Чтение онлайн

К концу сентября наконец был подписан брачный договор. В Англию Анна прибыла в конце декабря и… королю не понравилась. Он был разочарован отсутствием в ней элегантности и сообразительности. Мало что изменилось и в первую брачную ночь. Анна оказалась не просто девственницей, она обнаружила полную неосведомленность в сексуальных отношениях. Конечно, в таком случае пылкому любовнику следовало проявить мягкость, понимание, терпение, что было совершенно несвойственно Генриху.

Что сама Анна думала о своей первой брачной ночи, неизвестно, хотя одна из ее придворных дам заметила, что если судить по началу, то еще одного королевского сына придется ждать очень долго. Королева, казалось, не была ни удивлена, ни особенно обескуражена тем, что произошло, но с ужасом отвергла предложение о том, что она может получить совет от какой-то более опытной дамы.

Король, естественно, объяснил неудачу не слишком привлекательной внешностью Анны. Еще несколько раз Генрих пытался пробудить в себе страсть к своей новой жене, но затем отказался от дальнейших усилий. Разумеется, неудача не была его виной. С его сексуальными рефлексами все было в порядке, просто Анна его не возбуждала. Единственной заслугой этой несчастной королевы можно считать тот факт, что у Генриха снова проснулся интерес к хорошеньким девушкам.

Страдая от перемежающегося неудовлетворенного желания и осознавая свой возраст и положение, король был готов на любую связь, чем не преминула воспользоваться придворная дама Анны 19-летняя Екатерина Ховард, дочь лорда Эдмунда Ховарда и Джойс Калпеппер. Несмотря на юный возраст, Екатерина была уже опытной кокеткой. В четырнадцатилетием возрасте у нее был первый страстный роман с молодым учителем музыки Генри Мэнноксом. Отношения между ними, вероятно, продолжались не менее года, а связь Екатерины с Френсисом Дэрхемом была гораздо более серьезной и длительной. В отличие от бедного учителя музыки Дэрхем имел подходящий статус и состояние, чтобы стать серьезным претендентом на ее руку. Одним словом, Екатерина была ловкой девицей и на предостережения подруг отвечала, что «женщина может миловаться с мужчиной и не зачать ребенка, если сама этого не хочет…»

По описаниям современников, Екатерина Ховард была очень маленького роста и отнюдь не красавица. Скорее всего, не внешность, а ее юность, живость и властная чувственность изначально привлекли внимание короля.

Вряд ли чары Екатерины особенно повлияли на решение Генриха положить конец своему четвертому браку, хотя это могло дать дополнительный стимул желанию быстрее завершить процесс аннулирования брака. Расторжение брака влекло за собой множество проблем, но они не шли ни в какое сравнение с теми, которые вызвал аналогичный поступок короля в 1529 г. Главным аргументом теперь стал неполноценный брак, что соответствовало вполне определенной статье канонического права.

24 июня Анну отослали в Ричмонд, якобы для того, чтобы оградить ее от вспышки чумы, и туда на следующий день явились королевские парламентеры, которые уведомили королеву, что ее брак с Генрихом является недействительным. К величайшему облегчению послов, она приняла эту весть с абсолютным спокойствием. Какие чувства в действительности испытывала Анна в тот момент, остается тайной. Может быть, она пришла в ужас, вспомнив о том, что случилось с одной отвергнутой ранее женой Генриха, о судьбе которой в Европе судачили четыре года назад. А возможно, она была благодарна судьбе за то, что с нее снято бремя ответственности за рождение сына. Во всяком случае, Анна ответила, что довольна любым решением, которое примет король, и в своем официальном согласии о разводе королю подписалась своим девичьим именем: «Анна, дочь герцога Киевского».

Для Генриха все сложилось в высшей степени удачно. В июле 1540 г. синод пришел к решению, что последний брак короля был незаконным. Впрочем, покорность Анны была вознаграждена щедрым даром — земельными владениями, которые приносили неплохой доход. Она удалилась в замок Хевер, который стал ее главной резиденцией, и мирно зажила на задворках английской общественной жизни.

Между тем парламент обратился к королю с просьбой снова жениться ради сохранения наследования и соответственно отменил пункт о кровосмешении, касавшийся кузин в первом поколении, какими являлись Анна Болейн и Екатерина Ховард. Брак Генриха и Екатерины был заключен 28 июля. В определенном смысле новая супруга оказалась именно той женщиной, в которой 49-летний Генрих нуждался. Своей сексуальностью она дала новый импульс его слабеющей энергии и внушила уверенность в неизбежном продолжении рода.

К несчастью, представления короля о непорочности и чистоте юной жены оказались иллюзией. Во всяком случае, он мог заметить то, что Екатерина досталась ему не девственницей. С другой стороны, ему могли бы броситься в глаза и такие, отнюдь не украшающие женщину качества, как тщеславие, жадность и отсутствие здравого смысла. В начале супружеской жизни Екатерина была довольно послушной и верной долгу женой. Она выбрала (или ей выбрали) великолепный девиз: «Никаких других желаний, кроме его» — и казалось, что это действительно передавало то настроение, с которым она вступала в брак. Однако истинную природу ее чувств к мужу понять нелегко. Она была прекрасной любовницей, но свои чувства не умела подчинить воле и здравому смыслу. Все могло сложиться иначе, если бы Екатерина сразу забеременела после пылких объятий короля. Но этого не произошло. Возможно, она страдала бесплодием и это спасало ее от последствий прежних тайных романов, а может, сомнительной стала плодовитость ее стареющего мужа.

Но ветреная королева, казалось, вовсе не переживала, что не может подарить Генриху наследника. Кроме того, весной 1541 г. она возобновила отношения с одним из своих прежних поклонников, молодым дворянином Томасом Калпеппером, слывшим честолюбивым волокитой. По-видимому, в его планы входила перспектива женитьбы на Екатерине после смерти Генриха, который в то время был очень плох. Мало того, Екатерина умудрилась сделать своим личным секретарем еще одного бывшего любовника, Френсиса Дэрхема.

Разумеется, услужливые придворные постарались, чтобы сведения о неверности королевы стали известны и королю. Взбешенный Генрих назначил тайное расследование, вследствие чего и Дэрхем, и Калпеппер были отправлены в Тауэр и вскоре сознались в прелюбодеянии, скорее всего, не без психологического и физического давления.

Перепуганной Екатерине ничего не оставалось, как тоже признаться в тайных отношениях со своими любовниками, но она страстно уверяла Генриха, что связь с ними прекратила «почти за год до того, как Его Королевское Величество женился на моей госпоже Анне Киевской».

Однако вскоре были получены признания Калпеппера в сексуальных отношениях с Екатериной уже после брака, подтвержденные ее страстными письмами к нему. Это вынуждена была подтвердить и леди Джейн Рошфор, которая была в курсе всех любовных забав королевы.

В конце ноября после долгих заседаний и совещаний тайный совет согласился признать вину всех троих, а именно Екатерины, Калпеппера и Дэрхема. Было объявлено, что Екатерина предала честь и достоинство королевы и должна быть именована просто как леди Екатерина Ховард. В декабре Калпеппер был обезглавлен по воле короля, а Дэрхем прошел все этапы мучительного наказания — от подвешивания и вытягивания до четвертования. Головы казненных любовников королевы были выставлены на мосту Тауэра.

Сама же Екатерина, а вместе с ней и леди Рошфор, была обвинена в государственной измене, ибо публичный суд еще над одной королевой, тоже обвиненной в супружеской измене, мог выставить в смешном свете английскую корону. Обе дамы были казнены в феврале 1542 г. на лужайке перед Тауэром и погребены в ближайшей часовне Святого Петра. Так бесславно закончилось недолгое царствование пятой супруги короля Генриха VIII.

Но Генрих никак не мог угомониться. И спустя некоторое время серьезно увлекся леди Лэтимер, больше известной под своим девичьим именем Екатерина Парр. К 30 годам она успела дважды выйти замуж и дважды овдоветь. В определенном смысле леди Лэтимер стояла перед жесткой дилеммой: ей меньше всего нужен был третий неудачный брак, а король к тому времени превратился в уродливую карикатуру на того страстного красавца-любовника, каким был еще десять лет назад. Он стал невероятно тучен и постоянно мучился от простуды и колик. Портрет Генриха VIII, гравированный Корнелием Мэтсью примерно в это время, изображает фигуру печально-угрожающую, с лицом, которое не без основания сравнивали с огромной картошкой.

И все же брак с королем имел свою привлекательность. Ну какая женщина не хочет стать королевой! Потому Екатерина дала согласие, и в июле 1543 г. состоялось бракосочетание Генриха с леди Лэтимер.

Как королева, Екатерина скорее воплощала мягкость, чем властность. В отличие от Екатерины Ховард, она была достаточно умна, умела поддержать серьезный разговор, но настоящее удовольствие ей доставляли наряды, музыка и танцы. Она также обожала животных и цветы, держала при себе шутов. Веселый нрав и скромность — вот два качества, которые современники постоянно отмечали, описывая шестую жену Генриха VIII.