Чтение онлайн

— Так, спокойно, — выставив перед собой руки, я вынужден был отпрыгнуть в сторону, когда этот придурок дополз до меня и попытался обхватить мои ноги. — Не прикасайся ко мне. Я не люблю этого, знаешь ли.

— Ты мне поможешь? — спросил он, не вставая с колен. — Сделаешь так, чтобы княгиня Гнедова потеряла ко мне интерес?

— Но мы не можем перезаключить договор, так не делается, — я покачал головой. — И потом, твоя душа и так обещана мне, второй-то у тебя нет. Мне тебя, правда, жаль, но… — я задумался. А что, если внести в уже существующий договор некоторые изменения, за определённую плату, естественно. Что можно потребовать с него? Да что гадать, нужно всего лишь спросить, что я и сделал, добавив в голос как можно больше вкрадчивости. — Что ты можешь мне предложить взамен?

— Всё, что угодно, — выпалил граф. — Я очень обеспеченный человек.

— Хорошо, тогда ты оснастишь Аввакумовскую больницу. Полностью и всем самым лучшим. Проведёшь как пожертвование, ещё и на налогах сэкономишь. Да и дом, где живёт врач, мебелью оснасти. Он, кажется, Давыдовым принадлежит, но они не очень-то и заботятся о комфорте, — наконец я принял решение. Мне всё равно нужно практиковаться. Манипуляции с уже заключёнными договорами — это то, что могут делать только высшие демоны. Вот сейчас и проверим, насколько мне аура, так похожая на ауру Велиала, в этом поможет.

— Странное пожелание, — граф даже оставил попытки схватить меня. — Какое тебе дело до какой-то Аввакумовской больницы?

— Так ведь я же людям помогаю, ты не забыл, тебе вон, второй раз уже помочь хочу, — хмыкнул я.

— Ещё скажи, что ты ангел, — фыркнул граф.

— Нет, что ты, — проворковал я. — Ангелов же не существует, ты что забыл?

— Ничего я не забыл, — он снова замолчал, видимо, задумался, а потом добавил: — По рукам.

— Э, нет, никаких рук, роспись в стандартном пересмотренном договоре будет понадёжнее, — и я вытянул руку, распахивая свою ауру.

На мгновение мне показалось, что мои невидимые крылья накрыли собой не только эту беседку, но и весь особняк и часть улицы, на которой он стоял. В руке появился свиток, и я перестал думать об этом странном феномене, никак не соответствующем демону моего уровня. Раскрыв договор, я увидел внизу приписку об изменении первоначальных условий на противоположные. Далее речь шла о плате, которую был обязан предоставить клиент. Дата, место для подписи, всё как положено. Места для подписи подсвечивались, перо было прикреплено к свитку договора.

— Сервис, однако, — пробормотал я. — Расту, что говорить, вот здесь распишись, — я протянул ему договор и ткнул пальцем в то место, где ему нужно было поставить подпись. При этом сам я оставался в темноте, не позволяя себя рассмотреть.

Граф Гольдберг, сейчас я специально посмотрел его имя, чтобы не позориться, быстро расписался. Свиток взмыл вверх и исчез с лёгким хлопком, а я словно со стороны увидел, как тень моего крыла коснулась княгини Гнедовой, и она вздрогнула, затем нахмурилась, что-то обдумывая про себя, а затем поморщилась, явно недовольная собой. И в следующий миг милостиво улыбнулась молодому офицеру, рискнувшему пригласить её на танец.

Такого раньше никогда не было. Я никогда не видел, как именно выполняются, часто дурацкие, пожелания, за которые некоторым не жалко отдать душу. И свитки сами собой не исчезали. Их нужно было или отсылать, или ручками в Хранилище тащить. В любом случае, вот так на автомате они у меня никогда не занимали своё место.

Боли не было. Лёгкий дискомфорт, не больше. То ли Мурмура забрал её почти всю целиком, то ли я достиг какой-то определённой точки. И да, я перешагнул границу уровней, и теперь являлся демоном полноценного шестого уровня.

— Всё, можешь выбираться отсюда. Княгиня обратила свой взор на другого мужчину, — процедил я, думая только о том, чтобы Гольдберг свалил уже побыстрее отсюда. Хоть дискомфорт был минимальный, но он был, и мне нужно было немного посидеть здесь, чтобы прийти в себя.

Граф думал пару минут, а потом рванул из беседки, видимо, чтобы убедиться, что всё сработало. Я же тихонько застонал и опустился на скамью. Закрыл глаза и постарался расслабиться. Не знаю, сколько я так сидел. Судя по ощущениям, пару минут, но не удивлюсь, что прошло несколько часов. Когда я открыл глаза, то чувствовал себя на удивление сносно. Из дома доносилась приятная музыка, значит, танцы уже начались. Встав, я прислушался к своим ощущениям. Ну что же, танцевать я точно смогу, значит, нужно пойти и повеселиться.

Первое, что мне бросилось в глаза, как только я вошёл в бальный зал — это Мазгамон в теле Николая Довлатова, пытающийся отбиться от княгини Гнедовой, которая, похоже, захотела молодого поклонника, а этот кретин, скорее всего, имел неосторожность пригласить её на танец, да ещё и демонические чары по привычке применил. Чуть в стороне стоял блаженно улыбающийся молодой человек, в котором я узнал графа Гольдберга. Князю Гнедову на шалости супруги было традиционно плевать, он о чём-то увлечённо вещал в кругу друзей.

— Великий Князь Дмитрий Александрович, с супругой Великой Княгиней Ольгой Викторовной, — дверь распахнулась, и распорядитель вечера известил всех присутствующих о прибытии венценосных особ, а потом после короткой паузы немного недоумённо добавил: — Семёнова Анастасия Сергеевна!

Я встрепенулся и уставился на дверь, в которую сейчас входили Дмитрий с Ольгой. А позади них — хорошенькая блондинка в вечернем платье. Настя выглядела слегка испуганной, но старалась держаться прямо. Самое удивительное, что ни Ольгу, ни Дмитрия она не боялась, хотя именно они были здесь самыми значимыми лицами. Но это неудивительно, Настя их хорошо знала, а Диму видела в таком виде, что никому из присутствующих, кроме меня, и не снилось, включая его богатый внутренний мир.

Мой взгляд встретился с взглядом Ольги, и сестрёнка мне подмигнула. Похоже, она только что сделала для меня тоже, что я сделал в своё время для её супруга — подогнала мне девчонку, к которой я был чуть больше, чем неравнодушен.

— Елизавета Ивановна, ну не могу я с вами уединиться, даже чтобы послушать стихи вашего сочинения, — раздался голос Довлатова рядом со мной. — У меня есть определённые обязательства. И мне просто чудовищно жаль, и сейчас я говорю абсолютно искренне. Вот, Денис не даст мне соврать.

Он схватил меня за рукав мундира, заставляя повернуться к ним.

— Маз… Николай, а ты что здесь делаешь? — я старательно улыбался, и только присутствие нескольких сотен гостей мешало мне придушить этого придурка.

— То же, что и ты, наслаждаюсь последним днём перед началом учёбы, — язвительно ответил Мазгамон.

— О, Денис Викторович, вас давно не было видно, — Гнедова привлекла к себе моё внимание.

— Полагаю, в этом была ваша заслуга, Елизавета Ивановна, — я чуть поджал губы. — Хотя я извинился за вашего варана и готов был понести заслуженное наказание, но только лично от вас. А сейчас, извините, но я, кажется, влюбился.