46 дней лета
Шрифт:
– Она слишком много пьет, - сказала я.
– Да, - коротко ответил он.
– Ты говорил с ней об этом?
– я теребила свою соломинку, боясь, что лезу не в свое дело, но и молчать тоже не могла.
– Конечно.
– Просто...
– я на секунду замолчала, - я должна была об этом рассказать Маргарет.
– Не сказала?
– Нет.
– Почему?
– Не знаю, - я поправила прядь волос, которая лезла на глаза.
– Мне здесь нравится, я не хочу уезжать. Поэтому я соврала тете.
Возможно не стоило так откровенничать.
– Я поговорю с ней завтра, хорошо?
– он поправил мой снова выпавший из-за уха локон. На минуту наши взгляды встретились, я чувствовала это между нами, искру, нить или что-то такое.
– О чем болтаете?
– за столик вернулся Патрик.
– О том, как дрыгаешь ножкой во сне, мы сошлись во мнении, что это очень мило, - сказал Эйден, тут же отвернувшись от меня.
– Эйден, малыш, я знал, что ты меня любишь, но чтоб Мия!
– он притворно прикрыл рот рукой и выпучил глаза.
Я рассмеялась.
– Да, мы каждую ночь приходим на тебя смотреть, - улыбаясь произнесла я.
– Вот черт, поэтому я так плохо сплю!
Мы все легко рассмеялись, и с этим смехом улетучилась вдруг вся тяжесть. Стало вдруг как-то просто и весело, будто и не было вчерашнего дня.
– Над чем смеетесь?
– спросили вернувшиеся Мэрилин и Рокси.
– Они признаются мне в любви!
– радостно воскликнул Патрик.
Мэрилин окатила нас ледяным взглядом. Только не это.
– Закажу еще коктейль, - она хотела встать.
– Сядь, - Эйден схватил ее за руку.
– Я хочу пить.
– Я принесу тебе колы.
– Маргариту!
– Колу.
– Эйден!
– вспылила она.
– Я хочу напиться!
– Зачем?
– Господи, как вы меня достали! Сидите тут воркуете словно голубки, - она посмотрела на меня.
– Остынь, Мэрилин.
– Не отнекивайся, я уверена, вы трахаетесь за моей спиной! Сидишь тут, ей волосики поправляешь, может мне уйти, чтоб вы могли тут уже заняться сексом? А Мия!
– она тыкнула в меня пальцем.
– Мои родители, теперь мой парень?!
– Мэрилин закрой свой рот, - он подошел к ней и взял ее за руку, она вырвалась.
Господи, как он ее терпит? Мэрилин, насколько я знала, всегда любила выпить и пропадать на вечеринках. Но чтобы каждый день... Слишком часто пьет. И слишком много. Слишком много ругается. Всего слишком, как бы я хотела, чтоб ее не стало в моей жизни.
– Да отвали от меня! Ненавижу вас всех!
– она обвела всех взглядом. Рокси сделала обиженное лицо.
– Кроме тебя, красотка, - сказала она Рокси и ее лицо смягчилось.
Но каким-то образом нам всем удалось избежать взрыва. Эйден смог уговорить Мэрилин вернуться домой. Он отвел ее в комнату, а сам ушел, похоже что к океану.
Я сидела у себя на кровати и чувствовала себя виноватой. Утром звонила Маргарет. Я снова заверила ее, что все в порядке, тогда как ничего не в порядке. Мэр каждый день напивается в хлам. Если б тетя узнала...
И я немного переживала за Мэрилин, но больше мне было жаль ее мать.
Я решительно подошла к двери Мэрилин и Эйдена и постучала.
– Войдите, - услышала я слабый голос кузины.
Мэрилин лежала на кровати и массировала виски
– Мэр, это я.
– Мэрилин!
– зашипела она.
– Мэрилин, - исправилась я, не желая сразу начинать разговор со ссоры.
– Что тебе нужно?
– Я хотела с тобой поговорить об алкоголе.
Она фыркнула.
– У меня болит голова, уйди.
– Если ты продолжишь пить, я все расскажу Маргарет.
– Да и пошла ты!
– Ты понимаешь, чем это для тебя обернется?
Она с ненавистью посмотрела на меня, конечно она понимала, что тетя больше не выпустит ее из поля своего зрения. Прощайте карманные деньги, здравствуй тотальный контроль.
– Ненавижу тебя, Тихоня!
– Почему ты меня так ненавидишь?
– я старалась быть спокойной, но, честно, я хотела плюнуть на все и уйти.
– О, а ты не догадываешься? Приехала к нам такая невинная овечка, живет на наши деньги, папочкины не трогает!
– я аж вздрогнула на этих словах, но она не заметила.
– Тебе даже напрягаться не надо для учебы, получаешь стипендию. Живешь на всем готовеньком с моими родителями! Ненавижу тебя!