

«Потерянный» или «заповедный» город Мачу-Пикчу (в переводе с кечуа Мачу-Пикчу означает «старая гора») лежит на 1000 метров ниже древней столицы империи инков — города Куско. Это около 2600 метров над уровнем моря. Зажатый между двумя островерхими пиками и обрамленный короной покрытых лесами высоких гор, он расположен на крутом склоне над долиной «реки Солнца» Урубамбы.

Долгое время о существовании «затерянного города инков» ходили легенды, но никто не знал, где он находится на самом деле. В испанских хрониках о нем не было ни одного упоминания. Письменных свидетельств не оставили и инки. О том, что город и вправду существует, стало известно лишь в начале XX века.

В 1911 году американский археолог Хайрам Бингем, посвятивший несколько лет поискам «потерянного города инков», наткнулся на кишащий змеями, укрытый густыми зарослями древний город на вершине горы. Бингем поднялся на вершину горы в сопровождении носильщика-перуанца — проводника и переводчика. Легенда гласит, что здесь, на вершине горы, жили две индейские семьи, охранявшие «потерянный город». В одной из семей был ребенок. Бингем подарил мальчику-индейцу монетку в один соль, и тот показал профессору дорогу к древним развалинам. Так всего за один соль (около 30 американских центов) человечеству открылся потаенный город, видевший расцвет и закат цивилизации инков.