Чтение онлайн

– Регулярная армия всегда нужна. Народ, не желающий кормить свою армию, вскоре будет вынужден кормить чужую.

– Ты симпатизируешь Макиавелли?
– как-то слишком резко отреагировал Дигна.

– Не особо. Офицерская честь не приемлет. Человечек, лишенный даже крох морали, мне неприятен, - спокойно пояснил Гусев, - Но политики - сплошь мерзавцы, он прав, им ни к чему мораль.

– Это плохие политики. У такой страны не будет друзей, одни враги. "Народ, не желающий кормить свою армию..." - это слишком абстрактно. Сколько конкретно в процентах бюджета?

– Хорошо, - сказал Гусев и немного подумал, - "Правительство, выделяющее на обеспечение безопасности страны меньше четверти бюджета, ..." - звучит некрасиво.

– Британская империя потратила на армию и флот в этом году 40 миллионов фунтов, 39 % бюджета. Сравни, Франция - 27%, США - 17%. Заметь, в мире никак не закончится великая депрессия, а военные расходы её усугубляют! Дорогая плата за нарушенные договора и подлые завоевания!? Им нужно молиться, что миновали времена Борджиа, кумира Макиавелли. Иначе пришлось бы тратить столько же денег на охрану премьер-министра, - рассмеялся генерал, - Я вспоминаю январское убийство премьера сумасшедшим янки, так ловко стрелявшим из "максима", что мне почудилась там слишком большая везучесть. Говорят, генерал, ты удивительно удачлив?

– Меня не было в Лондоне. Я никогда не видел этого янки. Генерал, всё было выполнено столь топорно и непрофессионально, что такие намеки меня обижают, - резко ответил Гусев, - Лучше вернемся к нашим баранам.

– Баранам?

– К существу вопроса, - пояснил Гусев, и постарался ускользнуть от неприятной темы, - Сегодня ты составишь мне список своих возможностей, сколько артиллеристов, пулеметчиков и механиков ты сможешь навербовать, сроки их прибытия и шансы на согласие. Завтра с утра пройдемся по моим кораблям, поговорим с моими людьми. Я никого не держу и никого не неволю!

* * *

Гусев скомандовал отплытие и Дигна машинально его поправил:

– Отход!

– Да!!! Нет "лево" и "право", нет вот этой лестницы вниз, - засмеялся Гусев.

– Точно, - подтвердил Дигна, - есть рort, starboard и companionway.

– А также камбуз, гальюн, рубка и штурвал. А вот это - банки, - еще обиднее заржал Гусев.

– Генерал, экипажу будет приятно, если ты пару раз произнесешь эти "смешные" слова.

– Да, human relations! Вот так мы и превращаемся в столь нелюбимых нами либералов! Пойдем на ют, - скомандовал Гусев боцману.

Генералы зашли в небольшую надстройку, и увидели, начищенные до блеска, поручни ограждения.

– "Блестящие части"?
– уточнил Гусев.

Дигна пожал плечами. Огромный стальной монстр блестел смазкой, вызывая уважение и даже трепет. Боцман открыл дверь в машинное отделение, и Дигна увидел механика за крохотным столиком. С потолка свисали три переговорные трубы для связи с кочегаркой, рубкой и рулевым. Рядом стоял моторист.

– Я, братцы, вчера вас всех собирал. Объявлял. У нас "купец"! Генерал Дигна. Хотите с ним сходить в набег на британцев? Генерал даёт каждому двойную долю, против той, что получали у меня.

– Несогласные мы, - хором, вразнобой, пробормотали механик с мотористом.

Боцман распахнул дверь в котельное отделение, и генералы очутились в аду. Истребители сжигали в своих топках уголь, и черномазые кочегары были похожи на чертей.

– Каторга!!!
– не выдержал Дигма.

– Это точно, не санаторий!
– засмеялся Гусев.

Два кочегара прекратили бросать уголь и освободили место свободной паре. К потолку был подвешен на веревке большой чайник, из которого кочегары облились водой. Гусев повторил свой вопрос и здесь, но ответ был тот же.

Лишь в капитанской рубке генерал услышал другой ответ. Молодой немец собрался вернуться с Гавайских островов на родину предков, поэтому соблазнился на предложение Дигны.

– Хочу купить себе баржу, герр генерал. Буду возить по Рейну грузы. У меня дядя живет в Карсруэ, - бестолково оправдывался капитан.

– Ты их смущаешь, Вольдемар. Дай мне поговорить с ними тет-а-тет, - попросил Дигна.

К концу дня генералы обошли все четыре корабля, и Дигна уговорил почти половину состава. Он рассчитывал за месяц нанять еще столько же белых авантюристов, огромное множество которых он знал из-за своей прежней работы. Вечером Гусев вернулся в порт, где увидел синий немецкий пароход. На причале стоял Клячкин с таким жутким похоронным выражением лица, что у Гусева замерло сердце.

– Англичане захватили Занзибар?
– спросил Володя.

– Хуже. Гораздо хуже. Франческа приехала!!!

Сергей снял шляпу, и Володя увидел пятно крови на появившейся пролысине.

– У тебя гарем, а я виноват!?
– расстроился Клячкин, - Предупреждаю, она вооружена!!!

Гусев, сделавший пару шагов вверх по улице, остановился.

– Обещала отстрелить тебе яйца!

– Найди врача. Пусть приготовит всё, что надо, к операции.

– Надеюсь не на яйцах?!

– А я-то как надеюсь!!!
– деловито сказал Гусев, подзывая охрану.

– Зато гарем у тебя с сегодняшнего дня, прямо, шелковый! Особенно досталось той красотке с огромными черными глазами, которые ты назвал блудливыми.

Проникновение в свою резиденцию Гусев подготовил, как настоящую военную операцию. Казаки пели песни у здания напротив. Двое из них устроили тренировочную схватку на шашках. Четверть часа Франческа терпела, потом вышла и, постукивая пистолетом по ограждению, зло сказала:

– Хватит дурачиться, Гусев! Заходи!

– Ты абсолютно напрасно злишься, - мягко сказал Володя, обнимая жену сзади, одновременно отнимая пистолет.

– Какой ты гад, Гусев! Какая же ты, Гусев, сволочь, - прошептала сквозь зубы Франческа, нанося своему мужу два неприятных удара. Затылком в нос и каблуком по голой ступне ноги.

Гусев был готов к её атаке, поэтому обошелся только расквашенными в кровь губами и содранной со ступни кожей.