Чтение онлайн

– Друзья мои, это никакая не краска! Великая Мать Льдов действительно даровала Гарендиру белые брови Мерков! Эту весть нужно немедленно разнести по всей империи.

Император тоже не поленился оторвать свой зад от раломана, но только за тем, чтобы сделать следующее заявление:

– Дети мои, я был счастлив убедиться в том, что принц Гарендир был избран самой Великой Матерью Льдов, но вынужден сделать небольшое уточнение. Наврайтар принца Гарендира станет достоянием гласности уже в самое ближайшее время, но широкой публике не стоит знать о том, что двоюродный брат Арлана Великого стал заговорщиком и умудрился дожить до наших дней. В своё время мы не стали рассказывать всех подробностей о подвиге Малакая Малави в поясе астероидов, а ещё раньше о подвиге Жано Корреля в Кируфе, так сделаем же это и теперь. Время для полной правды о их деяниях ещё не пришло. Все меня поняли?

Хотя лицо леди Риты тут же исказила сердитая гримаса, даже она не посмела возразить императору. Так наврайтар принца Гарендира попал в список закрытых наврайтаров. Ну, не то что бы они были полностью закрытыми, скорее уж неполными, но каждому, находящемуся в варкенском хольде принца Гарендира стало ясно, что и он присоединился к уже довольно большому списку особых героев империи. Плохо это было или хорошо, никто обсуждать не брался, но все действительно сходились во мнении, что всей правды пока что открывать людям действительно нельзя.

События, которые произошли сначала на леднике императора Рилквида, а затем в хольде принца Гарендира, действительно всколыхнули всю империю так, что рядом с этим померкли даже срочные меры, предпринятые для спасения Галана. Новость о том, что принц Гарендир во время своей ледовой медитации отловил главных кируфских заговорщиков, после чего черные рыцари арестовали всех их приспешников, мигом облетела всю империю и сделала его всенародным героем. Но ещё больше всех поразило то, что он удостоился аудиенции у Великой Матери Льдов и получил от неё в награду белые брови Веридора Невинного.

Народ был готов двинуть Гарендира не то что в планетарные короли Галана, а даже в императоры, но императорский трон уже был занят и потому людям пришлось с этим смириться. Поскольку наврайтар был внесён в "Хроники", то их кинулись покупать даже те господа, которые до этого дня считали, что мы мол и сами с усами. Заодно чуть ли не все галанцы ринулись на лёд, чтобы освоить технику ледовой медитации и от этого было уже куда больше пользы. Хотя нормально пройти лёд могли не более десяти процентов практикующих сенситивов и не просто пройти его без последствий, но и работать во время ледовой медитации, это дало превосходные результаты. Буквально везде, где арланары делали ставку в основном на сенсетивную Силу, стали появляться гроты Великой Матери Льдов, то есть достаточно вместительные промышленные морозильники, внутри которых были устроены довольно красивые ледяные интерьеры.

Не обошло это веяние стороной и храм Великой Матери Льдов, но там были достигнуты совершенно поразительные результаты и опять-таки не без помощи принца Гарендира, который за три дня до своей коронации в Фалтаресе провёл вместе с леди Ритой почти суточную любовную ледовую медитацию. Впрочем, никаким сексом во время её проведения и не пахло, хотя из наврайтара самой леди Риты галанцы узнали, что секс всё-таки был, но не совсем обычный, поскольку принц Гарендир и леди Рита были перенесены из главного грота Великой Матери Льдов в её волшебные ледяные сады и уже там они занимались любовью. И это тоже дало всем материальное подтверждение, но, в отличие от белого плата Матидейнахш, тот хрустальный сосуд, заполненный голубоватой и словно пронизанной золотым светом субстанцией, никуда не исчез. Более того, этот удивительный газ, названный матидейтином, не нужно было синтезировать. В него превращался воздух любого грота Великой Матери Льдов, после чего матидейтин можно было откачивать, как и вульрит, чтобы пользоваться им сколь угодно долго, а он того действительно стоил, но только исключительно в храмах Великой Матери Льдов и только во время любовных ледовых медитаций с жрицами храма.

Так леди Рита и её храм заполучили в свои руки ещё одно мощнейшее орудие производства суперсенситивов и хотя любовные ледовые медитации срабатывали далеко не каждый раз, поток паломников увеличился раза в три. Каждому галанцу хотелось побывать в волшебных ледяных садах Матидейнахш, в которых любая жрица оборачивалась Великой Матерью Льдов и наделяла своего паломника-любовника титанической сенситивной Силой ничуть не меньшей, чем у самого Веридора Мерка. Император, получая донесения из храма, только хлопал в ладоши и подпрыгивал от радости, сидя на своём троне в Роанте. А чего бы ему не радоваться, ведь благодаря этому он уже трижды собирал народ и переставлял в космосе небесные объекты так, как ему это было нужно.

На фоне всех этих событий совершенно незаметно прошло бракосочетание Дорси Соймера и Дженис Роантир. Леди Рита лично вытребовала у Сорквика разрешение на этот брак и никто так и не узнал, чего ей это стоило. Беспечный Летун, давая добро, при этом поклялся, что это последняя дочь дома Роантидов, которая выходит замуж по любви, а не ради интересов его империи. Брачный полёт Сумасшедшего Летуна и Фиалки Джен состоялся как раз в день коронации принца Гарендира и это был самый необычный брачный полёт за всю историю Галана и Варкена. Влюблённая пара, оседлав Огненный Болид и Маленькую Птичку, трижды обогнула Галан по экватору прежде, чем добраться до Плато Любви. При этом их сопровождали все те парни и девчонки, которые записались в космические гусары, так что это был ещё тот брачный полёт.

Ещё большего шума наделали своим брачным полётом король Гарендир и его прекрасная а-королева. Король Гарендир Спаситель, которому народ также дал уважительное прозвище Снежный Демон, сделал всё-таки то, с чем он всегда боролся, – прожег дырку в самой середине Плато Любви и тем самым вызвал извержение здоровенного вулкана. Благо было ещё то, что его друзья подготовились заранее и как только влюблённая пара отправилась в Фалтарес, быстро заткнули здоровенный вулканище заранее подготовленной каменной пробкой, после чего немедленно остудили, да, ещё и тщательно разровняли излившуюся лаву, отчего Плато Любви сделалось выше на добрых двести с чем-то метров. Король Гарендир стал третьим, после Велимента Мерка, архо в галактике, чью причёску украсила тысяча косичек. Так уже леди Вайла и её ближайшие подруги решили отметить его заслуги перед орденом.

Обитаемая Галактика Человечества, Терилаксийская Звездная Федерация, внутреннее пространство темпорального коллапсара "Галан", звездная система Обелайр, планета Галан, центральная часть континента Мадр, город Роант, дворец наследного принца Тефалда.

Министр двора, одетый в раззолоченный мундир высшего чиновника галанской империи, степенной походкой вошел в библиотеку, трижды ударил в пол своим посохом и торжественно провозгласил:

– Ваше императорское величество, Государственный совет галанской империи собрался в полном составе и ждёт встречи с домом Роантидов.

Сорквик поднялся из кресла и с весёлой, беспечной улыбкой направился к выходу из библиотеки. Он шел за графом фрай-Элькаторном спокойный и уверенный как в своих собственных силах, так и в силе своей империи. Такую уверенность ему давали любовь его подданных и единство и сплочённость дома Роантидов, в котором не было даже намёков на какие-то секреты, тайные союзы и, уж тем более, ссоры и злословие. Это была дружная и большая семья со своими шалостями и приколами, проказами и шутками. Выходя из библиотеки, Сорквик бережно погладил рукой выщербленный косяк дверного проёма. Эту отметину оставил никто иной, как его любимый зять Сумасшедший Ездок, которому первому пришла в голову совершенно чумовая идея, устраивать в императорском дворце гонки на креслах-антигравах, в которых императору не было равных. Даже повзрослев и став генералом, командующим корпусом лесного патруля, а заодно ещё и космос-адмиралом, под рукой которого находилась вторая ударная армия космических гусар, Дорси Соймер-Роантир по прежнему оставался весёлым и разбитным парнем. Он всё так же гонял на микрошниках и частенько выигрывал чемпионские звания, но тут ему составляли конкуренцию его собственные дети и жена, Фиалка Джен.