ЖАНРЫ

1001 избранный советский политический анекдот
Шрифт:

– У него опасный образ мыслей!

– А что он сказал?

– Я его арестовал раньше, чем он успел что-либо сказать!

608.

Рабинович с женой в плацкартном вагоне. Он шумно вздыхает.

– Сколько раз я просила, – укоряет его жена, – на людях о политике не говорить!

609.

– Вы знаете, что Хрущев запустил не только спутник, но и сельское хозяйство? – говорит один своему случайному знакомому.

– А вы знаете, что сажают не только кукурузу? – отвечает тот и предъявляет свое гебешное удостоверение.

610.

После запуска спутника с собакой пассажир трамвая говорит соседу:

– Знаете, какая разница между землей и спутником?

– Нет. Какая?

– На спутнике собачья жизнь уже кончилась!

– А вы знаете, какая разница между трамваем и вами?

– Нет. Какая?

– Трамвай пойдет дальше, а вы пройдете со мной! – и показывает книжечку.

– А какая разница между мной и вами?

– Ну, какая?

– А никакой! – и тоже показывает книжечку.

ИСПРАВИТЕЛЬНЫЙ ТРУД ДЕЛАЕТ СВОБОДНЫМ

Партия

рука миллионнопалая,

сжатая

в один

громящий ГУЛАГ.

Подредактированный Маяковский
611.

Армянское радио спрашивают:

– Кто строил беломоро-балтийский канал?

– Правый берег – те, кто задавал вопросы; левый – те, кто отвечал на них.

612.

– Садитесь, пожалуйста!

– Спасибо, я уже сидел!

613.

– Солнышко село!

– За что?

614.

Телеграмма: "Гуревич не стоит и не лежит".

615.

– Теруэль взяли!

– А мужа тоже?

616.

– Знаешь, выпустили Майн Рида.

– Да, теперь многих выпускают.

617.

– Какое самое высокое здание в мире?

– Лубянка. Оттуда Сибирь видна!

618.

Высокопоставленный иностранец удрал от своих советских сопровождающих, сел в поезд и слез в глубине России. Там его заинтересовало широко раскинувшееся учреждение за высоким забором и с вышками по углам. Из обрывков разговоров он понял, что это «лагерь». Он явился в райком с просьбой показать ему этот лагерь. Срочно снеслись с центром и получили указание показать гостю этот лагерь под видом пионерского. К приходу иностранца на заключенных надели пионерские галстуки.

– Сколько лет? – спросил иностранец у одного из них.

– Пятнадцать! – ответил зэк.

– Я бы вам дал лет сорок.

– Ты что?! Таких и сроков-то не бывает!

619.

– Правда ли, что в советских исправительно-трудовых лагерях прекрасные условия?

– Правда. Один было усомнился в этом, но немедленно получил возможность самому убедиться. Ему там так понравилось, что он до сих пор не вернулся!

620.

Советский Союз запустил спутник. А за ним – еще один, с собакой…

621.

– Рабинович, почему вы не подаете на выезд?

– Видите ли, мне уже под восемьдесят. Сколько мне осталось? От силы лет пять. А здесь, если я останусь, мне могут дать еще лет десять!

622.

– Что будет, когда основной вопрос борьбы двух систем "кто кого?" решится в нашу пользу?

– Тогда на повестку дня будет поставлен вопрос "кого куда?"

623.

– Дважды два – шесть! – заявляет оратор на митинге, и его слова тонут в аплодисментах.

– Неправда, дважды два – четыре! – кричит правдолюбец, который после этого сразу исчезает на двадцать лет. Возвратившись из отдаленных мест, он снова попадает на митинг, на котором оратор под бурные аплодисменты заявляет:

– Дважды два – пять!

– Неправда, дважды два – четыре! – кричит правдолюбец, которого жизнь ничему не научила. После митинга к нему подходит оратор, доверительно обнимает его и тихо говорит:

– Неужели вы бы хотели, чтобы дважды два снова было шесть?

НАМ НЕ СТРАШНЫ НИ ЛЬДЫ, НИ ОБЛАКА

…приговаривается к пожизненному страху с выводом на работу. Мерой пресечения оставить свободу как осознанную необходимость.

В. Войнович. «Претендент на престол».
624.

1937-й год. Муж с женой чутко спят в своей квартире. Вдруг среди ночи – шум и топот ног на лестнице. Резкий звонок в дверь, сопровождаемый громким стуком. Ни жив, ни мертв, муж пошел открывать. Через минуту он возвращается:

– Не волнуйся, – говорит он, – это всего лишь наш дом горит.

625.

Англичанин, француз и русский делятся своими взглядами на счастье в жизни.

– Я испытываю счастье, – говорит англичанин, – когда зимой, после хорошей охоты возвращаюсь домой и со стаканом хорошего бренди располагаюсь в кресле напротив горящего камина.

– Для меня счастье, – говорит француз, – когда я в хорошем ресторане вкушаю хорошую пищу и пью хорошее вино в компании прекрасной женщины, а потом – ночь страсти.

– Что вы понимаете в счастье! – говорит русский. – Когда я после изнурительной работы прихожу в свою комнату в коммуналке, где вместе со мной живут жена, двое детей и теща, и когда среди ночи меня будит громкий стук в дверь, я открываю, и на пороге стоят двое, грозно спрашивая меня: "Вы гражданин Парамонов?", а я им отвечаю: "Нет, Парамонов живет этажом выше!" – вот это и есть настоящее счастье!

626.

К иностранцу в гостиничный номер под предлогом обеспечения безопасности гостя подселили агента. Ночью он выбросился из окна. Назавтра иностранец дает показания:

– Вечером мы стали укладываться спать. Я повесил костюм в шкаф, как это принято у нас. Он засунул костюм под матрац, как, видимо, это принято у вас. Я свои часы положил на ночной столик, как это принято у нас. Он свои часы засунул под подушку, как, видимо, это принято у вас. Едва мы заснули, кто-то постучал в дверь. Я встал и пошел открывать, как это принято у нас. А он выпрыгнул в окно, как, видимо, это принято у вас.

627.

Армянская загадка: наверху перья, а внизу страшно – что это такое? Воробей на крыше ГПУ.

Поделиться с друзьями: