Чтение онлайн

Но не в первый день! Сами представьте ситуацию – выгнали… Я реально потерялась. Куда? Гостиницы не работают, завтра в школу, а у меня из одежки только то, что на мне надето, в руках пакет с учебниками и пару труселей… К Лариске, которая живет в нашем же подъезде? Так у них всего 2 комнаты и своих бы разместить… Ленка Шаболдина – вот реально, опять видеть маслянистые глазки ее отчима? Фууууу…. Симона? Да что ж эт такое, все подружки у меня из многодетных семей… Пойду-ка я к Наташке Антипиной… Дома ли или опять у мамы?

Она оказалась дома, а еще и Виталька, Маус – да и вся наша компашка, почти в полном составе. Потому как папик их выехал на «природу» и было устроено сборище в их огромном зале. Но все имеет свойство заканчиваться и спать и школу никто не отменял. А так, как выспаться решили все вместе – в зале, то почти все и остались на ночь. И началась возня.

Виталька лежал рядом со мной и, хоть я и не очень уважаю блондинов с голубыми глазами после Дашкиного ухажера и не люблю по типажу, Виталька мне нравился. Да помог он мне как-то с Педофилом, и, когда он начал крайне осторожно и нежно гладить меня сквозь одежду – я против не была. Он, видя что, в общем-то, я не верещу и не вырываюсь – удвоил ласки… Ммммм, однако, из него в будущем может получиться вполне неплохой и нежный любовник.

– Виталь? А у тебя уже было?

– Неа. Мне всегда хотелось, что бы ты была у меня первая.

Отказывать я не стала. Крайне трепетно он относился ко мне и в компании и сейчас, и понятно было, что все это в новинку и у него от переживаний не совсем все получается. Уж не знаю что это за фенька, но в психологических книжках почему-то было особо указано – первый раз для мужчины крайне важен. И главное не заржать над ним. А мне ой, как хотелось! Но я держалась стойко как оловянный солдатик, сцепляя зубы.

Поэтому лишение девственности Витальки прошло – на ура! Не один раз. С перерывами. А рядом лишались невинности Лариска с Маусом (младшим братом Витальки) и который был ее младше на 4 года. Наташка с Вовкой-молчуном – которого Наташка безумно любила. И одиноко лежащий, рядом с этой вакханалией Тимчик. Ну не было больше никого для него! Не было!

Вот так и стали мы «взрослыми» как и росли – вместе. Вместе общались, вместе – гуляли, вместе – катались на лыжах, вместе – и повзрослели… И Виталька с гордостью в голосе всю свою жизнь рассказывал потом – как я его сделала мужчиной, что он единственный из всей нашей большой компании был допущен до моего тела.

А Лариска всю жизнь на меня обижалась – ведь это именно она должна была быть с ним – ведь Виталюшка, это самое светлое чувство которое она испытала в жизни к мужчине, а я, такая наглая – взяла и прибрала его к рукам – первой!

И после этой ночи я поняла – все, детство и отрочество кончились, решать, как и где я буду жить – мне придется прямо после школьных уроков. Привет взрослый мир! Я к тебе иду! Я начинаю жизнь с чистого листа.

Ну? где в 1992 году найти малолетке жилье? Тут и в газетах даже таких объяв – раз-два и обчелся. А мне же жить все равно где-то надо. Не на вокзале же! И этот вопрос меня так волновал, что выходя из школы, я невольно натолкнулась на баб Соню, нашу школьную техничку…

– Ой, простите, баб Сонь! Задумалась – где попить, а то так есть хочется, что аж переночевать негде, – с грустью в голосе я попыталась пошутить…)))

Уж не знаю, может я жалко выглядела, но баб Сонь смурно глядя на меня из-под нависших бровей спросила:

– Так эт, правда, что ль? Ну, если совсем негде, так комнатку могу сдать – деньги-то есть?

Жила Соня недалеко от школы, что было неимоверным «плюсом», а вот как жила – неимоверным «минусом». От учителей мы порой ловили обрывки разговора, что баб Соня «попивает», но из техничек ее никто не увольнял, и она всю жизнь так и работала в школе, с моего 1 класса.

В квартире ее было 2 комнатенки, давно и упорно просивших ремонта, еще в прошлом веке. Что бы иметь представление – посмотрите фото каких либо развалюшек у алкашей – сразу поймете, о чем я. Остальное тоже под стать. И уже приходя со школы мне было чем заняться – отмыванием этой «красоты».

Баб Соня планомерно спивалась, каждый день взятая ей «чекушечка» заканчивалась вечером, и она пьяно падала кулем на кухне, громко храпя на всю ивановскую. Хотя мне это не сильно-то и мешало, я не готовила на кухне – было брезгливо, в основном покупала в кулинарии болгарского общежития почти все что хотела. Но в дни просветления бабы Сони – в субботы, перед церковью, она «в рот не брала» и готовила обеды, на которые обязательно звала и меня.

Временами запои усиливались – после получения з/п и самое страшное, что именно в момент ее запоя наступало время оплаты за комнату. Вот это она помнила как «Отче наш»! И незамедлительно с окончанием своих средств, приходила за моей квартплатой.

На этом пункте мне пришлось и съехать с комнаты – дело в том, что баб Соня с «очередным ухажером» пропила все раньше срока и оплату с меня потребовала тоже раньше. И, нет бы мне догадаться, взять хоть писульку с нее о том, что я уже отдала – но все мы крепки задним умом. Пришлось платить дважды, во избежание кривых взглядов и спешно искать другие варианты. Ведь не факт, что такое не повторится. Ухажеры-то каждый раз разные.

Но вариант нашел меня сам. Молдаванин дородной наружности, внушительной окружности.

– Девк, а девк… да, да ты… – он выглядывал с новехонького пазика прямо на дороге, – а я тебя помню! Это ты пару месяцев назад бежала по этой улице без сандалеток и за тобой следы из крови были. Прыгай ко мне, дело есть!

Этот замечательный дядька, выспросил, как и от чего я тогда рыдала белугой, пока мы ехали по его делам, а в машине пахло луком. Обычным луком. И как оказалось, он этим и занимался. Торговал оптом привезенными сезонными овощами с дома, с Молдавии. Картоха, морква, лук, капуста. В те года крайне было тяжело с такими простыми, на первый взгляд, вещами. Вот он и намутил бизнес – на рынок таскать, на оптовку, пазиком. А ездил он домой часто – дом себе там строил.

Он предложил присмотреть за псиной, которую подобрал на трассе – щенка, подбитого. Выходил, а вот сейчас ему ехать надо, а щенка не с кем оставить в квартире – уколы продолжать делать надо.

– Ну, так что? Смогешь? Ты не боись, – я заплачу! Главно гуляй с ним, уколы ставь и корми, я денег оставлю. А то тут такое дело наклевывается – нельзя упустить, больно куш смачный будет. Если все получится – расскажу, когда приеду.