Чтение онлайн

— Я тут у вас на сайте в архиве статью прочитал, — громко сообщил юный посетитель. Журналисты как один вытянули головы в сторону гостя. — Очень интересную, напечатанную еще в 2007 г. — Трое мужчин вернулись к прерванным занятиям, видимо, они работают в редакции меньше пяти лет. Но двое других: один с бородой, другой в очках продолжали слушать Антона. — В сноске обещали продолжение, только я не нашел. Может, пропустил?

— О чем материал?, — спросил бородатый. — Автора назовёте?

— Михаил Борисенко, — Антон для наглядности достал из кармана распечатку.

— А-а-а, про искривление пространства, — пролистал страницы журналист. И обратился к коллеге, который тоже захотел взглянуть на заголовок. — Помнишь, как много шума она наделала?

— Тема уж больно вкусная, — щелкнул пальцами очкарик. — Предвидя неоднозначную читательскую реакцию, заранее договорились с автором, что он напишет продолжение, через полгода. Материал в план поставили. Борисенко присылал выдержки из новой статьи, советовался по поводу замены сложных научных терминов более понятными. Наконец, сообщил, что текст готов, он сам его привезет, чтобы мы прочитали вместе и согласовали правку. Но в редакции так и не появился. Мало того, перестал отвечать на телефонные звонки. Мы ждали до последнего, потом в спешке номер переделывали. Пришлось договариваться с другим ученым, не хотелось идею конкурентам уступать. Но, эффект уже не тот.

— Я долбил Михаила электронными письмами, — добавил первый собеседник. — Борисенко откликнулся только раз. И текст выглядел подозрительно.

— В каком смысле?— насторожился Антон

Мужчина вернулся к монитору, открыл почту, порылся в сохраненных сообщениях за 2008 г. Кликнул мышкой в нужную строчку.

— Нашел, — бородач небрежно ткнул пальцем в экран. — "Гипотеза в форме предположений — всего лишь поток красивых слов. Но когда убеждаешься в том, что она реальна, становится страшно. Поверьте, лучше ничего не знать, тогда не будет соблазна все переписать. Прощайте. Встретимся на следующем круге".

— А позже вы не пытались связаться с Борисенко? Не сталкивались с ним?, — не терял надежду найти человека Антон.

— Нет, — покачал головой бородач. — Активный до того автор, известный спорщик, принимавший участие в обсуждениях на форумах, ни с того ни с сего замолчал. Словно исчез.

— Исчез?, — сделал удивленные глаза Антон. — Вы думаете, Борисенко уехал из страны? Или… или его убили?

— Что за глупости, — вмешался очкарик. — Михаил не входит в число российских олигархов или криминальных авторитетов. Тихий, скромный, кабинетный человек.

— Но, тем не менее, исчез?, — настаивал подросток.

— Готово, — девушка протянула Антону заполненный по всем правилам бланк и указала на итоговую сумму в нижней графе.

Мальчику ничего не оставалось, как, заплатив деньги, покинуть редакцию.

— Извини, пап, — раздосадованный Антон махнул рукой. — Съездил практически бесполезно.

— Почему же?, — вмешалась Лиля, доставая еще одну чистую тарелку. — Не знаю, что вы задумали, но ты станешь получать научно-популярный журнал. Вдруг почитаешь. И поумнеешь, — Лиля запоздало хлопнула себя по губам, понимая, что молчавшая Зойка теперь не преминет что-нибудь съязвить вдогонку.

Но случилось невероятное: Зойка даже не обратила внимания на замечание Лили. Наоборот, проглотив последний кусок сардельки, девушка вылезла из-за стола и освободила место племяннику:

— Ешь, проголодался, небось?, — проявила неожиданную заботу тетка — Посмотрим, вдруг мои усилия дадут результат. Я пока в начале пути. Работа предстоит долгая и кропотливая.

И Зойка поспешила в свою комнату. Заглотив сардельки, следующим освободил кухню Антон. Лукошкин попытался сосредоточиться. Молодец, сын — сочинил хороший повод, чтобы попасть в редакцию журнала. Егору тоже необходимо придумать что-то убедительное, чтобы его пустили в Институт городского хозяйства. Наверняка, в подъезде восседает широкоплечий детина. Сейчас в Москве охранники и видеокамеры у каждой двери, разве что вход в общественный туалет не сторожат. В качестве кого предстать Лукошкину пред очи начальницы отдела кадров, чтобы той захотелось с гостем пообщаться?

Егор не ошибся: фойе Института городского хозяйства, куда добрался на следующий день Лукошкин, перегородил турникет, рядом с которым в стеклянной будке царственно восседал человек в камуфляже. Лукошкин нашел в вывешенном на стене списке телефон руководителя отдела кадров. Как и надеялся, распоряжалась научно трудовыми ресурсами женщина.

— Раиса Карловна?, — обратился Егор, набрав нужный номер, и, дождавшись удлиненно-вопросительного "Да-а-а?", вежливо продолжил: — Я представляю адвокатскую фирму "Лукошкин и партнеры". — Удивительная вещь: сама по себе фамилия Егора звучит не очень впечатляюще, как-то по-детски несерьезно, но рядом с таким словом, как "партнеры", сразу приобрела солидность. — К нам обратился гражданин США Майкл Борисенко. У него есть вопросы к одному из ваших сотрудников, но предварительно мне хотелось бы поговорить с вами.

Дамское любопытство — подспорье для сыщика. Мало кто из представительниц прекрасной половины устоит от такого набора "невероятностей". Во-первых, звонит адвокат. Это в Америке у каждого уважающего себя янки есть адвокат и психотерапевт. У нас — юристы часто только в телевизоре мелькают, поэтому любая женщина не откажется пообщаться с представителем редкой профессии. Во-вторых, гость предпочитает, прежде чем отправиться к нужному человеку, посетить отдел кадров, что придаст визиту ореол загадочности. Кроме того, хозяйка офиса получит возможность узнать что-то раньше других. Ну, а туман по поводу заграничного клиента, распалит любопытство еще больше. Логика профессионального психолога не дала сбоя: Раиса Карловна разрешила пропустить Лукошкина в здание.

— Иностранцы — народ непредсказуемый, — закинув ногу на ногу, доверительным тоном начал беседу Егор. — Мой клиент, очень богатый и одинокий человек, коллекционирует однофамильцев. Задумал разделить между ними наследство.

— Но никаких денег не хватит, — охнула заинтригованная Раиса Карловна. — Представьте, сколько Михаилов Борисенко живет в России. А на Украине!

— Ситуацию упрощает одно условие, — продолжил довольный Егор: собеседницу удалось заинтересовать. — Однофамильцы требуются абсолютно полные: не только по имени и фамилии, но и по дате рождения. Майкл нанял юристов в разных странах. Мне вручили список москвичей. Я должен выяснить, отвечают ли люди заданным параметрам. Один из Борисенко работает у вас. И прежде, чем отправиться к нему, хотелось бы проверить данные с вами. Поймите — на кону большие деньги. Не хочу обижать соотечественников, но где гарантия, что, узнав заранее о предполагаемом наследстве, человек не подделает паспортные данные.

— Вы правы, — понимающе мигнула начальница и взялась за компьютерную мышку. Через пару секунд открылся список сотрудников Института. Раиса Карловна пробежала глазами по строчкам: — Увы, ваша информация устарела. В данный момент среди штатных сотрудников нет ни одного человека по фамилии Борисенко.

— Странно, — недовольно сдвинул брови гость, — иностранцы ошиблись?

— Не совсем, — кадровичка открыла другой перечень. — Михаил Борисенко работал в Институте, но уволился четыре года назад.

— Почему вдруг и куда человек перевелся?, — задал вопросы, ради которых и приехал в Институт, Лукошкин.

— М-м-м…В приказе об увольнении, — прочитала Раиса Карловна, — указана стандартная причина — "по собственному желанию". Надо же, — изумленно охнула начальница, — здесь отсканирован оригинал заявления. Первый раз вижу подобный текст. Только послушайте: "Не хочу тратить время на ерунду. И так его до следующего круга осталось мало. Поэтому прошу уволить меня…" и так далее.

Вопреки строгим правилам кадровичка повернула экран к Лукошкину, чтобы гость сам убедился в существовании невероятного документа. Егор автоматически зафиксировал дату регистрации заявления — июнь 2008 года, именно тогда Борисенко отправил не менее загадочное письмо и в редакцию молодежного журнала.