Чтение онлайн

В исторические хроники вошел эпизод с выступлением Брунеллески на заседании комиссии, запечатленный одним из его биографов: «Выступая, он разгорячился, и чем больше старался разъяснить свои замыслы, чтобы его поняли и поверили ему, тем больше вызывал он сомнений и все меньше слушателей доверяло его словам. Наконец ему велено было удалиться из зала, но поскольку он не двинулся, стражи схватили его и вывели, так как решили, что он потерял здравый рассудок».

И все же Брунеллески удалось убедить комиссию в реальности своего проекта, в результате чего ему поручили руководство строительством. Филиппо предложил совершенно новаторский способ возведения купола, которого еще не знала история архитектуры. Основная конструктивная мысль заключалась, как писал архитектор в своей записке, в том, что высокая дуга купола, «поднимаясь в своем изгибе все выше и выше, будет наконец нагружена фонарем и они будут взаимно друг друга укреплять». Дальше он добавлял: «…купол ни в коем случае не может быть правильным, шаровидным сводом, так как верхняя его поверхность, на которой должен стоять фонарь, настолько велика, что нагрузка ее скоро привела бы к крушению».

При этом мастер предложил сделать купол двойным, состоящим из наружной и внутренней оболочки. Наружная оболочка, по его расчетам, должна служить для защиты внутренней оболочки от атмосферных влияний и непогоды.

Работа по возведению купола началась в 1420 году. Когда Брунеллески приступил к ней, восемь мощных подкупольных столбов стояли уже готовыми. Сначала он построил восьмигранный тамбур, то есть стены, соединившие наверху столбы; в стенах тамбура пробил большие круглые окна, которые не только давали массу света, но и способны были переносить нагрузку купола на столбы. Таким образом сила тяжести как бы обтекала, обходила круглые отверстия и сосредотачивалась над столбами. Затем по специально заготовленным огромным деревянным балкам было выложено из скрепленных железом тесаных камней двадцать четыре ребра, восходящих к вершине купола.

После этого с помощью одиннадцати восьмиугольных каменных колец Брунеллески соединил эти ребра по всей высоте купола. Получилось нечто вроде каменной клетки. На ней держатся две оболочки купола – внутренняя, более массивная, и наружная, более легкая. Между ними устроены лестницы, позволяющие подойти к любой точке купола и отремонтировать его в случае повреждения. Мастер был столь предусмотрителен, что оставил специальные приспособления для подвески подмостков под куполом на случай, если кто-либо захочет украсить его внутри.

Вся эта громоздкая конструкция купола завершалась фонарем, также спроектированным Брунеллески, в форме небольшой белокаменной ротонды со шпилем, увенчанным позолоченным шаром.

Именно купол, покрытый кирпично-красными изразцами, контрастирующими с зеленым, красным и белым цветом облицованных мрамором стен, стал архитектурным стержнем в ансамбле города.

Диаметр купола – около 43 м, высота вместе с фонарем – 116 метров.

В процессе строительных работ Брунеллески почти все время сам находился на куполе, лично проверяя установку каждого камня. Для того чтобы избавить рабочих от утомительного передвижения по подмосткам, он оборудовал для них, в тридцати метрах над землей, «буфет».

Но Брунеллески не суждено было возвести купол до конца. Он скончался в 1446 г., успев довести купол лишь до начала фонаря. Полностью же купол был завершен архитектором Джульяно да Майяно в 1476 году.

И все же Брунеллески добился главного: найденные им конструктивные приемы легли в основу всего дальнейшего строительства купольных сооружений. Ему также удалось достигнуть необыкновенно органичного единства купола с построенным значительно ранее собором и таким образом сохранить общность стиля всего сооружения.

Достойную оценку творчества Брунеллески, нашедшего свое яркое воплощение в куполе Флорентийского собора, дал сам Микеланджело. Работая над куполом собора Св. Петра в Риме и вспоминая купол работы Брунеллески, он сказал: «Повторять тебя не хочу, лучше сделать не умею».

Существует предание, что, принимаясь за создание модели собора Св. Петра, Микеланджело даже написал стихи, посвященные куполу Санта Мариа дель Фьоре:

Санта Мариа дель Фьоре – одно из самых больших церковных сооружений Италии (длина – 153 м, ширина подкупольного пространства – 94 м), но его массивность не ощущается, поскольку все формы и пространственные измерения создают впечатление равновесия. Арки и своды, несмотря на свою огромную высоту, лишены вертикальной устремленности «классического» готического сооружения.

Фасад собора, выдержанный в стиле флорентийской готики, был оформлен полностью уже в XIX веке с применением разноцветного мрамора: белый мрамор был доставлен из карьеров Каррары, зеленый – из Прато и розовый – из Мареммы. Причем мрамор, обработанный специальной шлифовкой, кажется скорее шелковым атласом, чем резным камнем.

Необычайно выразительным является и внутреннее убранство собора. Главным сокровищем, которое хранят его стены, является поздняя работа Микеланджело «Положение в гроб». Эту композицию он предназначал для своего надгробия. Скульптура состоит из четырех фигур: мертвого Христа, Богоматери, Марии Магдалины и Никодима. Во всех – Христе, словно сохранившем позу распятого, его одухотворенном лице; в облике самой Богоматери, с бесконечной нежностью приникшей к телу сына; в Магдалине, прощающейся с ним и словно стремящейся навечно удержать его возле себя; в скорби и мудром смирении Никодима, в чертах лица которого можно уловить некоторое сходство с Микеланджело, – поражает необыкновенная проникновенность чувства. Кажется, сам камень становится одухотворенным, способным выражать тончайшие человеческие переживания.

К достопримечательностям собора относятся также две монументальные фрески, расположенные рядом высоко на стене слева у входа. Никак не связанные с простирающейся вокруг огромной, пустой плоскостью стены, они напоминают взметнувшиеся ввысь штандарты.

Обе фрески почти полихромны – одна выдержана в зеленых, другая в лиловато-коричневых тонах. Эти изображения представляют собой конные портреты двух известных в свое время кондотьеров – Никколо да Толентино и Джованни Хоквуда – и играют роль монументов, увековечивающих память полководцев.

Величественный, строгий, даже мрачноватый интерьер собора – свидетель многих исторических событий. Отсюда звучали страстные проповеди неистового монаха Савонаролы, собиравшие тысячные толпы флорентийцев; здесь проходил Вселенский собор 1339 г., разыгрывалась трагедия заговора Пацци. Во время богослужения в апреле 1478 г. заговорщики (во главе их стояла банкирская семья Пацци) напали на Лоренцо Медичи, прозванного Великолепным, и его брата Джулиано. Лоренцо удалось спастись, Джулиано был убит.

В соборе покоится прах Джотто, великого живописца и архитектора, в честь которого установлена белая мраморная плита. Джотто был одним из строителей собора и автором красивейшей колокольни (кампанилы), почти сливающейся с собором. После его смерти в 1337 г. строительство колокольни завершили Андреа Пизано и Франческо Таленти.

Огромная колокольня, высотой 81,75 м, имеет квадратную форму (ширина каждой стороны более 14 м) и в нижней части со всех сторон украшена шестигранными и ромбовидными медальонами. Она не кажется тяжеловесной благодаря тонко найденным пропорциям, изяществу линий, последовательно увеличивающимся размерам окон.