Чтение онлайн

– Мам, а у бабушки день рождения завтра?

– Да, сынок, завтра – шестого сентября. О-ой…

– Аня, – позвала Мила старшую сестру, – мой снеговик загрустил, он заболел?

– Он тает.

– Тает? А почему раньше не таял?

– На улице было холодно, сейчас теплее.

– Значит, ему нужен холод!

Намного позднее Аня решила достать пирожные из холодильника, но на подносе лежал Милин снеговик!

– Снеговика нужно было спасти! – объяснила Мила. – А пирожные я съела, чтоб не пропали!

Лукич был мизантропом, а потому лепил на дверь своего ветхого домишки множество замков от всяких проходимцев. Как-то заявился к порогу сосед и давай голосить: «Луки-и-и-ич! Откро-о-ой! Я долг пришёл вернуть, помнишь, год назад занимал?» С энтузиазмом бросился Лукич отпирать, да, запутавшись в замках, в ярости дёрнул ручку, дверь обвалилась внутрь… Весь долг ушёл на примочки.

С чего начать бы с ней контакт? Напишу к фотографии ей в ВК строгое что-то, без смеха.

– Под платье ногти не подходят…

Ответ приходит мне, что красота в глазах смотрящего, если он видит вообще.

– На этом фото идеально смотрелись бы ногти одного цвета с губной помадой…

Не ответила жена бывшая. Значит, так мне и надо.

– Так, значит, ты утверждаешь, что ты надёжный? И будешь всегда рядом? И заботиться обо мне будешь? И согревать меня в зимние холода? Ну, даже не знаю… Я сомневалась, что такие, как ты, существуют. Значит, обещаешь? Точно? Я могу быть уверена в тебе?

– Мадам, Вы здесь стоите уже целый час. Так Вы будете покупать этот обогреватель?

От яркого света дневных ламп у него слезились глаза. Сильно вспотели руки. Галстук тонкой удавкой стягивал шею, холодные капли пота поблескивали на лбу. Трудно дышать, сухой ком застрял в горле. Тело затекло от статичности. Гул в голове постепенно начал складываться во фразу: «…объявляю вас мужем и женой!» В глазах помутнело, и он упал в обморок.

– Купите цветы, мистер. Ни у кого не найдёте таких шикарных роз. – Торговка держала в руках корзинки с алыми бутонами. Их нежная зелень скрывала острые шипы, защищающие красоту. Том провёл рукой по багряным цветкам, обволакивая теплом каждый лепесток.

– Будьте добры, четыре штуки. Мэри безумно любит этот цвет. – Том протянул деньги и направился к воротам городского кладбища.

Он встал в шесть утра, как обычно. Приняв бодрящий душ, идеально выбрил лицо. Аромат свежезаваренного кофе окончательно выдернул его из цепких рук Морфея. Надев дорогой костюм и ботинки Bruno Magli, начищенные до блеска, поправил воротник твидового пальто и вышел. Кинув «доброе утро» консьержу, взял такси: «Тюрьма San Quentin». Приговорённый к смертной казни уже ждал его.

Потягиваясь, она ещё не решила, что съест на завтрак.

– Форель или сочная курочка? – размышляла Алиса, продолжая нежиться в лучах утреннего солнышка.

Ей было так хорошо, что она совсем не спешила.

Ах, этот запах паштета из печени… кого хочешь сведёт с ума.

– Ну, ладно, пойду поем. – Пушистая кошка спрыгнула с дивана и медленно пошла на кухню.

– А какая у тебя мечта? – спросила однажды Фея Пегаса, и тот ответил:

– Чтобы люди перестали искать друг в друге недостатки и враждовать, а начали находить больше общего для дружбы, как мы с тобой. Это же так здорово!

– Что-то совсем заоблачно. А более приземлённее?

– Дай подумать… Вот, точно. Чтобы розы в нашем саду цвели круглый год.

Он был прекрасен: светло-зелёные глаза, русые кудри, полные губы, тонкие черты лица, атлетично сложённый…

Катя, стоя у кассы, придумывала причину познакомиться и в мечтах уже родила от этого ангела пятерых детей.

– Ложите, – изрёк объект вожделений.

Девушка растерялась:

– Что?

– Ложите Ваш телефон, проверять будем. Если брак, то оформим возврат.

Так зародилась и умерла первая любовь Кати.

– Поговаривают, Ницше писал: «Что нас не убивает – делает сильнее».

– Но я так хочу!

– Терпение, Винченсо, терпение.

– Может, если незаметно – то можно?

– Нельзя!

– Может, сейчас можно?

– Держи себя. Ещё минутку. Вот теперь налетай.

Час ночи. Тишина. Во дворе не свистит даже сигнализация, зато в окно заглядывает полная луна. Две собаки потрошат мусорный пакет, пока хозяева спят.

Всегда судьба знакомит и не спрашивает – она свела нас, когда с тобой уже кто-то был. Я посвятил тебе колыбельную, а ты её похвалила, и этот «кто-то» почувствовал «что-то»… Ночью рылся в твоих вещах, нашёл мои стихи. Следующей пала наша переписка за четыре месяца, объёмом с «Войну и мир»! За чтением ты его и застала… Почерневшим.

Работа шла из рук вон плохо.

Гнали брак за браком.

В конце концов вызвали наладчика.

Пришёл недовольный тем, что его потревожили.

Долго пыхтел и пробурчал тихо себе под нос:

– Это всё ты виноват…

– Я? Да это у тебя руки не из того места растут.

– Что? Оттуда они у меня растут!

– Видишь, о том и говорено!