Чтение онлайн

Угроза была более чем серьезна - мясорубка на Апеннинах была из разряда «сунул палец - в фарш все тело». Начавшие решительное наступление советские и немецкие войска не захватили еще Италию только благодаря ее ландшафту и тому, что она еще задолго до начала войны Альянса с Союзом была превращена в один большой укрепрайон.

Солдаты ломанулись вперед, а Томас все никак не мог понять, что же здесь неправильно. Как бразильцы прошли передовые группы? Да еще и без боя? Плюс эта дурацкая стрельба, закончившаяся почти одномоментно… Что-то тут не так, но что?

Звуки далекого боя затихли.

«Походу, еще одному патрулю крышка», - рейнджер сжал переднюю рукоятку своего автомата и отбросил размышления, отправившись следом за морпехами.

Рико, замаскировавшись в загодя сделанном убежище, наблюдал за американцами и беззвучно молился за Саргаса.

А самому сержанту помощь небес сейчас бы очень даже пригодилась. С первым патрулем он расправился быстро - три солдата умерли быстрее, чем успели понять, что происходит. Это дало диверсанту транспорт и немного времени на подготовку.

Впрочем, от этого было ненамного легче. На «шумение» американцы отреагировали мгновенно и теперь последовательно загоняли бразильцы в угол. Но он так просто сдаваться не собирался, подтверждением чего было несколько трупов опрометчивых американцев.

Отходя все дальше от бывшего района оцепления, Саргас надеялся продержаться подольше, выигрывая время для своих друзей.

Любимая винтовка в руках и приличный запас патронов в висящих на поясе и в разгрузке магазинах пока не давали янки приблизиться на достаточное расстояние, но бой высасывал запасы словно пылесос, давая понять, что все кончится очень плохо.

«Справа девять, слева три», - на секунду выглянув из своего очередного укрытия, Саргас понял, что умрет здесь. Американцы вперед уже не шли, банально блокировав его в доме и дожидаясь подкреплений. Рев приближающегося танка сразу дал понять, чем именно все это закончится. Ничего противотанкового у диверсанта не было.

– Мрази, - сержант сплюнул на пол, - все равно вы отправитесь в ад. А я буду вас там поджидать.

Он сражался отчаянно, но пятнадцать минут спустя, отказавшись сдаваться ненавистным гринго, иссеченный осколками танкового фугаса бразилец лег на гранату, предварительно выдернув из нее чеку.

– Свобода или смерть!
– последние слова сержанта Саргаса, посмертно получившего впоследствии орден Свободы, учрежденный Альверде как высшую награду ЮАФ, никто не услышал.

Тело диверсанта, помимо всего прочего подорванное еще и гранатой, унесшей жизни двух неопытных американских солдат, было сожжено на месте разгневанными соратниками последних и так и не было никогда найдено.

Конкретное место последнего сражения спецназовца также осталось неизвестным. По странному совпадению, одна из площадей в отстроенном после войны Буэнос-Айресе, названная именем сержанта, находилась совсем недалеко.

– Явился, - полутвердительно-полувопросительно уставился на прапорщика Бондаря капитан Голенко.

– Так точно, товарищ капитан!
– немолодой мужик вытянулся в струнку.

– Отставить. Вот скажи мне, дорогой друг, чем это ты в деревне занимался?

– Налаживал отношения с дружественным китайским пролетариатом!
– несмотря на серьезный тон, в глазах Бондаря светился огонек хитринки.

Никита вздохнул.

«Небось опять чего-нибудь на рисовую водку выменивал. Хомяк недорезанный!» - еще раз вздохнув, танкист грустно посмотрел на темнеющее небо.

– Товарищ капитан, я ж в свободное время. Службе никакого урона, а только польза.

– Ладно, Александр Юрьевич, чего менял-то хоть? Не патроны, надеюсь?

– Как можно, - замотал головой прапорщик.
– Это ж подсудное дело. Только часы трофейные, да очки защитные. А то у меня поднакопилось.

– И как обмен?

– Удачно. Четырнадцать литров чистой водки плюс настоечка и чай. Мне уже насчет некоторых деталей с интендантом удалось сговориться, так что мы пер…

– Нет, нет, нет, - капитан решил даже не пытаться разбираться в хитросплетениях здешней экономики.
– Даже слышать про эти ваши завихрения не хочу. Но смотри мне, попадешься - шкуру спущу. Свободен.

Наблюдая за развернувшимся прапорщиком, бодро шагающим к центру расположения батальона, Голенко в очередной раз горестно вздохнул и потопал в штаб.

«Вот, млин, распоясались. Как Шульга с политработы ушел, так им теперь все можно. А этот новенький замполит совсем никуда не годится. Черт-те чем занимается», - задумавшийся танкист едва не врезался в свой собственный танк.

– Как дела, Рыся?
– нежно похлопав стального монстра по бронированному боку, Никита ловко залез на башню.
– Снаряды в тебя загрузили? А топлива налили?
– разговаривающий с железякой капитан мог показаться странным, но учитывая, что меньше недели назад эта самая штука спасла ему жизнь при встрече с целой батареей американских противотанковых самоходок (на лобовом листе насчитали потом восемнадцать отметин от не пробивших броню снарядов), а до того в боях на Пусанском плацдарме в Корее не сломалась ни разу и вообще вела себя донельзя идеально, то такое отношение офицера к танку казалось уже и не особенно странным. Танк-то ведь взаимностью отвечал.

– Никита!
– старый знакомый, Ринат Бусаев, махал рукой, подзывая к себе.

– Чего тебе?

– Лавриненко вторую сотню взял!

– В смысле?

– Да в прямом!! Он на своей «семерке» вчера еще три британских «Крестоносца» сжег, так что теперь у него за две войны двести одна уничтоженная машина! Только что по радио передали!
– Бусаев радовался так, словно это был его счет, а не знаменитого полковника.

– Да уж, «ИС-7» - это вам не абы чего. Мы с начала войны хоть один потеряли вообще?
– Голенко поневоле заинтересовался.

– Да кто ж его знает. В наших краях их и нет считай, - пожал плечами татарин.

– Ну почему же, - Никита нахмурился, вспоминая.
– С нами по соседству на плацдарме один полк дрался, отдельный.

– «Семерки» все в отдельных полках, - проворчал танкист.
– Но ты прав. У них вроде бы были потери… Небось от бомб или мин. Пушкой его не возьмешь. Его даже орудие «сорок пятого» не возьмет.

– Ну почему же, возьмет. Метров с восьмисот.

– Ага, счас, так он тебя и подпустит на эти восемьсот метров. У него ж не пушка, а, блин, какой-то супершмалевик! Я видал, как на полигоне эта хрень немчурскую «Пантеру», первую правда еще, с трех километров в лоб взяла. А потом по всяким плитам стреляла. Так что я не удивляюсь что «Першинги» от «Иса» разлетаются как куры от петуха. У них же против него шансов вообще нет. Небось их пукалка лоб «семерки» даже в упор не возьмет.