Чтение онлайн

Голос Псиведьмы прозвучал неожиданно громко и раскатисто, отчего Колганов вздрогнул.

Они находились в огромной пещере идеально круглой формы. Свод был настолько высоким, что терялся из виду. Но поражало не это, а совсем другое: ровно в центре горел, потрескивая и колыхаясь, большой, с человеческий рост, костёр. Причем брал начало не от поленьев, которых вовсе не было, а парил в нескольких сантиметрах над каменным полом. Зрелище настолько завораживало, что на него, не отрывая взгляда, можно смотреть целую вечность.

Колганов и Псиведьма так и стояли, взявшись за руки и не проронив ни слова. Наконец, она повернулась к нему:

– Знаешь, я и раньше любила здесь бывать, а сейчас, после смерти Колы, почти не выхожу из храма. Стою, смотрю, и никак не могу согреться. Мне его не хватает.

Колганов крепко обнял всхлипывающую девушку.

– Он всегда был таким: неугомонным непоседой. Любил поступать по-своему, не прислушиваясь к мнению других. Это его и погубило.

Егор не знал, какие слова подходящие в такой момент.

– На всё воля Божья.

Псиведьма отстранилась, вытирая слёзы.

– Мы всегда хранили карту. Каждый из нас, если потерял в битве с Холодными много крови, мог сюда прийти и набраться сил от источника. С веками карта трансформировалась, меняла внешний вид. Пока не наступил черёд Колы стать хранителем. И мой брат, конечно, из лучших побуждений, решил поступить по-своему - опубликовать карту.

– Я понимаю Колу.
– Высказал свою точку зрения Колганов.
– Его решение не противоречит логике и здравому смыслу. Ведь вряд ли кому взбредёт в голову, что тайна может быть многотысячно растиражирована.

– Так то оно так.
– С этими словами Псиведьма...погрузила руку в пламя.
– Только что нас ждёт дальше?
– Она улыбнулась виду Колганова.
– Сделай то же самое. Не бойся!

Он боязливо прикоснулся указательным пальцем к огню, и вместо боли от ожога ощутил нежное приятное тепло. Заинтригованный, провел теперь уже ладонью сквозь языки пламени. Тело наполнялось негой и умиротворением, словно костёр перетекал внутрь.

– Сильно не увлекайся.
– Посерьёзнела Пси.
– Это как с зарядкой аккумулятора - можно и переборщить.

– А чего париться?
– Колганов одёрнул руку.
– У вас костёр, придающий силы. А у Холодных...

– У Холодных - тьма. И она сгущается над нами. У меня ощущение, что тьма проникла даже сюда.
– Псиведьма посмотрела по сторонам.
– Всё больше людей переходят на их сторону, превращаясь в полуистлевших трупов с золотыми кулонами на шее. Во имя неких идей занимаются разрушением. А на самом деле всё просто: либо ты - творец, либо - разрушитель. Язычник ли, христианин или иной веры - не важно. Человек как образ и подобие Творца - выше религий и вер. Холодные не хотят, чтобы люди это осознали, поэтому вбивают клинья раскола по религиозным признакам. Противопоставляют веры, языческое прошлое христианскому настоящему - а это всё от лукавого. Ведь только приняв прошлое, получишь в дар будущее. А пока...пока настоящие преступники не маргиналы с финкой в кармане, изображённые в фильмах, а почтенные джентльмены в дорогих галстуках и пиджаках, входящие в состав совета директоров корпораций...

Пламя колыхнулось и недовольно затрещало. Повеяло холодом и тревогой. Псиведьма опустила глаза и побледнела.

– О Боже...этого ещё не хватало!

Колганов проследил за её взглядом, но ничего не понял.

– Что случилось?

Вместо ответа девушка схватила его за руку и потащила назад.

Они попятились и успели сделать несколько шагов, когда продолжающий недоумевать молодой человек повторил вопрос.

– Смотри внимательнее!
– Голос Псиведьмы звенел от напряжения. Она указала рукой направление.

И через мгновение он, всмотревшись в пол, понял причину её страха: по гладкой каменной поверхности скользила длинная человеческая тень. А оторвав взгляд, журналист почувствовал, как его прошибает холодный пот...

Призрак!

... фигура, которая должна отбрасывать тень, отсутствует.

Из пустоты раздалось громкое шипение, и через секунду перед ними выползла огромная чёрная змея, отбрасывающая человеческую тень. Шелест чешуи задевал и без того натянутые нервы. Пламя костра плясало в жёлтых глазах с узким вертикальным зрачком. Пресмыкающееся подняло голову, выбирая жертву для первого броска.

Колганов инстинктивно прыгнул вперёд, вставая перед Псиведьмой и защищая девушку собой. На мгновение острая боль прошила тело, а в глазах потемнело. Разом навалившаяся тяжесть потянула вниз, захватывая не только тело, но и сознание. Он пытался сопротивляться, но чувствовал, как нить реальности ускользает из рук. Затем тьма неторопливо обступила и накрыла собой.

Угольное тело обвило клубком бездыханное тело журналиста. Псиведьма подскочила и изо всех сила пнула чёрную лоснящуюся голову.

– Тварь ты поганая! Он не твой!
– Девушка чувствовала, как умирает страх, а его место заполняет благородная ярость.
– Слышишь? Ему на роду написано жить!

Змея отвлеклась от мужчины и переключила внимание на нового раздражителя. Длинный раздваивающийся язык сканировал пространство, в то время как жёлтые глаза оценивающе изучали Псиведьму.

Девушка бесстрашно шагнула вперёд. Пресмыкающееся, не раздумывая, совершило второй стремительный бросок, и впилось ядовитыми клыками в протянутую руку. Превозмогая боль и упругое сопротивление гада, Псиведьма начала наматывать того на разом онемевшую руку.

Сознание помутнело, в ушах стоял неимоверный звон. Ещё немного, и она сдастся... Взгляд упал на лежащего в бессознательном состоянии дорогого сердцу человека, и это зрелище разом придало силы. Сцепив зубы и изнывая от тяжести пресмыкающегося, Псиведьма сделала первый неуверенный шаг.

Затем второй. И третий.

Дорога казалась неимоверно бесконечной. Кровь, стекая, оставляла причудливый витиеватый след.

След жизни. Или смерти.

Сил удерживать смертельную ношу не осталось. Ещё секунда, и она уползёт во тьму, оставляя их умирать. Все старания пойдут прахом. Пси хотела заплакать от обиды, но слёзы высохли. И доселе сторонящееся, невидимое небо пришло на помощь...