Чтение онлайн

– Конечно, конечно, я вас понимаю и сейчас уйду. Отдыхайте, ради бога. Но давайте условимся: если вы вдруг припомните что-то новенькое, немедленно сообщите мне через доктора Тимати. Ну, всё, до свидания, желаю вам скорейшего выздоровления!

Я, признаться, и сам уже был рад поскорее завершить допрос и вырваться на свежий воздух. Уж слишком гнетущей была атмосфера в палате, где всё вокруг словно дышало смертью.

Как только английский сыщик покинул палату, разволновавшийся до предела беседой с ним Люсинов нажал на кнопку экстренного вызова. Первой прибежала медсестра, а за ней и врач.

– Вам плохо, сэр? – обеспокоенно спросил доктор Тимати.

– Хуже некуда! – прошипел в ответ Вадим. – Скажите честно, доктор, правда, что я отравлен полонием? Почему вы скрыли от меня данный факт?

– Врачебная этика, понимаете ли… Мы старались уберечь вас от дополнительного нервного стресса. Какая всё-таки скотина этот Барлоу! Он же обещал молчать, – виновато пробормотал врач.

– Значит, правда. И я, стало быть, обречён…

Люсинов с трудом повернулся лицом к стене, чтобы скрыть невольно выступившие слёзы.

– Моя жена знает? Где она сейчас? Я хочу её видеть.

– Ваша супруга провела здесь всю ночь, и я отправил её домой. Должна же бедная женщина хоть немного отдохнуть. У неё серьёзный нервный срыв, так как я вынужден был сообщить ей правду. Что толку таиться? Ведь ей самой и вашему сыну в любом случае предстоят обследования на предмет радиоактивного заражения.

– Доктор, а ведь все ваши изнурительные процедуры мне как мёртвому припарка, не так ли? Я скоро умру? – скривив рот в странной улыбке, спросил больной.

– Вот все пациенты так: чуть что, сразу «умру»… – скривился врач. – Вспомните хотя бы, что вы слышали об облученных людях. Многих медики поднимали на ноги. У вас очень крепкий организм, и пока он активно борется с недугом. Другой бы на вашем месте давно… – Не закончив фразы, доктор осёкся.

– Давно бы отдал концы, да? – Вадим нашёл в себе силы снова улыбнуться. – Ладно, доктор, оставьте меня одного. И пусть сестричка вколет мне снотворное. Может, во сне вспомню, что всё-таки со мной произошло. Менделеев же открыл во сне свою периодическую таблицу! Будь она трижды проклята вместе со своими элементами…

– Вот и правильно, сон всегда был лучшим лекарством, – с готовностью поддержал больного доктор. – И потом, чтобы продолжать полноценное лечение, вам вовсе не обязательно бодрствовать. Мы сами всё сделаем. Я рассчитываю, что дня через два-три мы переведём вас в нормальную палату, где вы почувствуете себя как дома.

– Эх, доктор, доктор… Вы же умный человек и отлично знаете, что настоящий дом для каждого из смертных – могила.

– Ради бога, сэр, давайте не будем об этом! – искренне огорчился Тимати.

Он дал указание медсестре сделать больному очередную инъекцию. Но даже несмотря на изрядную дозу современного успокоительного зелья, Вадим никак не мог выключиться. Память работала в каком-то странном режиме: избирательно рисовала в сознании разрозненные эпизоды: то переносила его на Дон, то в самолет, когда ему предстоял первый прыжок с парашютом, то в горячие точки – в Чечню, Абхазию, Сербию…

Насмотревшись тамошних трагедий, Вадим однажды решил для себя – все, хватит с него войны! Пора зарабатывать себе на жизнь, как стали уже делать более ушлые его коллеги. И он, не будучи дураком, тоже начал искать пути к личному финансовому благополучию. Найдя нужные каналы, Вадим активно подключился к торговле оружием, взрывчаткой, «красной ртутью», прочей продукцией оборонных предприятий страны. И денежки потекли. Чем больше их скапливалось на банковских счетах и «под матрасом», тем с большим азартом он действовал.

Но по-настоящему крупная удача пришла, когда судьба столкнула Люсинова с Эленским. Произошло это именно тогда, когда его в очередной раз повысили: произвели в начальники отдела по борьбе с оргпреступностью и терроризмом. И вот в одно субботнее майское утро к нему домой явился курьер от господина Эленского, уже в то время очень влиятельного бизнесмена, который приглашал его поужинать в ресторане «Марио». Немало удивлённый столь высокой честью, снедаемый любопытством подполковник принял предложение могущественного олигарха.

«Так и было. Именно Борис втянул меня в политику…» – с горечью сделал сквозь сон зарубку в памяти Вадим.

– Здравствуйте, здравствуйте… – близоруко прищурив маленькие, хитро бегающие глазки, приветствовал подполковника Эленский. – Давно хотел познакомиться с легендарным Щукой. Так, кажется, звучит ваша агентурная кличка?

– Прямо уж легендарным… А вы откуда знаете? – поразился осведомленности собеседника молодой подполковник.

– По должности полагается, дорогой мой. По должности.

Несмотря на светский тон беседы, напряжённость за ужином постепенно нарастала, и наконец, когда услужливые официанты подали в качестве десерта ассорти из итальянских сыров, Эленский неожиданно спросил:

– Вадим, а вы не хотели бы заняться политикой? Поверьте, весьма и весьма выгодное дело!

– Нельзя ли конкретнее? – мгновенно спросил Люсинов.

– Видите ли, Вадим, сейчас, как вам известно, я занимаю в Кремле довольно высокий пост и, скажу откровенно, весьма серьёзно влияю на расклад политических сил в стране. – Эленский, сделав паузу, пригубил вина. – Но кое-кому из моих политических оппонентов, это очень не нравится. Так вот, мой друг, до меня дошли слухи, что кое-кто из них при поддержке ваших шефов с Лубянки вынашивает планы моего физического устранения.

– Есть реальные доказательства?

– В том-то и дело, дорогой Вадим, что реальные доказательства могут появиться слишком поздно. Возможно, когда меня уже не будет в живых. Чего я допустить никак не могу. Как поётся в известной песне военных времён, «умирать нам рановато, есть у нас ещё дома дела». Хи-хи-хи…

– Понятно. И что же вы намерены предпринять? Для чего вам понадобился я? – недоумённо пожал плечами Люсинов. – Исполнять роль телохранителя я вряд ли смогу. Не обучен.

Он всё ещё не догадывался, куда клонит олигарх. А тот продолжал:

– Просто я хочу упредить моих врагов. И вы, дорогой Щука, поможете мне в этом. Личность вы весьма авторитетная, перспективная, вам доверяют, к вам прислушиваются. – При последних словах Эленский нахально подмигнул собеседнику: мол, понимаешь, к чему веду? – И если вы, к примеру, согласитесь на пресс-конференции публично заявить, что получили задание от своих шефов ликвидировать меня, но, будучи человеком честным, отказались выполнить его, то… Словом, такой акцией вы как бы раскроете заговор. Понимаете меня?