12 фотографий и портрет
Шрифт:
– Ирин, что происходит?
– Ничего, – я надевала пиджак.
– Я же вижу, – он взял мою сумочку, освободив мои руки.
– Спасибо.
– Хоть одно доброе слово за все время.
– Ром, скажи, кто этот Алексей Петрович?
– Мужчина, – он улыбался, зная, что такими ответами дразнит и заводит меня еще больше.
– Блин, я не буду больше с тобой разговаривать.
– Будешь.
– Не буду!
– Будешь! Послушай, давай не будем ссориться. Мы ведь можем прекрасно сосуществовать вместе в ограниченном пространстве. У нас это всегда получалось.
– Можем, – согласилась я, тем более что все мои колючки – это просто защита.– И так, кто этот Алексей Петрович?
– Это мой знакомый, бывший коллега. Мы как-то с ним разговорились о жизни, он спросил: нет ли у меня кого на примете. Он одинок, а ему тоже хочется счастья. Вспомнил про Лену.
– Она знала об этой встрече?
– Да, а ты, судя по всему, нет.
– Нет. Вот и встречались бы втроем.
Роман внимательно смотрел на меня, будто вычислял, сколько во мне сантиметров.
– А ты ему понравилась.
– А он мне нет, – я сказала правду и поежилась. – Странный тип.
– Да, нормальный он, просто ты ему приглянулась. Думаю, он решил поиграть на два фронта: а вдруг выгорит. Ему же нужно понимать, есть ли у него запасной вариант. А может, он решил выбрать девушку помоложе?
– Ты так спокойно об этом говоришь, что, кажется, для тебя это – норма.
– Нет, не норма. Именно поэтому я ему сказал, что у нас с тобой были близкие отношения. И я хочу их возобновить.
Я потеряла дар речи. Так вот почему он приплел Романа к моей личной жизни. А Ромка каков? Нет, конечно, спасибо, спас меня от возможных приставаний Алексея Петровича, но хоть предупредил бы. Чуть не спалились!
– Ты как-то подозрительно спокойно реагируешь?
– А что мне теперь делать? Нарисовать плакат: «У нас ничего с ним не было! Он врет!».
– Ничего особенного: обнимать меня, целовать, делать вид, что любишь. Я буду делать тоже самое. Он поймет, что ты не его вариант и сбавит обороты.
Мои глаза полезли на лоб. Вот это да! Вот это поворот. Из уст бывшего коллеги все это звучало неправдоподобно. Почти нереально.
– Смешно. Если бы это было правдой, было бы еще смешнее.
– Я серьезно.
– А как твоя девушка к этому отнесется?
– У меня нет девушки. Только ты, приятельницы и знакомые.
– Знакомые и близко знакомые девушки? – вот такого я не ожидала. Я была уверена, что он врал, и у него кто-то есть.
Он ненадолго отвлекся на телефон.
– Наша машина, – он кивнул в сторону темной Тойоты. – Пошли, дорогая, – он взял меня за руку.
– Пошли… милый.
Забавно называть кого-то милый, даже в шутку, даже не по-настоящему. Милый, милый, милый… если несколько раз повторить, то слово уже не кажется таким непривычным и неудобным.
– Ирин, скажи, он клеился к тебе? – уже в такси спрашивал Роман, видимо, уточняя всю сложность ситуации.
– Пытался, но ты же знаешь, бываю резка и нетерпима. Поэтому он потом скажет тебе, что я – колючка, стервочка, злюка или язва.
– Знаю, как никто другой знаю, какой ты бываешь резкой.
– Извини, пожалуйста, за мое поведение в кафе…
– Извинения взаимны. Я тоже вел себя не лучшим образом.
После извинений повисла тягостная тишина.
Мы попали в пробку и двигались со скоростью черепахи.
– Такими темпами мы приедем позже них, – он крутил телефон в руке. – Черт знает что, о нас подумают. Алексей так уж точно!
Он улыбался. Я подумала, что не готова терпеть натиск ухаживаний Алексея Петровича, а судя по всему, нападать он умел, да и Лена могла обидеться и неправильно все понять. Ведь, кажется, он ей понравился. Что я за подруга, если не сделаю для ее возможного счастья все? Я ведь могу сделать вид, что неравнодушна к бывшему коллеге и другу. Он – привлекательный мужчина, чего мне опасаться, ведь это только на один вечер.
– Ну, так и надо. Скажем, что возобновляли отношения, – я принимала правила его игры. – Пару или тройку раз?
– Давай, пару. Не переоценивай меня.
– Хорошо, – приятно, что он понимает меня с полуслова. – Ром, тогда меня надо немного помять что ли…
Он вопросительно посмотрел на меня.
– Ну, немного волосы растрепать, – я попыталась вытянуть пару прядей волос, – помаду подстереть, губы покусать, чтоб припухли. Как после поцелуев.
Он придвинулся ко мне.
– Я готов все это сделать сам, – он был максимально близко, – если позволишь, приступлю сию секунду.
Я кивнула, чувствуя, что сама того хочу. А пропади оно все! Сегодня и здесь мы живем, а завтра, что завтра…оно может и не наступить.
Роман коснулся моих губ. Конечно, он был искушен в вопросе поцелуев, касаний, любви. Более того, наверняка являлся сто процентным профи в этих делах. Все закружилось вокруг. Закрыла глаза и, остались только чувства. Он прижал меня к себе. Я чувствовала, слышала, как бьется его сердце, его сбившееся дыхание…
– О, Боже, как ты пахнешь, – он целовал мою шею. – Как давно я этого хотел. Ты себе не представляешь.
Мы отлипли друг от друга только в конце пути. Выйдя из такси, мы поправляли одежду, волосы…
– У тебя помада немного размазалась, – Роман оттирал помаду с моего лица. – А мне очень нравится естественная припухлость твоих губ, созданная мной. Повторим?
– Повторим, – я прижалась к нему. – Но я боюсь не остановиться.
Я отошла от него и направилась к ступенькам, которые вели в клуб-бар. Чувства на грани, которую перейти хочется, но страшно – что будет дальше? Роман улыбнулся и пошел за мной. Он все понимал, он все знал, и не торопил. Это я чуть позже поняла, но уже без него.
Лена с Алексеем Петровичем уже были в клубе. Они сидели на диванчике и мило беседовали. Значит, они тоже провели время с пользой. Возможно, не так ярко как мы, но они улыбались, значит, все нормально. Мы с Романом поднялись к ним.
– О, ребята, мы уж и не надеялись, – Алексей Петрович жестом подозвал официантку.
– Мы в пробку попали, – я пыталась оправдываться, но делала это максимально не уверенно, чтоб они заподозрили вранье.
– Бывает, – Алексей Петрович так улыбнулся, что я поняла, план сработал.