Чтение онлайн

Ройс развернулся на каблуках, в смятении приоткрыв рот, и уставился на ряды сверкающих репликаторов.

— Вы хотите сказать, милорд, что во всех этих штуках человеческие дети?

— Ну, это еще вопрос. Вообще-то, даже два вопроса. Все ли они заполнены, и человеческие ли в них дети? Если они хауты, то последнее наиболее спорно. С первым вопросом проще — нам стоит лишь посмотреть… — Майлз проверил еще дюжину мониторов на выбранных наугад платформах по всему трюму — и везде результат оказался тот же. Он запыхался к тому времени, когда наконец счел дело доказанным и сдался.

Ройс озадаченно произнес:

— Так что общего у бетанца с кучей цетагандийских репликаторов? И даже если они цетагандийского производства, почему в них обязательно должны быть цетагандийцы? Может, бетанец просто купил подержанные?

Майлз, растянув губы в усмешке, развернулся к Белу.

— Бетанец? А ты что думаешь, Бел? Много ли вы разговаривали о старой песочнице, пока ты сопровождал его? — Мы вообще-то не очень много разговаривали. — Бел покачал головой. — Но это ничего не доказывает. Я и сам не жаждал затрагивать эту тему. А если бы я даже завел речь о Бете, я все равно слишком давно потерял связь с домом, чтобы заметить неточности в разговоре о текущих событиях. Странность не в том, что он говорил . Что-то… не так было в языке тела.

— Языке тела. Ну да. — Майлз шагнул к Белу, взял его за подбородок и развернул к свету. Бел не вздрогнул от его близости, лишь улыбнулся. На щеке и подбородке поблескивали нежные волоски. Майлз прищурился, тщательно воссоздавая в памяти царапину на щеке Дюбауэра.

— У тебя на лице пушок, как у женщин. Он ведь есть у всех гермафродитов, верно?

— Конечно. Разве только они не применяют совсем уж основательную депиляцию. Некоторые даже отращивают бороды.

— А у Дюбауэра нет. — Майлз начал было мерить проход шагами, остановился, развернулся и усилием воли заставил себя стоять на месте. — Ни единого волоска, не считая роскошных серебряных бровей и шевелюры, которые, готов спорить на сколько угодно бетанских долларов, наверняка имплантированы совсем недавно. Язык тела, ха! Дюбауэр не двуполый вовсе — о чем вообще думали твои предки, а?

Бел весело ухмыльнулся.

— Но совершенно бесполый. Поистине “оно”.

— В бетанской манере выражаться слово “оно”, — начал Бел усталым тоном человека, которому слишком часто приходится объяснять людям одно и то же, — не подразумевает под собой неодушевленный объект, как в культурах других планет. Говорю это несмотря на то, что в весьма далеком прошлом у меня был начальник, весьма успешно изображавший крупный и неуклюжий предмет мебелировки, который и приткнуть некуда, и избавиться от которого никак не выходит…

Майлз отмахнулся:

— Мне-то можешь не рассказывать — я впитал этот урок с молоком матери. Но Дюбауэр не гермафродит. Дюбауэр — ба.

— Что еще за “ба”?

— Стороннему наблюдателю ба могут на первый взгляд показаться урожденными слугами Небесного Сада, где цетагандийский император пребывает в безмятежности среди совершенной красоты — по крайней мере, так хотят представить дело хаут-лорды. Ба кажутся расой бесконечно преданных слуг, верных псов в человечьем облике. Разумеется, они красивы, ведь все в Небесном Саду должно быть таковым. Впервые я столкнулся с ба лет десять назад, когда меня послали на Цетаганду — в качестве лейтенант лорд Форкосигана, а не адмирала Нейсмита — с дипломатическим поручением. А именно, присутствовать на похоронах матери императора Флетчирап Джияджи, старой вдовствующей императрицы Лисбет. Я видел многих ба вблизи. Некоторые из них — в основном те, что появились лет сто назад, в пору юности Лисбет — создавались безволосыми. Это была мода, которая с тех пор миновала.

Но ба — не слуги; по крайней мере, не просто слуги императорского дома хаутов. Помнишь, я сказал, что хаут-леди из Звездных Ясель работают только с человеческими генами? Именно на ба хаут-леди и испытывают новые генетические комплексы, будущие улучшения расы хаутов, прежде чем решат, достаточно ли хороши эти изменения, чтобы включить их в модель хаутов этого года. В некотором смысле, ба — братья хаутов. Практически старшие братья. И даже дети, с определенной точки зрения. Хауты и ба — две стороны одной монеты.

Ба в точности также умны и опасны, как хаут-лорды. Но не столь самостоятельны. Преданность — такая же неотъемлемая их черта, как и бесполость — таковыми они созданы, причем по одним и тем же причинам: чтобы их легче было контролировать. По крайней мере теперь понятно, почему мне все время казалось, что я видел Дюбауэра прежде. Если это ба не разделяет большинство генов с самим Флетчиром Джияджей, я съем свою… свои…

— Ногти? — подсказал Бел.

Майлз торопливо вытащил руку изо рта. Он продолжал:

— Если Дюбауэр — ба, а я готов поклясться, что так оно и есть, в этих репликаторах должны быть цетагандийские… не знаю кто. Но почему здесь ? Зачем перевозить их тайно, да еще на корабле бывшей-и-будущей вражеской империи? Ну, я надеюсь, что не будущей — последних трех раундов открытой войны с нашими цетагандийскими соседями было вполне достаточно. Если это нечто открытое и гласное, почему не лететь цетагандийским кораблем со всем шиком? Ручаюсь, дело вовсе не в экономии. Это убийственный секрет, но от кого и почему? Вообще, что за чертовщину замыслили Звездные Ясли? — Он развернулся кругом, не в силах стоять на месте. — И что за адский это секрет, если ба довезло тысячу растущих живых зародышей в такую даль, но теперь готово скорее убить их всех, чем попросить о помощи?

— О, — промолвил Бел. — Это… да. Немножко не по себе становится, когда подумаешь об этом.

Ройс негодующе воскликнул:

— Это чудовищно , милорд!

— Может, на самом деле Дюбауэр вовсе не собирался избавляться от них, — неуверенно заметил Бел. — Может, он сказал это просто из желания усилить давление на квадди, чтобы они разрешили ему забрать груз с “Идриса”.

— Хм-м… — протянул Майлз. Вот уж действительно заманчивая идея — умыть руки ото всей этой дьявольской мешанины… — Черт. Нет, нельзя. По крайней мере, пока. По правде говоря, я хочу, чтобы ты снова закрыл доступ на “Идрис”. Не пускай Дюбауэра — не пускай никого на борт. Впервые в жизни я вправду хочу посоветоваться со штаб-квартирой, прежде чем пуститься во все тяжкие. И как можно скорее.

Что там сказал Грегор — скорее даже, упомянул вскользь, ничего не сказав толком? “Что-то расшевелило цетагандийцев в районе Ро Кита”. Что-то необычное . “Ох, сир, у нас тут тоже дела необычнее некуда”. Есть ли взаимосвязь?

— Майлз , — раздраженно воскликнул Бел, — Я только что чуть наизнанку не вывернулся, уговаривая Уоттса и Гринлоу пустить Дюбауэра на “Идрис” . Как я объясню такую внезапную перемену? — Бел помедлил. — Если этот груз и его владелец представляют опасность для Пространства Квадди, я обязан доложить о них. Думаешь, тот квадди в гостинице стрелял в Дюбауэра, а не в тебя и не в меня?

— Такая мысль приходила мне в голову, да.

— Тогда будет… неправильно не уведомить станцию о возможной опасности.

Майлз сделал глубокий вдох.

— Ты представляешь здесь Станцию Граф; ты в курсе дела, следовательно, и станция в курсе. Этого довольно. Пока.

Бел нахмурился.

— Такой довод слишком лицемерен даже для меня .

— Я всего лишь прошу тебя подождать. В зависимости от сведений, которые я получу из дома, возможно, мне даже придется купить Дюбауэру быстрый корабль, чтобы он поскорее убрался вместе со своим грузом. Причем желательно не зарегистрированный на Барраяре корабль. Просто придержи. Я знаю, ты можешь.