Чтение онлайн

— Ты сделал это? — спросила я, хватая мишку и прижимая его к груди.

— Ага.

— И ты не советовался с Мардж или с кем-то ещё?

— Советовался ли я с женщиной, чей муж скупает ей целый магазин шоколадок каждый день Святого Валентина на протяжении последних 15 лет, и которая считает, что это самая романтическая вещь в мире? Нет, детка. Я ни с кем не советовался.

— На самом деле ты сентиментальный, — поддразнила я. — Признайся, — сказала я, потянувшись к диску «Вам Письмо» [22] и махнув им на него, — ты купил его, потому что на самом деле сам хотел посмотреть.

— Подловила, — сказал он с улыбкой. Я положила кино обратно в корзину, веселье по большому счету ушло, и я ощутила немного печали от того, что ночь закончилась. — Пригласи меня на просмотр фильма с тобой, Рия, — сказал он приглушенным голосом. Я оглянулась и обнаружила, что он наблюдает за мной, голова наклонена в сторону.

— Хочешь посмотреть со мной, как Мэг Райан и Том Хэнкс каким-то непостижимым образом влюбляются без какой-либо сексуальной химии? — спросила я, снова доставая диск и вручая ему. Пока он загружал его в проигрыватель, я убрала корзину с кровати на пол, но перед этим выудила оттуда шоколадки. И, ну, так же сохранила у себя мишку Тедди, когда забралась в кровать и уселась напротив у изголовья. Сойер загрузил DVD, схватил пульт, скинул свою обувь и направился к пустующей стороне кровати. Его большое тело заняло больше половины кровати, его плечо прижималось к моему , наши тела соприкасались от плеч и до лодыжек. Он выбрал главное меню и нажал «проиграть», затем потянулся туда, где коробка шоколадных конфет лежала на моих коленях, и взял ту противную с фруктовой начинкой, чтобы съесть. Майкл и я обычно сражались за те, что с нугой или с карамелью. Я вспомнила, когда спросила маму, как она узнала, что отец — тот самый, единственный, она сказала, что это произошло, когда она поняла, что ему нравятся огурцы, в то время как она ненавидела их. Так что, когда она получала овощной салат на ужин, он забирал у неё «противные» огурцы.

Очевидно, она не была серьёзна, но в этом имелся смысл. Она знала, что поймет это, когда найдёт кого-то, кто сделает всю картину полной, кого-то, кто будет сильным там, где она слабой, у кого был бы недостаток там, где она превосходна. Поэтому я старалась так сильно, как могла, не искать много скрытого смыла, но всё же я делала это.

— Помнишь когда «Америка он-лайн» [23] была популярна? — спросил он, мотнув головой на ТВ.

— Хорошие старые деньки, — кивнув, согласилась я, вспоминая, как мама умоляла меня выйти из сети, чтобы она могла воспользоваться телефоном. — Хотя, — добавила я, легонько подтолкнув его, — сегодня так же был по-настоящему хороший день.

— Да? — спросил он, его руки двинулись и обвились вокруг моих плеч.

И, да, я растаяла прямо в его руках, голова опустилась к нему на грудь, моя рука разместилась на его животе.

— Да.

— Хорошо. Так и было задумано. Тебе нужен хороший день.

— Беру свои слова обратно, — сказала я, глубоко вздохнув, вдыхая его еле ощутимый пряный аромат. — Это не было хорошим днём.

— Нет? — спросил он, его пальцы проследовали вверх по моей руке.

— Нет, — согласилась я, кивнув. — У меня был отличный день. Спасибо тебе, Сойер, — сказала я, слегка сжав его. А затем, хорошие чувства так сильно нахлынули на меня, что мне показалось, что я могу взорваться. Я запрокинула голову вверх, чтобы взглянуть на него. Он наклонил голову вниз. И мы встретились взглядами.

— Я знаю, как сделать его ещё лучше, — высказалась я, слова вылетели до того, как я успела их обдумать.

— Неужели? — спросил он, рука двинулась по моему плечу и остановилась на шее, его большой палец поглаживал мою щеку. — Почему бы тебе не показать мне? — предложил он.

Я улыбнулась, подтянулась вверх и устроила свои ноги по обеим сторонам от него, обхватывая его лицо руками.

А затем показала ему.

— Рия, — произнёс он, в голосе слышалось предупреждение, а его руки обосновались на моих бёдрах.

— Плохая идея, — сказала я, слегка кивнув. — Знаю. Мне всё равно, — добавила я, когда наклонила своё лицо к его.

Мои губы поймали у его рта небольшой вздох, понимая, что это было тем самым. Я собиралась получить то, что хотела ещё с первой нашей встречи , когда познакомилась с ним. Я не собираюсь бороться с этим. Я не собираюсь раздумывать над этим. Я просто собираюсь испытать это. Подумать можно будет и после. Он позволил мне установить темп и давление, в течение долгих нескольких минут , давая мне неспешность и позволяя исследовать его так, как мне хотелось, когда всё , даже фильм , звучащий громко в этой комнате, казалось бы , унеслось далеко прочь. Его руки обхватили меня за спину, когда он сел прямо. Мои руки упали с его лица, обернувшись вокруг плеч, как только он взял верх, создавая больше давления, его зубы впились в мою нижнюю губу довольно сильно , отчего я захныкала. Он едва держался за свой контроль. Мне нравится это. Мне нравится знать, что кто-то настолько всё контролирующий , как он, терял этот контроль со мной, из-за меня. Потом он отклонил меня немного назад, его рука поспешила к моему затылку, удерживая меня на месте, поскольку его губы требовали мои сильнее, чуть ли не до кровоподтёков. Я застонала и прижалась грудью к его груди, усаживаясь бёдрами ему на колени, ощущая, что он уже твёрд. Его зубы вновь прикусили мою нижнюю губу, сильнее, заставляя мои губы приоткрыться, я задыхаюсь от удивления. Он воспользовался возможностью и языком проник внутрь, чтобы заявить свои права на меня. Это было в точности так, как я ощущала этот момент — он заявлял права. И я обожаю каждую секунду этого. Он наклонил меня назад, отчего моя спина коснулась матраса, мой вес оказался полностью на лодыжках. Самая настоящая позиция йоги, которую я бы никогда не смогла повторить в обычных обстоятельствах. Но всё моё тело может думать только о том, чтобы быть удовлетворенным. Больше. Всем.

Сойер старался удерживать свой вес не на мне, когда его губы поглощали мои. Его рука скользнула между нами, схватив язычок молнии на моей пижаме, и потянула его к низу живота. Его рука, слегка касаясь , поднялась вверх по моему животу, рёбрам, затем обхватила грудь, сильно сжимая её. Моя спина выгнулась ещё больше, прося о большем.

Его губы оторвались от моих, проследовали ниже по шее и прижались в месте, где чувствуется пульс, в то время как его рука скользнула вверх под чашечку моего бюстгальтера, где большим и указательным пальцем он схватил мой сосок и покрутил его. Я повернула голову в сторону, давая ему больший доступ. Но он хотел не этого. Он двинулся ниже. Его рука стянула мой бюстгальтер ниже и его губы накрыли мой сосок, сильно всасывая, заставляя всё моё тело вздрогнуть от неожиданной волны желания.

— О , мой Бог, — застонала я, моя рука заскользила в волосы Сойера , удерживая его у меня.

Он всосал сильнее, прежде чем отпустить мою затвердевшую горошинку, сделал вдох, отчего холодный воздух накрыл мой влажный сосок. Он высунул язык и продолжил мучения, пока мои трусики не промокли, а киска сжалась так сильно, что было на самом деле болезненно. Пульсирующая, ужасающая вещь, требующая внимания, требующая удовлетворения. Его голова переместилась и занялась другим соском, заставляя меня извиваться, и быть нетерпеливой.

— Сойер, мне нужно … — начала я, всасывая воздух, поскольку его зубы сильно прикусили мой сосок.

— Ш -ш -ш, — произнёс он, язык проследовал по чувствительной горошинке. — Я знаю, как касаться тебя, детка, — сказал он и от его слов мой живот восхитительно задрожал.

Его губы поцелуями пересекли чувствительную часть моей груди, затем в центре , прокладывая путь вниз моего живота. Одна из его рук скользнула под моё колено, потянув, пока оно не было освобождено от моего веса. Он сделал тоже самое с другим, после чего я легла на матрас. Его зубы прикусили язычок молнии и потянули его вниз туда, где она заканчивается, прямо по центру моих трусиков. Я даже не понимала намерений Сойера , до того, как ощутила его рот на моих трусиках. Его язык сдвинул их в сторону, чтобы скользнуть между губами и заклеймить мой клитор, двигаясь быстро и жестко по кругу, пока мои руки не сжались в его волосах, а мои бёдра приподнялись, чтобы встретить его рот. Я почувствовала признаки напряжённости, всё моё тело напряглось, ожидая освобождения. Но его рот оставил меня прямо в тот самый момент, чтобы предотвратить мой оргазм. Он расположился подбородком у меня на животе и улыбнулся мне, когда из меня вырвалось громкое ворчание.

— Нет, пока ты не закричишь, — проинформировал он меня, двигаясь вверх приподнимая меня за талию. Он потянулся вниз, стягивая ткань с моих плеч, и я немного перевернулась на бок, чтобы освободить руку, затем другую, скинул мой бюстгальтер, оставляя меня обнаженной до бёдер, соски затвердели. Взгляд Сойера оставался на моём лице, веки отяжелели. — Ты чертовски красива, — пробормотал он, и моё сердце словно увеличилось в моей груди. — В ту же секунду, как я тебя увидел, понял, что мог бы прожить тысячу лет и не найти женщины хоть наполовину такой же прекрасной, как ты.

— Сойер, — сказала я , слегка качая головой, чувствуя себя неуютно.

— Нет уж, — проговорил он, наклоняясь и целуя ложбинку между грудями. — Ты будешь слушать. Мне плевать, что твои щёки покраснеют, в животе будет ощущаться странно, и ты захочешь спрятать своё лицо и никогда не взглянуть на меня снова. Ты выслушаешь, — сообщил он, его язык проследовал вверх по моей шее, затем по ушной раковине. Следующие слова были тёплым дыханием на моем ухе, отчего я задрожала. — Я хотел тебя прямо тогда и там. Хотел больше, чем любую другую женщину за долгое время. Потребовался каждый кусочек моей силы воли, детка, а её у меня до хрена, чтобы удержать свой член от стояка, как у озабоченного подростка, поскольку я думал о том, чтобы нагнуть тебя над моим столом и взять тебя сзади.