Чтение онлайн

На захваченных территориях император Фердинанд развернул политику жестоких репрессий против протестантов и чехов вообще. В июле 1621 г. в Праге были казнены 27 руководителей восстания. Владения многих чешских и моравских дворян были распроданы. Преследовалась чешская культура, сжигались книги. Спасая свою жизнь, страну покинули видные представители чешской интеллигенции: педагог Ян Амос Коменский, историк Павел Скала, публицист Павел Странский и др.

Военные действия, тем временем, не прекращались. На Рейне и на северо-западе Германии продолжали действовать сравнительно небольшие евангелические армии Мансфельда и Христиана Гальберштадтского. Эти военачальники уже вполне перешли на «самообеспечение» своих армий, грабя католические монастыри и окрестные территории. Не намного более легким для простых немцев было пребывание на их территории и имперского войска под командованием Тилли, которое вступило в Северную Германию.

Успехи Габсбургов не могли не беспокоить Нидерланды, Францию, Англию и Данию. Все эти государства по той или иной причине не желали присутствия сильной империи в центре Европы. Амбициозный датский король Кристиан IV, видя успех католиков, опасался за секуляризованные в Дании в пользу короны церковные земли. Мог он пострадать и от расширения имперских владений. Весной 1625 г. Кристиан выступил против католической армии. Начался второй период Тридцатилетней войны — «датский».

Кристиан направил свои войска в междуречье Эльбы и Везера. К нему присоединились Мансфельд и Христиан Гальберштадтский, а также ряд северогерманских князей. Положение Фердинанда стало угрожающим. Теперь его силы были распылены, за годы войны истощились имперские финансы (в то время как Кристиан получил субсидии от голландцев и англичан). Тогда-то на авансцене появился Альбрехт Валленштейн, едва ли не самый известный полководец Тридцатилетней войны.

Валленштейн, онемечившийся чешский дворянин-католик, впервые показал себя, командуя одним из полков в Белогорской битве. С тех пор под его началом находились крупные отряды наемников. Во время конфискации земель чехов после сражения у Белой Горы ему удалось скупить поместья, леса и рудники, фактически он стал хозяином всей северо-восточной Чехии. В тот момент, когда Фердинанд II лихорадочно искал способ борьбы с новым противником, Валленштейн предложил ему свою помощь. Он взялся создать и вооружить огромную армию наемников, не обращая внимания на их национальную и даже религиозную принадлежность. Армия эта должна была жить за счет солидных контрибуций с местного населения.

Валленштейн проявил себя как незаурядный организатор, и непревзойденный руководитель больших воинских подразделений. За короткий срок он создал 30-тысячную армию, установив в ней жесточайшую дисциплину. Солдатам платили много и регулярно, естественно, облагая тяжелейшими поборами рядовых жителей империи. В своих владениях Валленштейн наладил мануфактурное производство оружия и армейского снаряжения. В разных местах страны были подготовлены склады и арсеналы. Уже к 1630 г. войско полководца насчитывало 100 тысяч человек.

Продвинувшись на север, Валленштейн одновременно с Тилли нанес протестантам ряд сокрушительных поражений (Мансфельда разбил сам Валленштейн у моста через Эльбу близ Дессау, а датчане потерпели поражение от Тилли под Люттером у Баренберга). В руках Валленштейна оказались Мекленбург и Померания, а затем он поставил себе на службу всю Северную Германию.

Тем временем Тилли вторгся на полуостров Ютландия, угрожая уже непосредственно Копенгагену. Кристиан, бежавший на острова, запросил мира, который был заключен в Любеке в 1629 г. на условиях, достаточно благоприятных для датского короля. Император же на севере Германии снова занялся расправой с протестантами. Их пасторы изгонялись, запрещалось некатолическое богослужение, с новой силой продолжались ведовские процессы. Был принят одиозный Реституционный эдикт, по которому восстанавливались права католической церкви на захваченное ранее у нее имущество.

Против таких непопулярных мер выступал Валленштейн. Полководец лелеял мечту о создании объединенного государства, которым необходимо было управлять, согласуя свои законы с настроениями людей. Себе в новой державе Валленштейн отводил явно не последнюю роль. Он получил Мекленбургское герцогство, был награжден титулом «Генерала Балтийского и Океанического морей», Фердинанд называл Валленштейна генералиссимусом. Полководец же, реализуя программу на усиление монаршей власти, предлагал императору разогнать собиравшийся в Регенсбурге княжеский рейхстаг. Но в этой ситуации Фердинанд подчинился настойчивым требованиям католических князей и отстранил Валленштейна от руководства армией.

В середине XVI в. в Англии получил распространение пуританизм (от лат. purus — «чистый») — реформационное религиозное течение, сторонники которого выступали за очищение англиканской церкви от наследия католицизма, за строгие религиозные и бытовые нравы. Яков I Стюарт считал пуритан опасными сектантами, деятельность которых подрывала государственные устои, ведь англиканская церковь, которую остро критиковали радикальные протестанты, была частью государственной машины. На пуритан обрушились репрессии, в 1607 г. они были поставлены вне закона. В этой ситуации многие пуритане стремились покинуть Англию, чтобы где-нибудь, вдали от короля и епископов, основать свою религиозную общину. В этом смысле привлекательно выглядела загадочная Северная Америка, которую только-только начали осваивать английские колонисты.

Пуритане Новой Англии

Одна из групп пуритан — так называемые «святые» (лейденцы) — в свое время выехала из Англии и поселилась в Амстердаме, а затем переехала в Лейден. «Святые» отвергали официальную англиканскую церковь, как испорченную остатками католического «идолопоклонства». Они расходились во мнении и с другими, ортодоксальными пуританами, считая противоречащими Священному Писанию их кальвинистские принципы построения церкви. «Святые» были убеждены, что объединение людей в церкви следует основывать только на общей вере. Такие церкви должны быть независимы от других, не обязаны подчиняться государственной власти и какой-либо церковной иерархии. Вхождение в церковную общину (конгрегация) должно быть совершенно добровольным. Пастор, а также старейшина и дьякон должны избираться и смещаться большинством голосов, что было своеобразным религиозным вариантом демократизма. В противостоянии с голландскими кальвинистами, которые порицали их за сепаратизм (нежелание подчиняться государству и выстраивать церковную иерархию), лейденцы, потеряв слабых и нестойких, духовно и организационно сплотились в своей церковной общине.

В Лейдене часть «святых» зафрахтовала старый парусник «Мэйфлауэр» («Майский цветок») и еще более старое судно «Спидуэлл» (оно затонуло до выхода в открытое море). Корабли должны были направиться в Новый Свет — к устью Гудзона, где быстрыми темпами развивалась английская колония Виргиния, которой управляла Виргинская компания. Купцы, оплатившие экспедицию, заключили с новоявленными пилигримами (так стали называть себя собиравшиеся в поход пуритане) договор, согласно которому они должны были основать новое поселение, а полученными доходами делиться с «заказчиком». Пилигримы из Нидерландов вернулись в Англию, и 6 сентября 1620 г. в обстановке полной секретности «Мэйфлауэр» отплыл из порта Плимут.

В пути общее руководство пилигримами было доверено капитану Кристоферу Джонсу. В религиозных вопросах старшим среди «святых» считался Джон Карвер, который от их лица вел дела с купцами. Остальными пассажирами, набранными дополнительно в Англии, управлял Кристофер Мартин — временный казначей экспедиции. Вместе со «святыми» на борту находились нанятые слуги, а также довольно большое число «чужаков» — других пуритан и приверженцев англиканской церкви, которых купцы потребовали взять на борт, чтобы основанная колония имела больше рабочих рук. Немало было женщин и детей. Всего к «земле обетованной» отправилось чуть более 100 человек.

11 (21) ноября 1620 г. семьи английских переселенцев высадились в районе мыса Код в Новой Англии (ныне штат Массачусетс) — т. е. значительно севернее первоначально предполагаемого места высадки. Этими территориями по недавно заключенному договору должен был управлять Совет Новой Англии, но он еще не вступил в свои права. Таким образом, колонисты фактически оказались единственными хозяевами данных мест. Возможно, этим и объясняется странная, на первый взгляд, ошибка в навигации. Кстати, в этом регионе буквально за несколько лет до этого погибло от болезней (оспы и кори), занесенных предыдущими колонистами из Европы, значительное число местного индейского населения.