26-й час. О чем не говорят по ТВ
Шрифт:
Мнение прохожего в тегеранском парке:
— Мы идем своей дорогой, поступаем в соответствии с логикой и с помощью Аллаха рано или поздно получим необходимые знания и технологии мирного атома. Наше правительство — это слуги народа, а слуги народа — это слуги Аллаха. Мы сильны как никогда, потому что совершенно уверены в своей правоте.
Ведущий:
В самом деле, что касается избирательных традиций в западном их понимании, то тут ситуация серьезно отличается от того, что мы видим в той же Америке, например. В принципе тут те же три ветви власти — законодательная (меджлис), исполнительная (президент) и судебная. Но все они, по конституции, подконтрольны духовному лидеру — имаму Хаменеи. Религия и идеология — вот рычаги управления иранским обществом.
Харизматический иранский президент не так давно посетил конференцию с говорящим названием «Мир без сионизма». И, в общем, выступление Ахмадинежада немногим отличалось от образцов эпохи иранской исламской революции 979 года, в которой, кстати, участвовал и он сам. Тогда легендарный аятолла Хомейни клеймил на многотысячных митингах «мирового сатану», представленного Израилем и США, а толпы его сторонников сжигали флаги этих двух государств.
Стенд-ап [4] :
4
Второе чисто телевизионное пояснение. Стенд-ап — это работа корреспондента в кадре. В принципе без этого не должен обходиться ни один репортаж, но некоторым журналистам или лень привести себя перед съемкой в порядок, или, что еще печальнее, просто нечего сказать.
Плакатная жизнь Тегерана не сказать, что разнообразна, но весьма насыщена. Главным образом, на стенах зданий рисуют изображения местных духовных лидеров или как вот на этом плакате — сына имама Хаменеи [5] . Но случаются и другие варианты. Обратите внимание на здание по соседству: там написано — Долой США и Израиль. Суть плаката — единение иранцев с палестинским народом в его борьбе за независимость. В этой связи становятся более понятыми последние резкие высказывания Ахмадинежада в адрес Израиля. Скорее всего, они предназначены для внутреннего пользования.
5
Али Хосейни Хаменеи. Высший руководитель Исламской Республики Иран. Из-за схожести фамилий его часто путают с предшественником и политическим наставником Рухоллой Мусави Хомейни. В свое время радикальные взгляды Хомейни оказали сильное влияние на Али, и он начал активную антишахскую деятельность. С 963 по 975 г. Хаменеи пять раз попадал в тюрьму. После победы Исламской революции в 979 г. Хаменеи был назначен руководителем пятничной молитвы (что-то вроде еженедельной национальной политинформации). С 98 по 989 г. — президент Ирана. С 989 г., сразу после смерти основателя ИРИ великого аятоллы Хомейни, был избран Советом экспертов на пост Высшего руководителя Ирана.
Ведущий:
Но неужели все иранское общество столь однородно? Неужели в стране нет оппозиции, которая представляет иную точку зрения, иной подход к формирования отношений с так называемым международным сообществом?
Мехди Санаи, профессор Тегеранского университета
— То, что вы говорите, многие и в Иране тоже говорят. В Иране тоже считают, что более мягко на международной арене нужно выражать свои позиции. Если посмотрите и почитаете несколько газет, которые выходят каждое утро и вечер, то сможете найти там точки зрения, которые прямо противоположны официальной позиции Ирана. Она жестко критикуется.
Ведущий:
Вполне возможно. И все-таки по силе воздействия и, главное, по степени восприятия информации иранцами оппозиционную прессу и главный идеологический рупор можно сравнить с нашими периодическими изданиями, например, и с Первым каналом телевидения. Не говоря уже о нынешней мощи иранского Гостелерадио, сейчас вовсю идет строительство тегеранской телебашни. Сроки окончания строительства этого грандиозного сооружения может видеть каждый проезжающий мимо.
Наш собеседник — господин Шариатмадари, главный редактор газеты «Кейхан», что в переводе означает «космос, вселенная». Газету уместно сравнить с «Правдой» времен начала восьмидесятых годов. Этот человек еженедельно удостаивается чести беседовать с духовным лидером Ирана за чашкой чая и обсуждать вопросы государственной важности.
Мохаммад Шариатмадари, главный редактор газеты «Кейхан»:
— Наше противостояние с Америкой берет свое начало из наших разных сущностных начал и принципов. То есть Америка зиждится на жестоких и несправедливых основах. Ислам же основывается на справедливости и борьбе с тиранией. До тех пор пока мы будем основываться на исламе, а Америка будет упорствовать в своей несправедливости и тирании, это противостояние будет сохраняться. Только в одном случае оно может закончиться: или мы должны отказаться от ислама, или же Америка должна отказаться от своей несправедливой и захватнической политики.
— То есть противостояние будет продолжаться до тех пор, пока Иран не откажется от ислама, что невозможно, или пока Америка не откажется от своей агрессивной политики, что тоже невозможно. Где же выход?
— Я думаю, что наше противостояние будет продолжаться точно так же, как оно длится уже более 27 лет. Не думаю, что наступит день, в котором мы не будем противостоять друг другу. Возможно, наступит день, когда обе стороны договорятся не трогать друг друга. Но, во всяком случае, ясно одно: мы не можем найти общий язык. Мы слишком разные, у нас разные отношения к человеческим ценностям, к вопросам бытия, морали, истине и справедливости.
Прохожий в парке:
— Я лично не переживаю. Американцы хотят поработить нас, но мы не сдадимся, и у них ничего не получится. Нынешняя Америка — не та, что раньше была. Она уже ослабла и демонстрирует последние признаки своего былого величия. Американцы говорят: вы должны делать так, как мы скажем. Но мы же не можем с этим согласиться. Будет ли война? Нет, не будет.
Ведущий в кадре:
Как сказал наш оператор, снимать в Иране можно везде, но только пять минут. Потом возникают проблемы. Подошел человек в штатском и сказал, что снимать здесь больше нельзя. Поэтому на данный момент съемки прекращаем.
Ведущий:
Меняем место съемки и продолжаем опрос.
Прохожий на улице:
— Я лично не думаю, что будет война, поскольку наша страна — это не Ирак. Американцы не смогут позволить себе напасть на Иран. Единственная опасность — введение санкций. Цены могут повыситься, и это нас беспокоит.
Ведущий:
Есть от чего беспокоиться. И нынешнее и предыдущее правительства обеспечивали иранцам вполне достойный жизненный уровень. Нет, конечно, если сравнивать доход на душу населения, то получается немного — порядка 200 долларов в месяц, однако ведь и цены на товары ниже, чем в странах, с которыми хочется сравнивать. Вообще это один из главных козырей иранских руководителей. И жесткие заявления в адрес недругов работают в этом случае только на популярность внутри страны.
Стенд-ап возле заправки:
Если допустить намеренную провокационность заявлений Ахмадинежада в адрес Америки или Израиля, а также если допустить, что есть некоторая связь между вот этой напряженностью вокруг Ирана и мировыми ценами на нефть, то смысл этих провокационных заявлений становится ясен именно здесь, на одной из заправок в Тегеране. Обратите внимание на то, сколько стоит литр бензина для среднего иранца. Порядка восьмисот риалов, т. е. менее десяти центов. Для граждан Ирана бензин стоит в 10–2 раз дешевле, чем для американцев или европейцев. И какое правительство лучше?
Ведущий:
Это ли не успех иранского руководства? В самом деле, ведь нельзя сегодня отрицать, что чуть ли не каждое новое заявление по Ирану — будь то Ахмадинежад, или Аль Барадеи, или Буш, или Райс — так или иначе отражается на мировой цене на нефть. Причем тянет эту цену вверх. Почему бы иранцам не сыграть на этом? Мол, мы, в отличие от вас, можем контролировать цену на топливо внутри страны. А ваши избиратели еще заставят вас крепко подумать о политике, которую вы проводите. И вот тут мы вплотную подходим к одной из важнейших причин нынешнего противостояния Ирана и США.