7777 лучших заговоров от лучших целителей России
Шрифт:
Любовные заговоры от Марии Баженовой
Этот заговор нужно читать в постели сразу после пробуждения.
Со постели мягкой к чистому озерку, с родительского благословения почерпну я воды в небесном колодце. Та вода дороже перстней золотых, милей палат белокаменных, кубков посеребряных. А водица та – красота. Я умою в ней бело лицо и буду казаться молодым молодцам, старым старикам, пожилым мужикам, дряхлым старушкам, молодым девицам, пожилым вдовицам краше солнца красного, месяца ясного, луча утреннего. Казалась бы моя красота всем и всякому во всякий раз, во всякую минуту и всякий день, пала бы она им на сердце и на глаза. Аминь.
Использовать его могут все женщины. Творится он только утром, лучше в ясную погоду.
Выйду раба Божья (имярек) в сени, потом в чистое поле и помолюсь Пресвятой Богородице, и погляжу на все четыре стороны, и помолюсь самому Господу: Господи, Господи, и мать Пресвятая Богородица. И попрошу: потяните, ветры буйные, и разнесите мою тоску-кручину с белого тела, с ретивого сердца и ясных очей. Нанесите мою тоску-кручину на раба Божьего (имярек), во ясные очи, черные брови и на белое лицо, на ретивое сердце. Чтобы на денную печаль и на дневную тоску, чтобы не мог ни есть, ни спать, и все думал бы о рабе Божьей, и чтобы все ходил и клыктал, как белый лебедь, и думал о рабе Божьей. Будьте, мои словеса, крепки и емки. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.
Этот заговор делается обязательно утром и только на улице (в крайнем случае можно выйти на балкон). Вам понадобится петро, желательно белое. Вы можете достать перышко из подушки. Если оно не белое, обмакните его в муку. Это перышко во время чтения заговора держите в руке, а с последними словами заговора пустите по ветру, дунув на него. После этого надо развернуться и идти в дом, не оглядываясь и ни с кем не разговаривая до самых дверей.
Пойду я в чистое поле, есть в чистом поле белый кречет. Попрошу я белого кречета: слетал бы он в чистое поле, в синее море, в крутые горы, в темные леса, в зыбучие болота, и попросил бы он окаянную силу, чтобы дала она ему помощи сходить ему в высокий терем и застать его хошь бы середка темной ночи сонного; и сел бы белый кречет на белую грудь, на ретивое сердце, на горячую печень, и вложил бы рабу Божью (имя рек) из своих окаянных уст, чтобы он не мог без рабы Божьей (имя) ни жить, ни быть, ни пить, ни есть.
Этот заговор творится только в бане. Лучше всего в четверг. Пойдите в баню, после паренья встаньте на тот веник, которым парились, и скажите:
Выйду из парной бани, стану своим белым бумажным телом на шелковый веник; дуну и плюну в четыре ветра буйных. По прошу из чиста поля четырех братьев, четыре птицы востроносы и долгоносы, окованы носы. Лети из чистого поля, белый кречет, вострый нож и востро копье; садись, белый кречет, рабу Божьему (имя) на белу грудь, на ретивое сердце. Режь же его белу грудь тем же вострым но жом, коли же его ретивое сердце тем во стрым копьем, вынимай из его ретива сердца, из черной печени и из всей крови горячей тоску и кручину. Полети, белый кречет, понеси, белый кречет, всю тоску и кручину, на воду не опусти, на землю не урони, на стуже не зазноби, на ветре не посуши, на солнце не повянь. Донеси всю тоску-кручину, всю сухоту, чахоту и вяноту великую до раба Божьего (имя), где-бы его завидеть, где-бы его заслышать, хошь бы в чистом поле, хошь бы при расставанье великом, хошь бы при путяхдорогах, хошь бы в парной бане, хошь бы в светлой светлице, хошь бы за столами дубовыми, хошь бы за скатертями перчатными, хошь бы за кушаньями сахарными, хошь при мягкой постели, при высоком изголовье, хошь при крепком сне. Садись, белый кречет, на раба Божьего (имя), на белу грудь, на ретиво сердце, режь его белы груди тем же вострым ножем, коли его ретиво сердце тем же вострым копьем, клади в его белу грудь, в ретиво сердце, в кровь кипучую всю тоску-кручину, всю сухоту, всю чахоту, всю вяноту великую, во всю силу его могучую, в хоть и плоть его, в семьдесят семь жил, в семь десят семь суставов, в становой его сустав, во всю буйную голову, в лицо его белое, в брови черные, в уста сахарные, во всю красоту мо лодецкую. Раб бы Божий (имя) чах бы чахотой, сох сухотой, вял вянотой, в день по солнцу, в ночь по месяцу, на полну и на ветху, в перекрой месяцу, во все межные дни, в утренней и вечерней заре, на всяк час и ми нуту. Как май месяц мается, так бы раб Божий (имя) за рабой Божьей ходил да маялся. Не мог бы ее ходить и переходить, ни каким словом обходить, век по веки. И раб Божий (имя) по рабе Божьей (имя) не мог бы ни жить, ни быть, ни пить, ни есть, ни на нову, ни на полну, ни на ветху, ни на перекрой месяца, во все межные дни. Как май месяц мается, так же бы раб Божий (имя) за рабой Божьей (имя) ходил и маялся, и не мог бы он ее никоим словом ходить и переходить, и не мог бы без нее ни пить, ни есть, ни жить, ни быть. Эти мои наговорные слова, которые договорены, которые переговорены, которые назади остались, берите мои слова во стрее вострого ножа, вострее копья, вострее сабли, ярей ключевой воды. И этим моим наговорным словам заключенный ключ и замок, ключ щуке, замок в зубы, щуку в мopе. Ныне и присно и во веки веков, аминь.
1. Для заговора потребуются:
• горсть пшена
• горсть земли;
• горсть песка;
• пригоршня хлебных крошек;
• немного сора с пола;
• немного печной золы (по возможности).
Ссыпьте все это в бумажный кулек или на газету, положите на пол (ни в коем случае нельзя класть на стол) и читайте слова заговора. Прочтя три раза, возьмите кулек и рассыпьте содержимое на улице, на открытом месте.
На море на Окияне, на острове на Буяне лежит тоска; бьется тоска, убивается тоска, с доски в воду, из воды в полымя, из полымя выбегал сатанина, кричит: «Па вушка Романея, беги поскорее, дуй рабу (имя) в губы, в зубы, в его кости и па кости, в его тело белое, в его сердце ретивое, в его печень черную, чтобы раб (имя) то сковал всякий час, всякую минуту, по полудням, по полуночам. Ел бы не заел, пил не запил, спал бы не заспал, а все бы то сковал, чтоб я ему была лучше чужой девки, лучше родного отца, лучше родной ма тери, лучше роду-племени. Замыкаю свой заговор семьюдесятью семью замками, семьюде сятью семью цепями, бросаю ключи в Окияне-море, под бел-горюч камень Алатырь. Кто мудреней меня взыщется, кто перетаскает песок из всего моря, тот отгонит тоску.
2. Пойдите в парк или двор, в котором старушки кормят голубей. С собой захватите пакет с пряниками или сладкими булочками. Крошите пряники птицам, с каждым пряником читайте заговор. Повторяйте эти действия до тех пор, пока в пакете не останется один пряник. Им надо угостить того, на кого творится заговор.
На море, на Окияне, на острове на Буяне стояло древо; на том дереве сидело семьдесят, как одна птица; эти птицы щипали ветви; эти ветви бросали на землю; эти ветви подбирали птицы и приносили к горе великой. Уж ты гора великая самоцветная! Кланяюсь я тебе и поклоняюсь, ослужи мне службу и сделай дружбу: зажги сердце (имя) по мне (имя), и зажги все печенья, и легкое, и все суставы по мне (имя), буди, мое слово, крепко, крепче трех булатов во веки.
3. Такой заговор поможет любимого присушить к вам накрепко. Делать его нужно утром в пятницу, взяв деревянную доску (можно кухонную разделочную) и острый нож с черной ручкой. Если ручка не черного цвета, надо обмотать ее черной изолентой. Когда начнете заговор читать, нужно стать лицом к окну, доску положить перед собой и царапать по ней ножом, так чтоб оставались следы.
А слова такие (повторить три раза):
Стану я, раба (такая-то), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы в двери, из двора в ворота, пойду, в чистое поле, в подвосточную сторону, в подвосточной стороне стоит изба, среди избы лежит доска, под доской тоска. Плачет тоска, рыдает тоска, белого света дожидается, белый свет красное солнышко дожидается, радуется, веселится. Так меня, рабу (имя), дожидался, радовался и ве селился, не мог бы без меня ни жить, ни быть, ни пить, ни есть, ни на утренней заре, ни на вечерней, как рыба без воды, как младенец без материна молока, без материна чрева не может жить, так бы раб (имя) без рабы (имя) не мог бы жить, ни быть, ни есть, ни на утренней заре, ни на вечерней, ни в обыдень, ни в полдень, ни при частых звездах, ни при буйных ветрах, ни в день при солнце, ни в ночь при месяце. Впивайся, тоска, въедайся, тоска, в грудь, в сердце, во весь живот рабу (имя), разрастись и раз родись по всем жилам, по всем костям ноетой и сухотой по рабе (имя).
После этого оберните доску любой тряпкой и уберите подальше. Пользоваться ею нельзя восемь дней. По истечении этого срока ею можно пользоваться, предварительно окатив крутым кипятком. То же самое касается ножа.
4. Заговор будет на ветер, стало быть, произносить его надо на улице, но не во дворе, а на широком открытом месте. Нет у вас возможности на улицу попасть, выйдете на балкон, но или хоть форточку отворите, но и дверь, чтоб сквозняк сделать. А ветер сам понесет слова ваши – так старики верили и нам заповедали.
Стану я, раба Божия (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из двора во ротами в чистое поле на три розстани, помолюся я, раба Божия (имярек), трем братьям, трем ветрам: первый брат, ветер восточный, второй ветер – запад, третий ветер – север. Внесите тоску и сухоту в раба Божьего (имярек), чтобы он обо мне, рабе Божией, сох и тосковал; не мог бы и дня дневать, ни часа часовать, отныне и довека и вовеки. Аминь, аминь, аминь.
5. Этот заговор говорится на еду или питье, которым после надо попотчевать заговоренного. Угощать не обязательно в этот же день. Когда говорить будете, надо форточку или окошко отворить.