Чтение онлайн

Там, в зале, я начала пугаться. Что сейчас он пойдёт вблизь, я – не успею и он жёстко уработает меня руками.

И тут на грани слышимости прилетел типа вздох Деска. Наверное, все услышали странный вздох. И только я – волчий вой. И – меня бросило в тот момент с тройкой волков и я со всей дури выдала, «ну давай, убивай».

И дедок-противник дёрнулся в начало атаки и замер. А потом медленно отшагнул. И ещё медленно отшагнул. Потом медленно встал и поклонился.

И я – тоже.

Судья объявил:

«Закончили, ничья».

Противник вздохнул, повернулся, глубоко поклонился судье и сказал:

«Простите, не согласен».

Судья посмотрел на него. Сказал:

«Поправка. Победа…» – махнул на меня рукой.

Я – не поняла. Но – поклонилась судье. Потом – глубоко поклонилась противнику. Он – слегка в ответ. И – разошлись. В смысле, я вернулась типа в ряд учеников и обнаружила, что дедки поменялись местами.

И бывший противник объявил «тэ-машивари». То есть «рукой разбивание предметов». Ну, он – объявил и замер. И я – замерла.

А Деск – встал и достал из рюкзака стопку досок. Вышел на татами с поклоном. Подошёл к судье. С поклоном протянул доски. Судья чуть раздражённо махнул рукой.

Деск – подставил мне доску. Я – вышла. С поклонами. Нервничая, что, наверное, есть какая-то программа, правила, как надо бить. Но я её не знаю. И нервно глянула на Деска. Он – подмигнул. И еле заметно маякнул «правой рукой» и доской «прямой».

Успокоилась.

Разнесла все доски.

Ну, с разбивом чего не очень крепкого… «разбивает скорость, не масса. С твоими мелкими руками скорость – не проблема. Просто научи кулаки и ступни не бояться дерева».

Доски – разбила. А потом Деск выдал. Ну, громко и нагло маякнул всем «заткнитесь»

Достал из кармана яблоко. Достаточно явно показал, что это – горло. И протянул мне на ладони. На уровне адамова яблока.

Это – такая подстава. Бить можно по-разному. Но с брызгами получится только при очень резком уколе сверху вниз, когда яблоко хоть чуть-чуть прижимает к ладони, а не сносит с неё. А тут – разница в росте…

Взбесило. Я, насрав на всё, чуть отшагнула. Потом – подпрыгнула и выстрелила рукой с воплем «кия», выставив фалангу. Яблоко – разнесло. Все – вздрогнули.

Я постояла, удерживаясь, чтобы не задрожать. Потом, как в пустоту накапало чуть-чуть сил шевелиться, медленно, плавно выпрямилась. Молча поклонилась. И вернулась на место.

Деск отряхнул руку, стряхнул с одежды ошмётки яблока, обтёр лицо. Вопросительно посмотрел на судью.

Тот сказал:

«Те-машивари – закончили, хорошо».

Деск очень явно посмотрел на сумки, оставшиеся в углу зала и вернул взгляд на судью.

Тот посмотрел на азиата в углу. Тот – быстро подошёл, склонился в поклоне внимания. Дед, спокойно, но излучая презрение, спросил:

«Зачем демонам документы?»

Переводчик – перевёл. А я – поняла, что он перевёл не всё и счас будет непонимание. То есть судья сказал «зачем демонам свитки?». А это – почти «зачем давать демонам палки?» То есть усиливать проблему.

И я – вклинилась. То есть кашлянула и склонилась в поклоне-просьбе.

Судья посмотрел на меня и грубо рявкнул:

«Имеешь мнение высказать?»

Я – тихо, в пол, произнесла:

«Извините за неопытность, и прошу исправить ошибку в моём мнении, что бумага нужна для стен».

Хотелось ещё очень добавить, что «расписных изнутри» и даже пояснить. Но это – подумала громко. И использовала «стен», а не «перегородок».

Судья посверлил меня взглядом. Потом вздохнул. Обмяк. Сказал «тоже верно».

Я – села прямо.

Судья вопросительно посмотрел на Деска. Тот кивнул. Второй дедок принёс сумку. А Деск из коридора – низкий журнальный столик.

Поставил, сел сбоку столика. Дедки сели за столик. Второй – достал, подал книжечку, печать, ручку.

Первый вопросительно посмотрел на Деска. Тот – достал фото и тюбик клея, капнул, размазал, протянул. Дедок вклеил фото. Взял ручку. Написал в книжечке. Вопросительно посмотрел на Деска. Тот достал, протянул бумажку. И мой пропуск. Судья на пару секунд замер, глядя на бумажку и наливаясь бешенством. Потом поднял на Деска взгляд и растянул лицо в злой улыбке.

Деск спокойно пропустил мимо. И сказал по-английски:

«Не надо – выкинь». Переводчик – перевёл на японский. Не поняв и упустив смысл. То есть «выкинь ненужное». Я – вздохнула. Деск и судья посмотрели на меня. Судья махнул рукой. Я – перевела, шёпотом: «жги после ухода». То есть ненужные подарки – уничтожай, выпроводив гостей.

Судья повисел несколько секунд. Посмотрел на Деска. Спросил по-английски: «Подскажете, как по-японски лучше написать Айрин?» Я – замерла. От понимания, что мне сейчас выпишут какой-то документ на псевдоним. И от паники ошибки, которую нельзя исправить. Ну, проще паспорт поменять.

Деск сказал по-английски:

«Простите моё незнание японского, могу только высказать мнение, что на английском начало Айрин пишется так же, как начало Ирландия, остров, который к Британии примерно там же, где Окинава к Японии. Возможно, название Ирландии на японских картах записано в буквальном переводе с английского – страна гнева. Прошу простить, если моё невежественное мнение далеко от истины и бесполезно».

Судья – вздохнул. Потом убрал книжку в сумку. Достал другую. Вопросительно посмотрел на Деска. Тот посмотрел на сумку. На судью. Вопросительно поднял бровь. Судья – не пошевелился. Деск вздохнул. Достал ещё фото, намазал клеем, протянул судье.

Тот взял фото, посмотрел на него. Тихо буркнул себе под нос, но на английском: «худик».

Деск вздохнул, сказал:

«Простите, это, судя по надписи, одежда ассоциации боевых искусств Эдо. И, не будучи уверенными, мы не осмелились».

Судья посмотрел на меня. Я – честно подумала, что да, на толстовке именно такой принт.

Судья помедлил. А потом начал хихикать. И второй дедок – тоже. Хихикая, вклеил фото, вписал в книжку. Проставил печати. Протянул соседу. Тот – тоже расписался и поставил печать из своей сумки.

Судья выдохнул. Перестал хихикать. Встал, вышел на средину зала. Я – вышла к нему. Он – с поклоном протянул мне книжицу. И сказал:

«Поздравляю, Мацумото-сенсей».

Я – замерла. Потом поняла, что тупить, что происходит, буду потом. С глубоким поклоном – приняла, пытаясь судорожно сообразить, что делать дальше.

Подарки – надо разворачивать сразу. И показывать наслаждение. А записки – нельзя, ибо написанное пишут, как раз чтобы было прочитано после ухода.

Приняла. Деск – поклонился и сказал. В основном – мне: