Чтение онлайн

— Если ты хотела напугать меня, тебе это удалось, — сказала я ей, потому что она не ошиблась.

— Я не думаю, что ты сильно боишься, — сказала она.

— Открытый демонический портал находится здесь? — спросила я.

— Это могло бы случиться, если бы мой ребенок действительно был на половину человеком. Но это не так. — Она протянула руки к Конну. — Ты хочешь проверить мои слова?

Когда Конн покачал головой, она сказала что-то на языке демонов нескольким своим людям. Они выбежали из комнаты.

— У меня есть комплект наручников, которые могут удержать хранителя. Однажды они не позволили могущественной ведьме, которую я знаю, от них освободиться.

Мои глаза вспыхнули, когда я вспомнила о наручниках, которые надевала на себя, но мне удалось сдержать крик ярости, который хотел из меня вырваться.

— Как долго Джек вел дела с такими, как вы?

— С моей кастой? Десять лет или больше. С другими — с самого начала. Он предан только себе. Я удивлена, что ты никогда не замечала в нем этого.

Мои плечи поднялись и опустились.

— У нас с ним общий ребенок. Все, что я делала, было сделано для того, чтобы ее защитить.

Лилит кивнула.

— Это понятно, — сказала она.

Двое из ее людей бросились назад с наручниками. Я взяла их в руки и застегнула на своих запястьях. Лилит ошеломленно наблюдала за мной.

Я тихо пробормотала и наручники расстегнулись. Я сняла их и передала Конну и Расмусу, чтобы те защелкнули их на запястьях таинственного хранителя.

Когда я почувствовала, что будущая королева демонов пристально на меня смотрит, я приподняла бровь, удивленная ее любопытством.

— Все, чего я не делала, также было сделано для того, чтобы защитить моего ребенка.

Казалось, никто не слышал о хранителях. Я не могла спросить Джека или Фиону, но я спросила маму и тех родственников, кто еще отвечал на звонки.

Я бы спросила Мулан, но она взяла свой кривой меч и ушла от нас.

Больше всего я сожалею о том, что забыла расспросить Лилит о моем двоюродном брате Лиаме. Надеюсь, Лилит продолжит со мной разговаривать, хотя все, что я узнала, только еще больше меня запутало.

Наручники успешно обезвредили стража, и при этом не давали ему прийти в себя. Мы заперли его в одной из спален арендованного дома.

После душа я пошла перекусить и заварить чай. Я обнаружила, что Расмус сидит за столом, обхватив голову руками. Было почти восемь, и через несколько минут нам нужно было уходить, чтобы успеть вовремя. Я заранее запланировала, что такси подвезет нас до бара неподалеку от парка. Мы планировали позже туда вернуться и заказать машину домой.

Почему Расмус не был счастлив? Все происходило именно так, как он хотел.

— Расмус?

— Что, если Лилит права? Что, если я такой же, как тот парень с мечом, которого мы захватили? Она назвала меня хранителем.

— Ты боишься, что как только ты вспомнишь о себе, нам с Конном придется тебя скрутить?

Он невесело усмехнулся.

— Я больше боюсь, что ты меня возненавидишь и что я тоже могу себя возненавидеть.

Я пододвинула стул и села напротив него. Протянула ему руку — да, ту, на которой было кольцо царя Соломона. Он положил свою большую ладонь на мою.

— Она назвала тебя противоречивым, а это значит, что ты не совсем плохой парень. Это значит, что я никогда не возненавижу тебя до конца. Мы заклятые друзья.

Он фыркнул и крепче сжал мою ладонь.

— Ты, должно быть, самая странная женщина в мире.

— Да, ты это уже много раз говорил. Я не пытаюсь специально казаться странной. Если ты чувствуешь, что я не такая, как все, это потому, что я следую своему ведьмовскому предназначению. Что бы произошло, если бы ты обнаружил, что ты демон?

— Я не знаю.

— Верно. Вот к чему я клоню. Никто из нас никогда не знает, кем мы станем, когда жизнь потребует от нас больших перемен. Но фундаментальные вещи никуда не денутся. Считай себя хорошим парнем и посмотри, что из этого выйдет. В душе ты хороший человек, но в то же время ворчун, который в любой ситуации видит худшее.

— И это говорит женщина, которая утром не может сказать ни одного доброго слова, пока не выпьет две чашки кофе.

— Ты предан, когда считаешь, что у тебя есть на то причины. Принуждение может только усилить то, что уже есть. Ты должен был испытывать какие-то добрые чувства к Джеку, чтобы они могли заставить тебя поддерживать его в трудную минуту.

— Ты ненормальная, Аран. Ты играешь роль свахи шаманки Ву и связанного клятвой демона.

— Имп — правильный термин для описания Конна — имп. Он Имперский демон.

— Ты используешь семантику только тогда, когда она соответствует твоим аргументам. И ты владеешь юмором как оружием.

Я выпятила губу и сделала вид, что обижаюсь.

— У меня закончились замечания по поводу твоих недостатков. Все, что я могу сказать, это то, что ты целуешься как мужчина, который знает, что делает. Мне это в тебе действительно нравится. Мы могли бы сделать еще кое-что, если ты выживешь.

Расмус повернул мою ладонь и погладил большим пальцем костяшки моих пальцев.

— Ты бесстрашна, когда дело доходит до того, чтобы поступать правильно, чего бы тебе это ни стоило. — Он поднял мою руку и поднес ее тыльную сторону к своим губам для поцелуя. — Я боюсь того, что может случиться. Часть меня хочет сказать демонессе, чтобы она оставила меня в таком состоянии. Но… я не могу. Если я превращусь в злобного монстра и нападу на тебя, что произойдет?

— Посажу тебя в клетку в подвале у Кэти, и буду там держать, пока не смогу тебя вразумить. Так поступают друзья.

— Я думал, ты говорила, что мы заклятые друзья.

— Так оно и есть, но любая дружба должна с чего-то начинаться.

Он опустил голову.

— Я рад, что ты развелась. Если бы ты все еще была замужем за Джеком, я бы не смог признаться, как приятно было тебя целовать.

Я хихикнула… и солгала.

— Эта мимолетное касание губ было поцелуем? Богиня, я почти ничего не помню.

Расмус ухмыльнулся и, наклонившись вперед, крепко прижал мою руку к столу.

— В следующий раз у меня получится лучше.