Чтение онлайн

– Ты, как тебя там, ветеран, ходь сюды, - я сделал жест, подзывая его к себе второго мужика в майке-алкоголичке.

– Не-не-не, я здесь не причем. Это все она, Лизка Колотова. Говорит, бутылку поставлю, ежели за меня скажешь, - при этом ветеран, выставив вперед руки, словно защищаясь, стал мелкими шашками отступать вглубь комнаты.

– Лизка, это ты?
– я ткнул пальцем в побледневшую женщину

– Товарищи! Надо срочно вызвать милицию! Это же какой-то форменный бандит! Това...

– Пасть закрой! Разговаривать будешь, когда я скажу! Поняла?
– я сделал к ней пару шагов. Она отступила, прижавшись спиной к стене.
– Не слышу.

– Не подходи ко мне, сволочь!
– я сделал еще один шаг по направлению к ней.
– Граждане! Убивают! А-А-А!

От страха потеряв голову и впав в самую настоящую истерику, женщина сейчас истошно вопила, пытаясь спрятаться за своим криком. Повернувшись к сгрудившимся в дверях людям, которые, с некоторой опаской, но больше с, написанным на их лицах, живым любопытством наблюдали, что происходит в комнате. Судя по всему, подавляющему большинству зрителей, все это, похоже, нравилось.

"Похоже, гражданка Колотова не в фаворе у народа. Продолжаем спектакль".

– Товарищи, да у нее самая настоящая истерика!
– воскликнул я и с удовольствием отвесил ей две полновесные пощечины. Голова женщины мотнулась сначала в одну сторону, потом в другую, щеки налились нездоровой краснотой, но при этом она сразу прекратила орать. В толпе заахали, но при этом продолжили с еще большим вниманием смотреть устроенный мной спектакль. Я повернулся к толпе: - Вот так, дорогие граждане, лечиться женская истерика. Еще можно ведро холодной воды на голову опрокинуть. Вот только у меня.... Хотя извините, есть!

Схватив графин с водой, стоящий на столе, я вытащил пробку и опрокинул его над головой Колотовой. Вода хлынула ей на голову, стекла по волосам, а затем потекла по лицу, смывая пудру и краски, превращая его в жуткую маску. Народ дружно ахнул. Глядя на впавшую в столбняк женщину, я решил, что пора кончать.

– Все! Собрание закрывается! Гражданка Колотова, вы можете идти! А вы, товарищи, расходитесь!
– попросил я жильцов уже сухим, казенным тоном.

Колотова, даже не пытаясь утереться, деревянным шагом направилась к двери. Шок еще не отпустил женщину, и она не совсем понимала, что произошло. Люди расступились перед ней, пропустили, а потом пошли следом. В дверях остались две женщины, которые сейчас вопросительно смотрели на меня.

– Это ваши мужья?
– догадался я.
– Не стесняйтесь, женщины, забирайте их!

Стоило мне так сказать, как мужичок в майке-алкоголичке тут же кинулся к двери.

– А ну, стоять!
– тот остановился, повернулся ко мне, глядя на меня глазами побитой собаки.
– Помоги женщинам тащить своего приятеля!

Когда за ними закрылась дверь, я поставил графин, который до сих пор держал в руке, на стол, потом повернулся к хозяйке квартиры: - Здравствуйте. Будем знакомиться. Александр. Лучше зовите Сашей. Татьяна, здравствуйте.

– Здравствуйте, Саша. Вы вовремя пришли. Не знала, что вы такой артист, так хулигана разыграть, уметь надо, - и девушка покачала головой.

– Спасибо вам большое, Александр, - поблагодарила меня хозяйка, у которой только сейчас стал восстанавливаться природный цвет лица.
– Присаживайтесь, пожалуйста. Извините, так разнервничалась, что забыла поздороваться. Здравствуйте и еще раз большое-большое вам спасибо.

– Не за что. Вот пришел посмотреть, как Татьяна Владимировна живет, а тут у вас целая война за жилплощадь идет.

– Давно уже идет, но потихоньку, сапом, а сегодня Елизавета, как с цепи сорвалась. Все, больше не будем говорить о неприятном. Давайте, я сейчас чаю поставлю. У меня печенье есть, мягкое, рассыпчатое.

– Большое вам спасибо, но я хотел пригласить Таню на прогулку, если ни у кого возражений нет.

– Да мне как-то неудобно, право. Пришли в гости, помогли и сразу уходите, - стала сокрушаться хозяйка.

– Ничего страшного. Не последний день живем, зайду как-нибудь. Таня, вы как?

Неожиданно девушка смутилась, опустила глаза.

– Боюсь, у меня не получится идти. У меня тут встреча с человеком должна состояться, где-то, через час.

– Этот человек, какого пола? Женского или мужского?
– поинтересовался я.

– Мужского. Его Павел зовут, - Таня резко выпрямилась, посмотрела с вызовом.

– Если вы сейчас идете, то я могу вас немного проводить, если нет, то я тогда, наверно, пойду.

– Он сам за мной зайдет. Саша, вы на меня, пожалуйста, не обижайтесь.

– Да я не в обиде, Таня. Всего хорошего.

Девушка и хозяйка комнаты проводили меня виноватыми взглядами.

Выйдя из комнаты, я услышал громкий гомон человеческих голосов, идущий из общей кухни. Судя по обрывкам фраз, там собралось все население квартиры, которое довольно живо обсуждало, только что произошедшие события. Не успел я пройти половину коридора, как одна из дверей неожиданно открылась и на пороге показалась та самая, приятного вида, местная активистка. Она сделала, чисто женское, мягкое движение, высокая грудь пошла вперед, натягивая ткань, и одновременно полы халата снизу разошлись, отдавая на рассмотрение, начиная от середины бедра, стройную женскую ножку. Стоило нашим взглядам встретиться, как в глазах женщины я увидел озорных чертиков, отплясывающих сексуально-зажигательный танец.

– Вы торопитесь, мужчина?

Против такого натиска я не мог устоять, а если говорить честно, даже не пытался.

– Уже нет, прелестная незнакомка. Боюсь показаться невежливым, но может, вы меня пригласите в гости?

Уже закрывая за собой дверь, я успел услышать чей-то женский голос, в котором прямо звучала неприкрытая зависть: - Вот же, Машка-стерва!

Историческая справка. Через 16 лет после смерти Якова Свердлова, в 1935 году, сотрудники Кремля, занимавшиеся очередной инвентаризацией, обнаружили несгораемый шкаф, некогда стоявший в кабинете председателя Всероссийского ЦИКа. В свое время его не смогли открыть, но на этот раз для вскрытия сейфа вызвали специалистов. О богатстве одного из лидеров большевиков сегодня известно благодаря сохранившейся записке наркома внутренних дел Генриха Ягоды на имя Иосифа Сталина от 27 июля 1935 года. Согласно этому документу, в сейфе Свердлова были обнаружены золотые монеты царской чеканки на сумму 108 525 рублей, 705 экземпляров ювелирных изделий, кредитные билеты на 750 тысяч рублей, а также чистые бланки паспортов царского образца и несколько паспортов на различные имена (в том числе и на имя самого Свердлова). Нетрудно было понять, что в 1919 году, у большевиков было довольно шаткое положение, поэтому награбленные председателем Всероссийского ЦИКа богатства, лежавшие в его сейфе, были приготовлены на случай бегства.

Наша встреча была назначена на Патриарших прудах, одном из знаковых мест Москвы. К назначенной точке встречи мы подошли почти одновременно, только еще на подходе к месту я стал присматриваться к гуляющей публике. Я специально выбрал рабочий день, поэтому отдыхающего народа было сравнительно немного: мамы с детьми, пожилые люди и молодежь. Не обошлось, правда, без музыкального сопровождения. Мимо меня промаршировал, под громкий стук барабанных палочек, отряд пионеров в голубых майках и красных галстуках.