Чтение онлайн

Пожав плечами, я последовал за ним. Мне ничего иного и не оставалось.

Он ловил то палые листья, то блики света, то легчайшую паутину. Почти сразу каждый предмет, а может, каждое понятие, обращался странником. И я видел двери, открывал их, выпуская очередного пойманного прочь.

Вот капля росы, там — округлый морской камень, здесь маленькая раковинка, с чуть треснутым витком.

Оборванный клок газеты, дивного вида цветок, гусиное перо, ловец снов с распахнутого окна…

Ключ, упавший в воду, лотерейный билет, разорванная надвое фотография, мятый пакет из-под леденцов и сам леденец, слишком золотистый, чтобы быть настоящим…

Они почти не сознавали себя. Забылись, зачаровались бесконечными переменами, надеждой познания сути любого предмета, всего мира.

— Отчего я не чувствую себя так же? — спросил я, когда Мастер-Привратник остановился, переводя дух.

— Только потому, что я успел поймать тебя довольно скоро, — усмехнулся он, оглянувшись. — Ничего, в мире почти чисто.

— Часто тебе приходится это делать?

— Бывает, — он взглянул в небо и тут же подкинул шляпу, которой я, в общем-то, не видел на нём прежде. В шляпу поймалось облачко, и тут же перед нами встала красивая девушка. Глаза её пока казались пустыми. Я открыл ей дверь, и она шагнула бездумно и спокойно. Мне на миг захотелось тоже научиться так отбрасывать сомнения.

— Эта последняя, — сообщил Мастер-Привратник. — Остался лишь ты.

— Ну, я уже стал собой.

— Или никогда собой не был, — он улыбнулся. — Вот тебе шарада напоследок.

Моя дверь развернулась передо мной сама собой. Я не стал заставлять её ждать.

***

Вечером я стоял на крыльце и смотрел, как горит фонарь. Замерший через улицу от меня, он немного дрожал, точно ему было зябко этим вечером. Недавно прошёл дождь, и казалось, что спину фонаря ломит от сырости, а он всё никак не может стать прямее, чуть расправить незримые плечи.

Его свет почти приравнивался к теплу.

Я хотел им согреться.

Но отступил в тень прихожей, осознав, что это вовсе не моё чувство. Что кто-то там, в том мире, именно так стоял, когда я, конкретно я, был тем фонарём и тем фонарным светом…

Знал ли Мастер-Привратник, кто этот незнакомец?

Или сам был им?

Мотнув головой, я закрыл входную дверь, не впустив на порог синий вечер.

Стал собой или никогда им и не был? Вот над чем предстояло всерьёз поразмыслить. Внутри меня смеялись Маг и Охотник, Воин и Звездочёт, Гадатель на камешках и Вечный художник, и кто-то ещё, я всегда терял им счёт. Я — Странник.

Я — Шаман.

========== 203. Мост и сказочница ==========

Случается, что, возвращаясь в место, которое давно изведано, прочитано насквозь, известно, как собственные пять пальцев, находишь там что-то совершенно новое и не всегда приятное или кого-то нового и не всегда близкого. И, кажется, уже не радуют ни травы, ни холмы, ни цветы, ни деревья, ни ветер, который с такой радостью вцепляется в волосы. Кажется, что уже ничто не способно вернуть спокойствие, которое заменила собой тревога, разросшаяся внутри и излившаяся вовне.

Смотришь на покатые склоны, на то, как колышутся ветви, ищешь в этом ответ, как надолго чужаки задержатся в твоём краю, в заповедном мире, которым ты не собирался делиться абсолютно ни с кем, никогда, в который ты и не приглашал совсем никого.

Но тревога подобна волне, и она уходит, откатывается назад, ветер отталкивает её всё дальше. И понимаешь, что этот мир слишком велик, настолько велик, что и сам ты в нём давно затерялся. Нет нужды прятаться от кого-то намеренно, мир сам тебя укроет, холмы спрячут твои следы от любого, кто здесь недавно.

Так размышляя, я стоял на вершине холма, чутко прислушиваясь к голосам тех, кто и не зная того сейчас расположился на моем излюбленном месте.

Оставив их, я прошёл дальше, выскользнул из дубравы на открытый всем ветрам пятачок, окружённый полынью, и замер, слившись с пространством и ветром, почти растворившись в подступающем закате.

***

Я не стремился найти очередную дверь, напротив, мне сегодня хватило бы и холмов, но, как это бывает порой, дверь открылась сама собой и утащила меня, увлекла, унесла прочь.

И вот я стоял уже не на вершине холма, а на крыше. Город подо мной гудел и бежал, он был суетный и походил на муравейник.

Некоторое время я рассматривал его с высоты. Не слишком-то и хотелось куда-то отправляться. На крыше, нагретой солнцем, можно было просидеть долго-долго, пока и здесь не наступил бы закат, пока тут не примешались бы сумерки. В сумерках все города чарующи, ночью — почти все прекрасны.

Усевшись на краю, я прикрыл глаза и тут же услышал:

— Странник!

— Да? — голос показался мне смутно знакомым, но когда я повернулся, то девушку, которой он принадлежал, совсем не узнал.

Она тут же села рядом.

— Мы встречались однажды, — сообщила она жизнерадостно. — Знаю, что ты не помнишь. Зато помню я.

— Пусть так, — кивнул я.

— Прости, что позвала, — продолжала она. — Я ничего не прошу… почти.

— И чего же ты почти не просишь?

— Тут есть мост, по которому может пройти лишь странник, — объяснила она. — А я… только сказочник, как мне пройти? Но там, на самой середине, прячется моя сказка.

— Думаешь, я смогу провести тебя?

— Конечно! Ты странник, — она усмехнулась. — Ещё рановато.

Между нами пролегло молчание, я снова оглядел раскинувшийся под нами город. Интересно, где именно появится этот самый мост? Уж точно его никак нет сейчас.

***

Солнце зацепилось за крыши, и тогда она поднялась и протянула мне ладонь.

— Пойдём, теперь уже пора.

Мы спустились с крыши по пожарной лестнице, и это было почти приключение, а затем понеслись, помчались проулками, гулко встречающими наши шаги.

Она торопилась, поглядывала на начавшее наливаться лиловым небо, что-то ворчала себе под нос, а я мог только следовать за ней, стараясь не отставать. Ходить она умела очень быстро.

За сквером мы нашли небольшую площадь, где сходилось пять или даже семь улиц. Тут она замерла и сложила руки на груди.

— Видишь? — спросила она.

Я огляделся, пытаясь понять, о чём это она спрашивает, как вдруг, когда наклонил голову, заметил полупрозрачные ступени, поднимающиеся вверх.

— Кажется, да, — отозвался я.

— Вот! Это он! — теперь меня ухватили за локоть. — Веди.

Признаться, я был не уверен, что мост хочет принять меня, но едва наступил на первую ступеньку, как та вырисовалась прямо под ногой, стала плотной и совсем настоящей. Теперь уже и сказочница смогла на неё подняться.