Чтение онлайн

Савваитов П. Адмирал С.А. Пустошкин. СПб., 1853.

Кумани Н.М. Действия Черноморского флота в царствование Александра I с 1801 по 1826 г. // Морской сборник. 1900. № 10–12.

Сытинский Н.А. Очерк истории 90-го пехотного Онежского полка. СПб., 1903.

Параллельно с действиями эскадры вице-адмирала Д.Н. Сенявина в Архипелаге (см. выше) российский Черноморский флот также провел несколько десантных операций против турецких прибрежных крепостей. Поначалу весной 1807 г. рассматривался вопрос о захвате самого Константинополя. Но главный командир Черноморского флота адмирал маркиз И.И. де Траверсе и начальник 13-й дивизии генерал-лейтенант дюк Э.О. де Ришелье, изучив всю сложность такой экспедиции, «не осмелились отваживать на удачу честь и славу России». В качестве более реальной задачи они предложили захватить турецкую крепость Анапа, чем облегчить действия русских войск на Кубани против черкесов, которые получали от анапского паши оружие и припасы. 21 апреля 1807 г. из Севастополя к Анапе вышла эскадра контр-адмирала С.А. Пустошкина (6 кораблей, 5 фрегатов, 2 брига и 1 брандер), на борту которой расположился 4-й морской полк (1752 чел.). Для скрытности передвижения Пустошкин велел спустить Андреевские флаги и поднять вместо них красные, которые издали смотрелись как турецкие. Одновременно по суше к Анапе двинулся сильный отряд пехоты под командованием дюка Э.О. де Ришелье. 26 апреля он переправился через Кубань и 27 апреля форсированными маршами направился к крепости.

Вид Севастополя или Ахтияра. Гравюра по рисунку художника А. де Палдо. 1805 г. (ГМП).

Вечером 27 апреля эскадра С.А. Пустошкина подошла к Анапе. Но полный штиль не позволил 28 апреля совершить атаку. Только 32-пушечный фрегат «Воин», выдвинувшись вперед с помощью гребных судов, вызвал на себя огонь береговых батарей и разведал их расположение. В 17 часов фрегат подавил одну батарею своей артиллерией, после чего его отбуксировали за линию огня. Ночью моряки на катерах промерили анапский рейд. Утром 29 апреля из города приплыл турецкий парламентер. Пустошкин категорически потребовал от коменданта Анапы «добровольно покориться флагу Его Императорского Величества, нежели приступать к действиям неприязненным, которые послужат истреблению города, как с моря, так и с сухого пути, откуда также сильные войска идут к нему, тогда все без изъятия преданы будут смерти без пощады». На размышление контр-адмирал предоставил туркам 2 часа, а пока велел высаживать десант в трех верстах севернее Анапы. Первым на берег отправился гренадерский батальон 4-го морского полка под начальством шефа полка генерал- майора И.П. Говорова и полкового командира полковника Г.Г. фон Бриммера. Руководил высадкой капитан-лейтенант Ф.М. Маслов, который, «распоряжая судами, на коих свезен был с эскадры на берег десант и артиллерия, показал деятельность в успешном перевозе и безвредном высаживании их на берег под защитою пушек из гребных судов».

Одновременно с высадкой десанта корабли эскадры при помощи завозов стали подтягиваться к крепости и выстраиваться для атаки. В этих приготовлениях прошли условленные 2 часа, но ответ от коменданта так и не поступил. Тогда Пустошкин велел фрегату «Воин» приблизиться к крепости, чтобы проверить — намерены ли турки защищать Анапу. Но едва «Воин» вошел в зону огня, как береговые батареи осыпали его ядрами. Пользуясь благоприятным ветром, на выручку фрегата двинулся 66-пушечный корабль «Варахаил». Он встал на шпринг и с ближней дистанции открыл бомбардировку. В это время на берегу генерал-майор И.П. Говоров, услышав канонаду, быстро повел гренадерский батальон к крепости. Кроме того, находившийся в 4 верстах от Анапы отряд дюка Э.О. де Ришелье тоже ускорил движение.

Через полчаса от пущенных «Варахаилом» брандскугелей запылал городской форштадт, и, кроме того, пожар охватил некоторые крепостные постройки. Гарнизон и турецкие жители в панике бросились из Анапы. В свою очередь конные черкесы ворвались в город и устроили варварский грабеж. В Анапе начался кровавый хаос. Тогда Пустошкин поднял сигнал для Говорова ускорить атаку и велел находившимся на эскадре мушкетерским ротам 4-го морского полка отправиться на лодках и баркасах прямо в город. Первым к берегу подошел мичман И.П. Неверовский. Его послали с мушкетерами для захвата двух купеческих судов, стоявших под защитой анапских батарей. Быстро взяв одно из них и видя полное замешательство врага, он вместе с 6 солдатами высадился у крепости, взобрался на бастион и водрузил российский кайзер-флаг. Турки и черкесы кинулись срывать флаг, но их отбросили штабс-капитан Балдин и мичман Юрьев, подоспевшие с 60 солдатами на выручку. Между тем причалили баркасы еще с сотней морских солдат поручика Казарского и прапорщика Мичурина. Совместным ударом мушкетеры опрокинули противника и ворвались в крепость. Охваченные паникой турки и черкесы бросились из Анапы, но при выходе из северо-восточных ворот наткнулись на подошедших гренадер Говорова, которые встретили толпу врагов пулями и штыками и вогнали ее обратно в город.

В огне и дыму пожаров на улицах Анапы завязался беспорядочный бой. Турки и черкесы перемешались с гренадерами, мушкетерами и моряками. Все вокруг стреляли, кололи, рубили напропалую. Предчувствуя печальный конец, анапский паша вместе с приближенными кинул гарнизон, сел на судно и попытался скрыться морем. Но командир фрегата «Воин» капитан-лейтенант С.В. Подгаецкий оказался начеку и сразу же бросился в преследование. Не надеясь спастись, турки зажгли свое судно, а сами на гребных лодках вернулись к берегу. В это время в Анапу с ходу ворвался авангард дюка де Ришелье, усиливший общую неразбериху. Не видя друг друга в дыму, десант и пехота даже обменялись несколькими залпами. К счастью, недоразумение быстро выяснилось, а само побоище скоро прекратилось, так как большая часть гарнизона бежала или оказалась истреблена. После штурма в крепости нашли более сотни вражеских трупов. Интересно, что сухопутное начальство неодобрительно расценило самостоятельный захват Анапы десантом, как желание С.А. Пустошкина «предоставить морякам славу окончательной победы».

Во время штурма Анапы прапорщик 4-го морского полка Макар Пелявский, 4 рядовых и 1 барабанщик погибли, 2 унтер-офицера и 10 рядовых были ранены. Десант захватил в крепости 86 медных и 12 чугунных пушек, а также множество припасов. Солдаты и моряки разрушили укрепления Анапы, засыпали колодцы, погрузили трофеи на корабли, а оставшееся имущество уничтожили. 12 мая 1807 г. эскадра С.А. Пустошкина триумфально вернулась в Севастополь. За храбрость и предприимчивость Александр I наградил капитан-лейтенантов Ф.М. Маслова и С.В. Подгаецкого, мичманов И.П. Неверовского и Ф.А. Юрьева орденом Св. Георгия 4-го класса. 6 офицеров 4-го морского полка так же получили боевые ордена, а шеф полка генерал-майор И.П. Говоров — орден Св. Анны 1-й степени. Мушкетеры Власов, Фадеев, Семенов и каптенармус Кусков, сопровождавшие мичмана И.П. Неверовского при поднятии кайзер-флага, заслужили Знаки отличия Военного ордена Св. Георгия.

Обер-офицеры 4-го морского полка. 1810–1811 гг. Иллюстрация no акварели из «Исторического описания одежды и вооружения Российских войск…». Часть X. Лист № 1390.

25 июня (7 июля) 1807 г. после тяжелого поражения русской армии при Фридланде Александру I пришлось заключить с Наполеоном невыгодный Тильзитский мирный договор. По его условиям Россия при посредничестве Франции начала мирные переговоры с Турцией. Боевые действия временно прекратились. 12 августа 1807 г. в Слободзее уполномоченные России и Турции подписали перемирие. Хотя император, недовольный выработанными условиями, отказался ратифицировать перемирие, считая его недействительным, обе стороны продолжали воздерживаться от боевых операций. Только 21 марта 1809 г. Александр I объявил о возобновлении военных действий. Но Черноморский флот в основном сосредоточился на охране Крыма, лишь изредка совершая набеги вдоль турецкого побережья. Так, вечером 1 октября 1809 г. фрегат «Лилия», крейсировавший возле крепости Варна, спустил два катера, которые атаковали три небольших турецких судна и захватили одно из них. Утром 2 октября фрегат таким же образом перехватил еще одно судно с командой турок, посланной из Константинополя на усиление гарнизона Варны. В плен сдались 2 офицера и 85 турецких солдат с 2 знаменами. В этом смелом набеге отличились поручик 4-го морского полка И.К. Сибилев, подпоручик И.Ф. Тебенков и 16 солдат.

Следующая кампания 1810 года стала самой славной и одновременно самой неудачной для 4-го морского полка. Сначала решено было покончить с приверженным Турции абхазским князем Аслан-беем (см. стр. 321). Турки помогли ему превратить прибрежный городок Сухум-Кале в сильную крепость, прислали небольшой гарнизон, а также два корабля и несколько судов, планируя перевезти часть горцев в Батум. 19 июня 1810 г. для покорения Сухум-Кале из Севастополя вышел отряд судов капитан-лейтенанта П.А. де Додта: 66-пушечный корабль «Варахаил», 32-пушечный фрегат «Воин», требака «Константин» и 2 канонерские лодки. На их борту разместился батальон Шевандина (1-й мушкетерский) и часть артиллерийской команды 4-го морского полка — всего 872 человека и 2 пушки.

При слабом ветре и штилях отряд лишь вечером 7 июля подошел к Сухум-Кале. Отсутствие ветра не позволило войти в залив, и отряду пришлось держаться в море. Только вечером 9 июля, буксируя суда гребными баркасами, де Додту удалось подвести их к крепости на расстояние пушечного выстрела. Морские артиллеристы сразу же открыли огонь. В результате интенсивной бомбардировки они подбили многие крепостные пушки, а бастионные амбразуры разрушили.

На рассвете 10 июля 1810 г. корабль «Варахаил» и фрегат «Воин» снова начали бомбардировку, методично разрушая крепостные стены и бастионы. В то же время мушкетерский батальон 4-го морского полка высадился под прикрытием канонерских лодок рядом с Сухум-Кале. Три роты под командованием майора М.Е. Карандино двинулись к крепости, а 4-я рота осталась в резерве возле баркасов. Между тем устрашенные артиллерийским обстрелом абхазцы стали покидать Сухум-Кале. Тогда две канонерские лодки капитан-лейтенанта В.К. Скуртулли подошли к форштадту и открыли огонь по бегущим. Одновременно майор Карандино, рассыпав в стрелки роту штабс-капитана Скляренко, двинулся в атаку и взял передовую батарею с 3 пушками. Подойдя к каменной крепостной стене, начальник артиллерийской команды подпоручик Д.И. Серков установил 2 орудия, одно из которых стало стрелять картечью по валу, а второе било ядрами в железные ворота. Мушкетеры с 30 шагов вели по бастионам плотный ружейный огонь. Турки и абхазцы яростно отстреливались. Вскоре штабс-капитан Скляренко был убит, командир другой роты штабс-капитан Д.И. Протопопов ранен, подпоручик Д.И. Серков тяжело прострелен в левый бок навылет. Тут еще турки взорвали мину, ранившую осколками и камнями подпоручика Поликарпова и целиком опалившую сменившего Серкова портупей-юнкера К.Н. Ресницкого. Одновременно отряд абхазцев попытался зайти в тыл десанту со стороны гор. Но де Додт быстро двинул в бой четвертую резервную роту, отбросившую неприятеля с уроном.

Наконец, после двухчасовой бомбардировки «Варахаилу» и «Воину» удалось разрушить морской фас крепости и сделать в стене проломы. Видя бесполезность дальнейшего сопротивления, защитники Сухум-Кале разбежались или сдались в плен. Десантные роты вошли в крепость. Только после этого майор М.Е. Карандино, тяжело раненный пулей в голову и камнями в руку, покинул своих солдат и отправился на корабль.

Вид Сухум-Кале. Французская литография по рисунку путешественника Ф. Неру. 1830-е гг. (РГБИ).

Во время сражения 4-й морской полк потерял убитыми 1 офицера, 1 унтер-офицера, 9 рядовых и 2 бомбардиров. Были ранены 5 офицеров, 4 унтер-офицера, 52 рядовых и 11 артиллеристов. С неприятельской стороны погибли более 300 турок и абхазцев; 2 чиновника и 78 защитников попали в плен. Десант взял богатые трофеи: крепостной флаг, 8 знамен, 62 пушки и 2 фальконета, 1080 пудов пороха и множество военных припасов. Участвовавших в десанте офицеров 4-го морского полка наградили боевыми орденами. 16 морских солдат, в том числе обожженный портупей-юнкер К.Н. Ресницкий, получили Знак отличия Военного ордена Св. Георгия. 5 августа 1810 г. эскадра П.А. де Додта вернулась в Севастополь, оставив в Сухум-Кале две мушкетерские роты 4-го морского полка (214 чел.). Эти роты находились в крепости до конца 1814 г., неся огромные потери от климата, болезней и плохой пищи. Половина морских солдат постоянно лежала в лазарете.