Чтение онлайн

– Так тебе, Борис, не ко мне надо было бежать спозаранку, а сразу в Скотланд-Ярд, – резонно заметил Духон.

– Э, нет, Сашенька, в данном случае это не выход. После визита араба я окончательно поверил, что Люсинов действительно что-то химичил с радиоактивными материалами. И кто знает, может, был связан с исламскими террористами. Мне оно надо? Ведь если те думают, что мы здесь с Вадимом вместе химичили, то почему бы и Скотланд-Ярду так же не подумать?!

Эленский поднял указательный палец и, сделав паузу, пристально посмотрел в глаза Духону.

– Уж не знаю, что и сказать, – искренне признался Александр.

– То-то и оно… – совсем загрустил некогда самый крутой олигарх.

– Не пойму, чего ты хочешь от меня. Чтоб слезу пролил? Или тебе глазки промокнул?

Эленский не заметил сарказма и как ни в чем не бывало продолжал гнуть свое:

– Если Люсинов действительно торговал через Лондон радиоактивными материалами и тем более завязался с исламистами, то как ты думаешь – кто-то же должен был ему поставлять их из России?

– Я опять не пойму, Борис, куда ты клонишь. Ну, торговал… ну, получал… Какого чёрта ты завёл разговор на эту тему именно со мной?!

– «Разговор на эту тему портит нервную систему…» – совершенно некстати пропел опальный олигарх куплет из оперетты «Трембита». – Видишь ли, Александр Павлович, я убеждён, что такие умные и дальновидные персоны, как ты и твой приятель-журналист, далеко не случайно оказываются в нужное время и в нужном месте. Чутье, понимаешь ли…

– Что-о-о?! – почти заорал Духон, вытаращив от удивления глаза. Лицо его стало сначала мертвенно бледным, затем пошло красными пятнами. Он почему-то сразу представил, как завопит Багрянский, услышав о том, что сказал Эленский. – Ты что такое городишь?! Неужели ты подозреваешь, что мы… что я… каким-то боком связаны с делом Люсинова?!

– Да боже упаси, Саша! Ты неправильно меня понял. Я только хотел сказать, что…

– Я отлично понял, что ты хотел сказать и кто тебя попросил об этом! – Александр все больше закипал от ярости. – В отличие от некоторых, я никогда не работал ни на вертухаев, ни на мафиозных баронов, нелегально торгующих наркотиками и оружием! Да и впредь не собираюсь!

– Господи, что я такого сказал? Не понимаю, что тебя так разобидело, – пожал плечами Эленский. – Я просто хотел выяснить, раз уж вы в Лондоне, нет ли у вас каких-либо сведений относительно…

– Брось! – Голубовато-серые глаза Александра недобро сверкнули. – Не это ли ты имел в виду, когда давеча спросил меня, не занялся ли я новым бизнесом?

– Ни в коем случае, ни в коём случае, Сашенька! – поспешил откреститься Эленский. – Я только…

– Всё! Прости, с меня достаточно, – решительно прервал Александр растерявшегося бывшего олигарха. – Позвольте за сим, господин Эленский, откланяться. Пока! И советую больше ни с кем не обсуждать данную тему.

Духон развернулся и быстро пошагал в сторону отеля.

Отставной полковник Мацкевич и Багрянский уже ждали его в лобби. Леонид Сергеевич явно чувствовал себя неуверенно. Александр сразу заметил, что вид у него весьма озабоченный.

– Здравствуйте, товарищ Тарасюк! Что это с вами? Устали от перелета? Еще раз простите, что сорвал вас с места. Границу прошли нормально?

– Здравствуйте, дорогой начальник, – нашел в себе силы ответить на приветствие Мацкевич.

– Он что-то в себе держит, а не говорит, – пожаловался Багрянский. – Ждал тебя.

– Да-да, Александр Павлович, я объясню… Надо же, такой сюрприз…

Речь Леонида Сергеевича была сбивчивой и непонятной.

– Вы сейчас отдохнете, потом мы пообедаем и все друг другу поведаем. Видите, в вашу честь уже говорю рифмами, – рассмеялся Духон. И, уже обращаясь к Багрянскому, спросил: – Кстати, ты не забыл забронировать для полковника номер?

– Конечно, не забыл… – ответил журналист.

– Ну и отлично.

Друзья проводили гостя в номер и вернулись в лобби, точнее – в бар при лобби.

– Что из-под тебя хотел Эленский? – сгорая от любопытства, поинтересовался Багрянский, когда на столике перед ними появились две порции «Джеймесона» и эспрессо. – Саша, ты просто сам не свой.

– Станешь тут «не своим»… – зло обронил Духон.

– Давай колись. Что опять вытворил Эленский?

– Горбатого могила исправит! Типичный Азеф! Помнишь, был такой знаменитый провокатор до Октябрьской революции? И на большевиков работал, и на меньшевиков, и на царскую охранку. Причем бабки успешно драл со всех. Эленский, похоже, Азеф новой формации.

– Я тебе задал конкретный вопрос, а ты про Азефа. Облегчи душу.

– Ты не поверишь! В его голове, видимо, что-то сломалось. Якобы мы были связаны с погибшим Люсиновым и поэтому приехали сейчас сюда. Борис так и выразился, что, мол, мы не случайно оказались в нужное время и в нужном месте…

– А я что говорил? Скотланд-Ярд тоже так подумал, – засмеялся Багрянский.

– Тут, Лёвушка, не до смеха, – задумчиво произнёс Духон. – Представляешь, если так думает не только Борис? В данном случае он, возможно, выполнял задание людей из МИ-5. Но так или иначе, подозреваю, что Эленский наверняка имеет свои личные цели…

Багрянский вытаращил глаза.

– Какие у него могут быть цели?

– Ну, представь себе, Лёвушка: Борис заподозрил, что покойный Люсинов занимался за его спиной левым бизнесом – торговлей контрабандными радиоактивными материалами…

– Ну?

– Вот тебе и ну, баранки гну! – раздражённо откликнулся Духон. – Что тут непонятного?! Эленский по природе своей скроен так, что ни за что не упустит случая влезть загребущими лапами в чужой карман. Если где-нибудь запахло деньгами, то он тут как тут. Нюх у него на такие дела как у охотничьей собаки. Вот сейчас он и тыркается во все дырки, пытаясь докопаться, чем и как занимался за его спиной покойный Люсинов. Поэтому и в нашу сторону решил пробный шар забросить.

– Хитер, брат, хитер… – философски изрёк Багрянский и недоумённо пожал плечами. – Такие типы видят в других только то, что сидит в них самих.

– Могу сказать одно, Лёвушка. Мы правильно поступили, что вызвали в Лондон Леонида Сергеевича. Клубок тайн лондонского андеграунда оказался не только сложным, но и весьма странным.

Сняв очки в золотой оправе, Духон усиленно помассировал переносицу.

– И то верно, – тяжело вздохнул Багрянский. – Чует моё сердце, Саша, с огнём играем.