Чтение онлайн

Мне поставили диагноз «рак кожи». Но мой близкий друг сделал операцию и буквально спас мне жизнь. Правда потом врачи сказали, что у меня метастазы в печени и я, конечно, залезла в интернет, и узнала, что с таким диагнозом мне осталось жить от силы полгода. «Вот оно… То, чего я ждала и чего так боялась. Значит, это будет долгая мучительная смерть от рака?…»

Я тогда отказалась ходить по врачам, отказалась от обследований, операций и химиотерапии. Вместо этого мы поехали с Сашей в путешествие по Азии, чтобы, может быть, в первый и последний раз увидеть эти прекрасные места.

Мы вернулись, готовые к трудной, но не долгой борьбе. Я вообще не была уверена, что нужно бороться. Нет, это не была апатия или «опускание рук». Это был здоровый прагматизм. Я была против того, чтобы продавать квартиру, чтобы потратить эти деньги на призрачную надежду излечиться в Израиле… Это бессмысленно. Меня все равно бы не удалось спасти, а моя семья останется без жилья.

Поэтому я просто регулярно ездила в онкобольницу в п. Песочное, главный онкоцентр в пригороде Петербурга, и, как и предлагала врач, мы просто «наблюдали». Операцию на печени мне делать не стали. Слишком было опасно, как сказал хирург – «Я ей всю печень истыкаю, а толку?»

Ну, нет так нет…

Дальше нужно было проверяться и «наблюдать». И вот, один наблюдательный врач, рентгенолог и специалист по МРТ, со смешной фамилией Лесничий обнаружил во время своих наблюдений, во время очередной МРТ—процедуры, что никакой это ни рак в моей печени! А просто гемангиомы. Такие маленькие кисты, которые часто бывают с рождения у многих людей. Вот так, из позиции «на пороге смерти» я перешла в позицию «я здорова». Нет, диагноз «меланома» у меня есть и по сей день. И я проверялась потом каждые полгода. Но я не была уже неизлечимо больна и не умирала. По крайней мере так быстро, как ожидалось.

Сейчас я думаю… Ведь это, наверное, был знак. Такой, что не заметить было нельзя: Посмотри на свою жизнь! Перестань так злиться! Цени каждый момент! Цени то, что у тебя есть! Но.. Я слишком глупа и эгоистична для этого. И я его пропустила мимо.

Третий знак случился вроде бы как по ошибке. Но ведь ничего не случается просто так?.. Однажды я увидела на телефоне вызов с незнакомого номера. Я взяла трубку и услышала:

– Здравствуйте… Это вас беспокоят из скорой неотложной помощи. Ваш номер телефона мы нашли в списке важных. Мне очень жаль Вам сообщать это. Но ваши родные погибли…

– … Что?…

Дома я была одна. Саши и Сони не было. В тот момент я подумала: «Вот оно…»

– Ваш муж…

– Подождите. Как его имя?

– … (дальше врач называет незнакомое мне имя)

– Я не знаю этого человека… – отвечаю я женщине.

– Ох, простите… Наверное неправильно набрала номер… простите!

– Ничего…

Конечно, я сразу позвонила Саше. Услышала его голос и тогда уже успокоилась окончательно. Эти ощущения ни объяснить… ни передать словами… Такие же эмоции я испытала 2 месяца назад. Шок, боль, не способность поверить в то, что это может быть правдой.

Четвертый знак был очень страшный… и очень судьбоносный.

Год назад в нашем же доме, тоже весной вышла из окна девочка. Ей было лет 7 или 8. Она была дома одна. Она оделась, собрала рюкзак, открыла окно и вышла. Кажется, это был 16 этаж… Она упала на крышу коммерческой пристройки на 1-м этаже, на крышу магазина.

Я тогда плакала 2 или 3 дня. Хотя я не знала даже имени этой погибшей девочки, не знала ее родителей. Но это было так жутко, когда маленький, невинный ребенок убивает себя. Столько вопросов тогда роились в моей голове… Это была случайность? Была ли она психически здорова?… Если бы я знала, что примерно год спустя сама окажусь в таком жутком кошмаре и буду задавать себе те же вопросы… Ещё тогда я решила, что я не хочу жить в этом доме и нужно уезжать… Но мы все откладывали это. Все ждали чего-то…

Пятый знак был летом. Когда мы были все вместе в Анапе, в гостях у моих родителей. На пляже, где мы купались погибли люди. Сначала воронка утащила мальчика, прямо у берега, за ним бросился отец и ещё один мужчина. Хотели спасти его. Но оба тоже погибли.

Шестой знак был, когда мы вернулись в Питер, и ехали куда-то по делам. Был сентябрь, начало учебного года. Соня только пошла в 5 класс.

Мы ехали в машине и играло радио. Началась реклама. И по рекламному сюжету одна «мама» жаловалась другой на то, что «дети совсем от рук отбились» и учеба совсем не идёт у них. Вторая «мама» тут же давала дельный совет: обратиться к психологу. Но все бы ничего и я бы даже не заметила эту рекламу, даже не вслушалась бы, если бы она не ляпнула: «Это же соматиииическое!»

Меня это и насмешило, и разозлило. Какое ещё соматическое? Сразу видно, какие психологи там работают… Разводят на деньги бедных родителей! И не стыдно им… А ведь я получила этот знак неспроста… Ну то, что соматическое-то ладно… А вот то, что мне нужно было срочно в ближайшее время искать психолога для Сони – это факт…

Саша снял москитные сетки с окон. И все хотел их то ли помыть, то ли перетянуть… Он, радостный, сообщил мне об этом, когда я лежала в больнице после очередной своей операции по удалению опухоли.

– Я помыл окна!

На дворе была середина ноября. Я была рада этому его внезапному порыву чистоты. Но удивилась, ведь на дворе была середина ноября. Уже случались первые морозы.

– Только сетки москитные снял. Зачем они зимой, верно?…

… Верно – ответила я.

Теперь я все думаю, какое стечение обстоятельств… почему он именно тогда решил сделать это?.. Почему снял эти сетки… Он все откладывал и обратно их так и не поставил.

Так много знаков, предупреждений, предчувствий. И все зря. Я ничего не услышала, не прислушалась к своей интуиции, не смогла ничего изменить, ничего не смогла исправить… А кода в памяти всплывает та страшная ночь и весь день, который предшествовал этой жуткой ночи, начинает казаться, что все мы делали что-то странное, не осознанное… Как будто под гипнозом…

Я все думаю об этом… О том, что я могла, но не сделала нужного. Не спасла ее…

6 мая 2022

День 11. Последний день. Последняя ночь

Думая о том, как я упустила все эти знаки и предупреждения, я медленно снова возвращаюсь к той ночи.

2 марта я написала своей маме.

Долго я не решалась это сделать. Или не хотела… Помню, что прямо заставила себя написать ей. Несколько дней собиралась и все откладывала… Но в итоге стало стыдно, что я такая трусиха. Всего-то надо узнать, как у нее дела и как ее здоровье.

Тогда уже началась война на Украине. И я не хотела особо ни с кем общаться, потому что не хотела собирать негативных мнений, добавлять чужих страхов. Не хотела никого успокаивать, убеждать что все будет хорошо… Может потому, что и сама не особо в это верила…

В итоге я все-таки решилась написать. Все шло хорошо. Я спросила, как дела и Мама ответила. Ничего особенного. И мы уже практически попрощались…

Но тут Мама все же прислала это сообщение…

В нем она настоятельно просила меня проверить Сонин телефон. Потому что сейчас детям отправляют всякие агрессивные и жестокие сообщения со стороны Украины из-за войны. Я понимала, что она права… Я тоже боялась этого и не хотела, чтобы моему ребёнку отправляли отрезанные головы. Но я же не проверяю Сонин телефон… как я смогу сделать это?… но ведь опасность реальна… нужно быть бдительным… Столько разных, противоречивых мыслей тогда появилось в моей голове. А в основе всего – страх… животный страх за своего ребенка.