Чтение онлайн

О том, как Грааль попал в Британию, рассказал Робер де Борн в поэме «Иосиф из Аримафеи», написанной около 1200 года. Как и Кретьен де Труа, де Борн ссылается на рассказ из старинной книги, где говорится о том, как Иисус призвал Иосифа и дал ему Грааль — чашу Тайной вечери. Вместе со своей сестрой и ее мужем Броном Иосиф покинул Палестину и обосновался в некоей стране «далеко на Западе», где они проповедовали христианство. Таким образом, Робер де Борн недвусмысленно связывает Грааль с христианской традицией.

Кельтские, ирландские и валлийские сказания изобилуют сюжетами о волшебных питающих сосудах. Когда эта сложносоставная фольклорная традиция попала в XII веке во Францию, сочинители попытались в духе своего времени христианизировать ее мотивы. И поскольку Грааль, первоначально языческий сосуд, обладающий магическими свойствами, даровал человеку, согласно кельтским сказаниям, чудесное, мистическое блаженство, его естественно было связать с евхаристией, с христианскими таинствами. Грааль превратился в Святой Грааль (Saint Graal, Sangrail и пр.), а поскольку слово «грааль» было непонятное, темное, эта неясность давала свободу для переосмысления, и предмет, который им обозначался, стал пониматься как кубок, потир, чаша причастия.

Однако, как уже отмечалось, вопреки огромной популярности сказаний о Святом Граале, церковь никогда не признавала Грааль канонической христианской реликвией. За Граалем закрепилась сомнительная слава в лучшем случае апокрифического символа, а в худшем — сакрального символа организованного еретического движения в границах западного христианского мира. И здесь возникает новая параллель: де Борн, опубликовав свою поэму, вольно или невольно раскрыл истоки легенды о Граале — гностическое «Евангелие от Никодима», где подробно изложен миф об Иосифе, чаше и копье. Значит, именно взгляды гностиков лежат в основе всех основных еретических течений на территории средневековой Европы.

Приблизительно в те годы, когда де Борн писал свою поэму, Вольфрам фон Эшенбах, знаменитый немецкий поэт того времени, создал «Парцифаля» — собственную версию незавершенной Кретьеном де Труа поэмы о Граале. Как и прочие, Вольфрам говорил, что воспользовался «старинными источниками», и ссылался на «одного провансальского трубадура, который написал свою повесть на арабском языке, живя в испанском городе Толедо» (совершенно запутанная история). В своей поэме Вольфрам утверждал, что Грааль хранил рыцарский орден Templaisen — в этом искаженном немецком названии легко угадывается знаменитый орден тамплиеров…

Наиболее сложная версия христианизированной легенды о Граале содержится в романе «Подвиг во имя Святого Грааля», где описывается, как Спаситель сходит с небес и участвует в евхаристии, совершающейся в Замке Грааля. Версию легенды о Граале, содержащуюся в этом романе, включил в свою книгу «Смерть Артура» Т. Мэлори. От Мэлори ее перенял А. Теннисон и использовал в «Королевских идиллиях», избрав своим мистическим героем Галахада.

Другой знаменитой интерпретацией граалевского мотива в XIX веке является «Парсифаль» Р. Вагнера, где композитор усилил религиозный смысл своего источника, «Парцифаля» Вольфрама фон Эшенбаха. В наше время самая значительная обработка граалевского сюжета — «Бесплодная земля» Т. С. Элиота, где средневековая тема используется для изображения бесплодности цивилизации XX века. Опера Вагнера и поэма Элиота способствовали возрождению интереса к средневековой легенде.

Стоит также отметить, что некоторые исследователи считают, что первичное ядро легенды о Граале имеет не кельтское, а восточное происхождение и что в конечном итоге именно на Востоке следует искать ее корни. Полагают, что в мавританскую культуру Испании (а из нее в христианскую) эта легенда пришла из Аравии или даже из Персии, другие считают родиной этой легенды Индию. И потому в ряде эпических песен, как, например, у Вольфрама фон Эшенбаха, Грааль возвращается из греховной Европы назад в Индию. В поэме Эшенбаха чисто христианские элементы отодвинуты на второй план и прослеживается терпимость, даже любовь, к людям Востока — как, впрочем, и в других произведениях. Сам фон Эшенбах признается, что при написании своего труда он использовал утерянную поэму провансальца Киота, источником которой послужила не чисто христианская легенда, но арабское повествование о Граале, найденное в Толедо (Испания) и написанное «язычником» Флегетаном «из рода Соломона». Флегетан же «был известен как большой знаток звезд, астролог, и в звездах прочел он тайну Грааля». Познакомившись с его трудом, Киот пытался разыскать по латинским книгам, где может находиться «племя чистых сердцем, призванное служить Граалю». Он ознакомился с хрониками различных европейских стран и в городе Анжу обнаружил рассказ о предках Парцифаля, уводящий на восток, но поскольку первоисточник утрачен, то дальнейшие детали теряются во тьме веков.

Постепенно легенды о Граале перестали занимать внимание посвященной публики, уйдя в область народных преданий. Но тень реликвии незримо осеняла многие события средневековой Европы. Чешские табориты шли в бой под знаменем с изображением «калики» — священной чаши, в которой легко угадывается Грааль. И знание гностиков не умерло с разгромом катаров и тамплиеров — оно продолжало жить в среде многочисленных тайных орденов и организаций, которыми изобилует история XII–XIX веков.

Оно оказалось востребовано в начале XX века, когда оккультное «Общество Туле», возникшее в Германии в 1918 году, начало разработку оккультно-мистической базы национал-социализма. А вместе с учением гностиков оказался востребованным и Святой Грааль… Первоначально поиски Грааля возглавил некий Отто Ран — один из разработчиков нордической теории. В начале 30-х годов XX столетия он посетил развалины Монсегюра, но, насколько можно судить, серьезных поисков не вел, а по результатам поездки выпустил книгу «Крестовый поход против Грааля», где именует Грааль «чашей нибелунгов». А в 1937 году, после своей второй поездки в Лангедок, Ран неожиданно исчез. О его судьбе до сих пор ничего не известно. В июне 1943 года в Монсегюр из Германии прибыла большая экспедиция, которая вела работы в пещерах до весны 1944 года. И хотя она ничего не нашла, система подземных укрытий и ходов, проложенных катарами в скальном грунте под Монсегюром, по мнению археологов, позволяет надеяться на то, что Грааль может находиться там. Впрочем, недоступных тайников в средневековой Европе было очень много…

В Средние века большую популярность приобрели легенды о могущественном христианском государстве на Востоке, полном всех благ мира и христианской гармонии, во главе которого стоял не менее легендарный правитель — царь-священник пресвитер Иоанн (английский Prester John, в русской литературе — поп Иван). Он вел свое родословие от евангельских волхвов, первыми пришедших поклониться Христу. Впрочем, пресвитер Иоанн признавался потомком как волхвов, так и святого Фомы, предположительно основавшего раннюю, а значит, подлинную христианскую Церковь в Индии. Имелись даже определенные письменные свидетельства, подтверждающие факт существования «идеальной страны». Но существовал ли этот загадочный правитель в реальности и где находилось его удивительное царство, если таковое, конечно, было на самом деле? Историки склоняются к мысли, что легенда о загадочном восточном царстве и самом пресвитере Иоанне — не более чем попытка выдать желаемое за действительное: «если такого государства не было, то его необходимо было придумать», так как в нем консолидировались чаяния и устремления средневекового человека.

Легенда о пресвитере Иоанне — полумифическом христианском правителе, жившем где-то в Индии, который играл одновременно роль короля и патриарха, распространилась с середины XII века от берегов реки Хуанхэ до Атлантики среди китайцев, турок, монголов, персов, арабов, индийцев, армян и всех европейских народов, участвовавших в крестовых походах. Период формирования легенды занимает около 400 лет. В русскую древнюю литературу легенда проникла под именем «Сказания об Индийском царстве». Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона утверждает, что основанием слуха послужил имевший место успех несторианского христианства среди племен Средней Азии, о котором писал Абуль-Фарадж. Легендарный же элемент сказания о царстве, полном всех благ мира, и о царе — священнике, идущем на защиту христиан от неверных, создался благодаря угнетению восточных христиан турками и сарацинами.

Первое известие о пресвитере Иоанне появляется в летописи Оттона Фрейзингского (от 1145 года). Эта летопись повествует о событиях, происходивших вплоть до 1156 года. Согласно ей, в 1145 году епископ Хью из города Гебаль (ныне Джубайль в Ливане) посетил Папу Римского и рассказал ему о неком короле и священнике по имени Иоанн, который жил в далекой стране на Востоке и происходил от одного из библейских волхвов — мудрецов, пришедших поклониться младенцу Иисусу в Вифлееме. И сам король, и все его подданные были христианами. За несколько лет до этого, одержав победу над мидянами и персами, он намеревался освободить Иерусалим от неверных, но не смог форсировать реку Тигр.

Из летописи Оттона Фрейзингского свидетельство о существовании царя-священника переходит в другие хроники. Общеизвестная версия легенды основана на двух упоминаниях о посещении Патриархом Индии, Константинополя и Рима во времена папы Каликста II (1119–1124). Трудно подтвердить или опровергнуть достоверность этих сведений, поскольку оба свидетельства были «из вторых рук», «словами со слов».

Также все ссылаются на письмо пресвитера Иоанна (подлинность которого, правда, подвергается сомнению), предположительно написаное императору Византии Эммануилу I Комнину (1143–1180).