Чтение онлайн

Ох, кадди! О таком космическом корабле не может мечтать ни один советский человек! Простой человек никогда не сможет его купить только потому, что ни денег не хватит, ни привезти такое чудо не позволят.

Чиновник, даже крупный, не купит «кадиллак» потому, что это будет сочтено нескромностью, да и опять же – откуда деньги?

Цеховики… ну эти бы наверное купили – чтобы выехать на дорогу где-нибудь в Ереване, под восхищенные возгласы менее удачливых соседей. Но кто же им его продаст?

Эта машина в 1972 году на самом деле чудо инженерной мысли. Восьмилитровый движок мощностью в четыреста сил, подсветка порогов для ночи, автоматическое включение фар в темное время суток, круиз-контроль, автоматическая коробка передач, климат-контроль! В 1972 году – климат-контроль! Крыша открывается автоматически – нажал кнопку, и… рраз! Готово! Ремни безопасности – их начнут ставить в СССР на все автомашины только в 1979 году. А тут уже есть! В общем – нельзя сравнить ни с одной машиной сделанной здесь, в этой стране. Танки мы делаем лучшие в мире, а машины у нас как были, так и есть – полнейшее дерьмо.

Помню шутку еще советских времен: «Если тихой майской ночью загнать «жигули» в лес, то прислушавшись, можно услышать, как они гниют». На мой взгляд, единственной удачной машиной советского автопрома была «нива», да и у той «косяков» выше крыши. Впрочем, и удачной ее можно назвать только с большой натяжкой. Ломучая, жрущая бензин, неудобная. Единственное достоинство – хорошая проходимость.

Мимо нас проносились машины, люди в которых сворачивали себе шеи, выглядывая в окно. Когда обгоняли троллейбус – весь народ выставился в окошки, показывая на нас пальцами. А мы ехали – важно, спокойно, вроде как ничего не замечаем! В этом времени иномарка – это нечто подобное летающей тарелке, спустившейся с небес, но еще и кабриолет?! Это я даже и не знаю, с чем сравнить. Чудо! Настоящее чудо! Кадиллак!

– Я чувствую себя голой! – пробормотала румяная Ольга, нарочито глядя перед собой, на дорогу – Они меня рассмотрели во всех подробностях и даже заглянули мне под одежду! Давайте закроем верх? Что-то мне не по себе.

– А мне нравится! – внезапно высказала свое мнение Настя, которая обычно помалкивала – Хорошо!

Я обернулся к своей домработнице, и увидел, что она закрыла глаза и улыбается тонкой, едва заметной улыбкой. Верх ее коротких светлых волос развевает ветерок, который проносится над головой, а лицо жадно ловит солнце. Да, ей явно было хорошо.

Грохот. Авария! Мотоциклист на мотоцикле с коляской загляделся на нашу машину и сходу врезался в стоявшее у обочины такси-москвич.

Я притормозил, остановился на обочине, проехав место аварии, заглушил машину и выскочил, крикнув девушкам:

– Сидите! Я посмотрю, что там и как! Вдруг помочь надо!

Мотоциклист сидел на земле, обалдело смотрел по сторонам, хлопая ресницами, а возле него стоял и виртуозно матерился водитель такси, глядя на разбитый габаритный фонарь и на помятую крышку багажника.

– Мать твою…! У тебя глаза повылезали, дол… б ты…?! – и все в таком духе. Мотоциклист не отвечал, видимо находясь в шоке, и я тут же спросил, подойдя поближе и осматривая его со всех сторон:

– Ты цел? Ничего не сломал? Скорая не нужна?

– Вроде цел… – поморщился мотоциклист – Только ушибся. Засмотрелся на это чудо без крыши, вот и влетел… Извини, браток! (это он таксеру) Давай договариваться! Виноват, чо уж там! Оплачу, гайцев не зови!

Я не стал ждать, чтобы узнать, как они там договорятся, пошел к машине. Цел – да и слава богу. А когда подошел, обнаружил возле машины толпу зрителей, собравшуюся буквально за считанные минуты. Люди стояли от машины шагах в трех и обсуждали ее технические особенности, жадно разглядывая внутренности кадди и сидящих в нем девушек. И что еще заметил – народа прибавляется, как если бы с горы по мокрому снегу пустили маленький снежок. Через минуту по склону уже скачет здоровенный снежный шар, который способен поглотить человека, и не одного.

Надо было быстренько отсюда валить, потому что люди переходили улицу и шли к машине, чтобы как следует поближе ее рассмотреть. Эдак, через пять минут мы окажемся в тесном кольце зевак, и чтобы покинуть место парковки придется приложить немалые усилия. Любопытный у нас народ, да, но тут случай особый, и я их понимаю. Белый кабриолет, «кадиллак», в 1972 году, за железным занавесом – это просто фантастика!

Прыгнув на водительское сиденье я под внимательными взглядами толпы, состоявшей уже не менее чем из тридцати человек завел двигатель, поставил рычаг включения коробки передач в положение «Драйв», машина всосала в себя воздух, как бегемот перед погружением на дно озера Танганьика, и белым кораблем двинулась вперед, отпугивая с дороги «москвиченка», катящегося чуть левее, и газ-69 со ржавой, облупившейся задней дверцей, на которой отсутствовало запасное колесо. Я добавил газу и «кадди» рванул вперед как торпедный катер, едва не прокрутив под собой свои большие колеса. Но не прокрутил, ибо привод у него передний, а могучий движок придавливает шины к асфальту своим совсем даже немаленьким весом. В этом времени блоки движков еще не дурацкий одноразовый силумин. Здесь – честный чугун, который вполне спокойно можно проточить на многих и многих ремонтах. Весит – как чугунный… хмм… движок.

Мда… понты требуют жертв! Хотел попонтоваться, прокатиться по Москве на белом «кадди», вот теперь терпи! Посмотрел на девчонок – они, как ни странно, улыбались. По-моему это в крови у женщин – любовь ко всеобщему вниманию.

– А нас фотографировали! – расслабленно улыбаясь сказала Ольга, оглаживая волосы на голове. Ветер поверх лобового стекла едва касался ее волос на макушке, а вот Насте доставалось побольше.

– Кто фотографировал?! – насторожился я, сразу посерьезнев и соображая, во что это все выльется.

– Корреспондент – так же томно сказала Ольга – Вроде как Вечерней Москвы… или Известий… не знаю. Он людей растолкал, кричал, дайте дорогу корреспонденту! И давай нас щелкать.

– И ты не сказала? – поморщился я.

– А что бы ты сделал? Убил бы его? Разбил бы фотоаппарат? Да пусть фотографирует… мы что, украли чего-то? Скрываемся?

Я хмыкнул и ничего не ответил. И правда – а чего сделаешь? Пленку если только выдрать. Но это скандал, еще и милицию вызовут. Отобьемся, конечно, но зачем нам такая скандальная репутация? Черт бы с ними… щелкоперами!

Дальше, дальше по улицам города! Рвемся за город!

Впрочем «рвемся» сказано слишком уж пафосно и не соответствующе действительности. «Рваться» особо и не приходится. Машин – просто смешное количество! Как в Москве двухтысячных ночью под утро. Да и эти из смешного количества – оглядываясь на нас тут же убираются с дороги – не потому, что пугаются, в этом времени еще не научились бояться дорогих машин, вернее, их «содержимого» – просто притормаживают, и начинают разглядывать белую диковинку, сияющую лаковым покрытием. Походит на то, как если бы по морю плыл линкор в сопровождении толпы кораблей охраны – эсминцев и крейсеров.

Я даже слегка раздосадовался – ну дикая же картина! Только представить – по проспекту несется белый кадиллак, за ним, запрудив дорогу, стая машин всех видов и расцветок – штука двадцать, не меньше! И никто не обгоняет – все или сзади, или норовят пристроиться рядом!

В общем – я вдавил педаль газа в пол, «кадди» утробно засопел, взвыл кик-дауном и рванул вперед, отрываясь от своего эскорта. За считанные секунды мы набрали скорость сто пятьдесят километров в час, оставив позади стаю преследователей.