Чтение онлайн

2) для управления ВКЛ образовать в Петербурге при императоре Литовскую канцелярию под руководством статс-секретаря, а в Вильне — Административный совет под председательством наместника;

3) признать Статут ВКЛ 1588 года основным гражданским законом, а польский язык — языком делопроизводства;

4) создать в Вильне Верховный трибунал в качестве высшей инстанции для решения апелляций по гражданским и уголовным делам;

5) замещать должности в аппарате государственного управления только уроженцами ВКЛ;

6) выделять средства на народное образование и содержание учебных заведений ВКЛ (за счет различных отраслей общественных доходов) в отдельную статью бюджета империи;

7) ввести полное равенство жителей ВКЛ в налогообложении и способах взыскания налогов с другими губерниями империи (9).

Одновременно разрабатывался проект конституции ВКЛ и план формирования литовской армии в составе вооруженных сил империи. Предусматривалось создание двухпалатного сейма ВКЛ, поэтапная отмена крепостного права в течение 10 лет с момента провозглашения автономии.

Однако через пару недель Александр I сообщил Огинскому, что не имеет времени для осуществления плана восстановления ВКЛ, так как озабочен усилением обороны империи. Несмотря на это, Огинский 1 (13) декабря представил еще одну записку. В ней он отметил, что при сохранении мира реформа будет носить исключительно внутренний характер. А вот в случае войны с Наполеоном она станет первым политическим шагом на пути к принятию царем титула польского короля. Следующим мероприятием должно стать восстановление Конституции 3 мая 1791 года.

После приема Огинского 27 января (8 февраля) 1812 года Александр I больше не вспоминал про автономию западных губерний. Он вернулся к плану провозглашения себя польским королем в результате «победоносной» войны с Наполеоном.

Выработка и обсуждение плана Огинского вызвали враждебность в консервативных кругах высшей аристократии России. Они увидели в нем попытку расчленения и ослабления «единой» и «неделимой» империи накануне военного столкновения с Наполеоном. Российские сановники не допускали даже мысли о возможности установления самоуправления в недавно присоединенных «польских провинциях». Они с трудом смирились с тем фактом, что отобранная у Швеции Финляндия получила статус автономного Великого Княжества Финляндского.

Убежденный польский патриот Адам Чарторыйский тоже отрицательно относился к «литовским планам» царя (что выразилось в его письмах к Александру I в апреле и июле 1811 г.), но по другой причине. Он желал видеть «возрожденную Польшу» в границах 1772 года. А тут вдруг «автономное ВКЛ»!

В конечном итоге русские во главе со своим очередным царем, прикрываясь разговорами и туманными обещаниями, как всегда свели дело к элементарному обману и грандиозному ограблению местного населения.

Вот какую характеристику плану Огинского дал профессор А. Л. Погодин в своем очерке «Наполеон и Литва»:

«Александр строил планы первостепенной важности: он думал напасть врасплох на Наполеона, занять герцогство Варшавское и объявить себя польским королем».

«Проекты Огинского, которые имели в виду создание полунезависимого Литовского княжества, с наместником во главе... были хороши разве как тактический прием на случай войны с Наполеоном, но не более».

«27 января 1812 года Огинский снова виделся с императором и записал в своих мемуарах, что уже не было и речи об автономии Литвы, а Александр был поглощен иными мыслями. Но всю эту суетню литовских магнатов он думал использовать мастерским образом; рескрипт на имя Огинского, рескрипт с разными обещаниями на имя другого магната, князя Друцкого-Любецкого, указ в ноябре 1811 года о разрешении платить часть податей хлебом и т. п. подняли авторитет этих сторонников Александра и позволили им провести чрезвычайно важные меры» [41] .

Стержнем всех разговоров об автономии являлось стремление Александра I максимально использовать людские и продовольственные ресурсы Беларуси. Напомню, что по оборонительному плану войны Барклая де Толли требовалось опустошить оставляемую противнику территорию:

«...Обеспечив совершенное продовольствие и все способы для сильной армии, она должна, встретив неприятеля на самых границах, сопротивляться многочисленнейшему его ополчению в польских провинциях до тех пор, пока совершенно истощатся все способы, какие токмо можно будет взимать от земли, дабы тогда, отступя в настоящую и оборонительную линию, оставить неприятелю, удаляющемуся от своих магазинов, все места опустошенные, без хлеба, скота и средств к доставлению перевозкою жизненных припасов».

Следовательно, надо было набрать в западных губерниях максимально возможное количество рекрутов, а на завершающем этапе подготовки к войне — полностью вычерпать здесь продовольственные запасы. Именно этого требовал император от Огинского осенью 1811 года. Александра I нисколько не смущала ни «перспектива» гражданской войны между жителями Герцогства Варшавского и российскими «поляками», ни обречение жителей «опустошенных провинций» на голодную смерть. Он сказал князю:

«Теперь уже нечего думать об административных мерах и организации наших восьми губерний, а надо позаботиться об усилении средств к защите. Поэтому прошу вас объяснить мне виды ваши относительно военных средств, которые соотечественники ваши в подвластных мне губерниях могут теперь предоставить в мое распоряжение».

Огинский почувствовал себя обманутым. Позже он вспоминал:

«Все мои надежды рушились в эту минуту, но вера в настроение императора еще не угасла во мне, и я счел необходимым с большею нежели когда либо настойчивостью добиваться осуществления моего плана».

Проекты восстановления Польского государства (конец 1810 - весна 1811 гг.) и ВКЛ (весна - осень 1811 г.) были частью военно-стратегических планов высшего руководства Российской империи. При этом восстановление Польского Королевства обсуждалось в связи с планом наступательной войны, а Великого Княжества Литовского — войны оборонительной.

В скором (по историческим меркам) будущем был реализован именно польский план. Как известно, в соответствии с решениями Венского конгресса европейских монархов и их представителей, Герцогство Варшавское в 1815 году было разделено между Россией, Пруссией и Австрией. Император Александр I, извлекший кое-какие уроки из бурных событий предыдущего десятилетия, в своей части польских земель «изволил даровать» полякам самоуправление. Он объявил о создании автономного государства в составе Российской империи — Королевства Польского. Его территория составила 128,5 тыс. кв. км., население — 3,3 млн. человек.

Все же поляки не зря воевали под знаменами Наполеона. В течение 25 лет, с 1807 и до середины 1831 года их страна была суверенным государством, пусть зависимым сначала от Франции, а потом от России.

А вот Литве-Беларуси суждено было оставаться колонией России еще 180 лет.

Как уже сказано, с начала 1810 года Александр I готовился к войне против Герцогства Варшавского. Он поручил военным специалистам разработать стратегический план наступательный войны. Автором наступательного плана был генерал Л. Л. Беннигсен, которому помогали подчиненные ему офицеры [42] .