Чтение онлайн

Как ни странно, не очень-то жаловавший спорт генсек вскоре распорядился о возведении в Ленинграде ледового дворца, который был открыт в 1967 г. как раз к юбилею Октябрьской революции – отсюда и название. Девять лет назад рядом с дворцом была установлена бронзовая скульптура работы Леонида Могилевского: этакий застывший фрагмент одного из шедевров Белоусовой и Протопопова – танца «Умирающий лебедь» на музыку Сен-Санса.

Прославленный мастер фигурного катания Олег Алексеевич Протопопов родился 16 июля 1932 г. в Ленинграде. Несладким было его детство: девятилетний мальчуган чуть не погиб в самые страшные зимние месяцы ленинградской блокады. Его мама, Агния Владимировна, в прошлом балерина, работала медсестрой в госпитале, где один за другим умирали от голода люди. Видел он и горевшие в сентябре 1941 г. продовольственные Бадаевские склады, и уходящий под воду Ладоги грузовик с детьми, которых вместе с ним эвакуировали на Большую землю по ледовой Дороге жизни.

Вернувшись в родной город, Олег решил поступить в какую-нибудь спортивную секцию Дворца пионеров, поскольку был он очень слаб и не мог даже отжаться руками от пола. Однако набор детей был уже закончен, и мальчик стал заниматься в музыкальном кружке. Как-то зимой, увидев, как ребята на фигурных коньках скользят вокруг клумбы в саду дворца, он сбегал домой за своими «хоккейками», стал возле ледовой площадки и буквально замер, наблюдая за фигуристами.

Олега заметили и приняли в секцию. На тренировки не раз приходил сам патриарх отечественного фигурного катания Николай Панин. Он говорил юноше: «Ты будешь хорошим фигуристом. Только не ленись». В чем, в чем, а в лености его упрекнуть было нельзя. Недаром уже в 1948 г. Олег разделил третье-четвертое места на всесоюзном молодежном первенстве, а через два года стал вторым. И тогда же его призвали в армию, а точнее на флот.

В конце зимы 1952 г., когда Протопопова перевели на службу в родной город, он в часы увольнений стал появляться на стадионе «Динамо». Опытный специалист, экс-чемпион страны в парном катании А. Б. Гандельсман посоветовал Олегу тренироваться в паре с Маргаритой Богоявленской. Не все у них было гладко, однако на первенстве СССР 1953 г. они получили диплом за третье место. Это произвело впечатление на командование воинской части, и матросу Протопопову разрешили чаще бывать на тренировках, а в конце года даже отпустили на тренерский семинар в Москву.

Там, на первом тогда в стране искусственном ледяном «пятачке» 9x9 метров, Олег познакомился с общественным инструктором юных фигуристов из парка им. Дзержинского в Марьиной Роще Людой Белоусовой, которая была всего на три года его моложе. Они покатались вместе и в тот же день решили попробовать свои силы в спортивной паре. Но это, как оказалось потом, сделать было не так уж просто, поскольку Олега – военного моряка – не могли перевести служить в Москву.

Тогда Людмила решила перейти учиться в Ленинградский институт инженеров железнодорожного транспорта, успешно сдала экзамены и поселилась в студенческом общежитии. В декабре 1954 г. они впервые вышли вместе на лед ленинградского катка. С этого момента начался их совместный тернистый путь к «звездам». Белоусова и Протопопов «привлекали в союзники музыку», чтобы она была главным компонентом программ. Чайковский, Шопен, Сибелиус, Рахманинов, Лист, Бетховен… Они работали над тем, чтобы на льду создавался неповторимый эмоциональный художественный образ.

Проникнутый особой лиричностью, стиль катания Белоусовой-Протопопова по сей день остается эталоном выступления двух влюбленных друг в друга и в свой вид спорта людей. Самый знаменитый их танец «Грезы любви» на музыку Ференца Листа, который они сами поставили за рекордно короткие 10 минут, принес спортсменам в 1964 г. первые золотые олимпийские медали. Он же осязаемо передает их непостижимую семейную гармонию, о которой Людмила скажет: «Она уже не от нас зависит, а от кого-то свыше».

Никогда ни над одной программой – показательной или спортивной – они не работали так быстро, так слаженно и целеустремленно: «Скорее, скорее, скорее! Мы должны сказать о том, что нас переполняет. О том, конечно, как любим друг друга. Какое это замечательное чувство. И как замечательно понимать друг друга. И это вовсе не грезы, а сама жизнь. Реальность. Хотя она и может показаться чудом, сном, грезами. Но мы сами создали это чудо. И показываем всем: да, чудо есть, но оно плоть от плоти – наше. И вы тоже можете сотворить его. Захотите только. И мы надеемся, что вы тоже попадете под влияние этой замечательной музыки, этих великих чувств. Вы помчитесь вместе с нами к светлой мечте, осуществить которую, при желании, дано каждому из нас…»

Протопопов до сего дня не носит обручального кольца. «Когда в 1957 г. мы поженились, у нас попросту не было денег не только на кольца, но даже на скромное свадебное торжество, – рассказывает он. – Я тогда только-только демобилизовался, оттрубив 5 лет в боцманской команде на Балтийском флоте. Все, что умел, – дочиста драить палубу, все, что имел, – черный суконный бушлат, бескозырку и два рубля в кармане флотских клешей.

И вот мы с Людмилой отправились расписываться в райсовет, что на Московском проспекте в Ленинграде. Там нам проштамповали паспорта, взяв рубль двадцать за услугу. Домой возвращаться нужно на троллейбусе – это еще по 20 копеек на билет для каждого. Оставшиеся 40 пытаюсь незаметно сунуть в руку суетившемуся вокруг нас гардеробщику. Тот ошарашенно глазами сверкнул: мол, что же ты меня подобной мелочью-то обижаешь…»

В этом же году молодожены заняли второе место на чемпионате СССР в Москве. Они уступили Нине Бакушевой и Станиславу Жуку, опередив других своих земляков – Майю Беленькую и Игоря Москвина, который впоследствии стал их тренером. В 1958 г. снова всесоюзное «серебро», дебют на чемпионатах Европы в Братиславе (девятое место) и мира в Париже (тринадцатое), а через два года в США – девятое место на своей первой зимней Олимпиаде.

Затем было «золото» на II Спартакиаде народов РСФСР в Свердловске, 6 раз они выигрывали чемпионаты СССР и четыре года подряд поднимались на высшие ступеньки пьедесталов почета первенств Европы и мира. Первые золотые медали в истории советского фигурного катания Белоусова и Протопопов завоевали в 1964 г. на IX Белой Олимпиаде в австрийском Инсбруке.

Здесь советские спортсмены победили двукратных чемпионов мира и шестикратных чемпионов континента Марику Килиус и Ганса-Юргена Боймлера из ФРГ, которым заранее прочили титулы олимпийских чемпионов. «Русские фигуристы открыли новую эру в этом виде спорта», – писала одна швейцарская газета, восторгаясь ленинградской парой, сочетавшей изумительную артистичность, лиричность, музыкальность с высочайшим техническим мастерством.

В феврале 1968 г. в Гренобле 12 тыс. зрителей стоя аплодировали двукратным олимпийским чемпионам Людмиле Белоусовой и Олегу Протопопову. Они показали великолепную безошибочную обязательную программу, а через три дня восхитительную произвольную, под музыку «Лунной сонаты» и Пятой симфонии Бетховена, фрагментов из концерта Рахманинова. После своей второй победы на Олимпиаде супруги продолжали выступать. Они занимались с ленинградскими фигуристами, и среди их учеников есть известные тренеры, например Николай Великов. В 1973 г. Белоусова и Протопопов стали солистами Ленинградского балета на льду.

В то время они «жили от зарплаты до зарплаты, получая за зарубежные гастроли по 10 долларов в сутки». Поначалу это очень сильно их задевало. Но как-то раз во время прогулки Олег разговорился со знаменитым оперным певцом Борисом Штоколовым: «Мы жили в одном доме, который все называли “дворянское гнездо”. Он рассказал, что спел в Финляндии партию Бориса Годунова. И получил за это все те же 10 долларов. За огромный спектакль, идущий более трех часов! А нам за 5–6 минут пребывания на льду такие деньги платили. Так что мы еще были достаточно высокооплачиваемыми работниками».

В середине 60-х гг. они были гордостью советского спорта, а в конце семидесятых покинули страну и стали «изменниками Родины». Или, как теперь принято называть, первыми в среде советских спортсменов такого уровня эмигрантами. В 1972 г. их практически выжили из сборной, не давали вовсю развернуться и после завершения спортивной карьеры в Ленинградском балете на льду. Легендарным фигуристам уже в открытую говорили о том, что надо уступать дорогу молодым, но они не желали покидать лед. Спустя шесть лет, во время гастролей в Швейцарии, Белоусова и Протопопов попросили политического убежища.