9-й день недели
Шрифт:
– Вставай уже. – Марченко дружески его толкнул. – Хватит валяться!
Глава 96
Ян Григорьевич припарковал мерседес и набрал номер Маржаны.
– Это лишнее. – Негромкий голос за спиной заставил вздрогнуть от неожиданности.
– Ты всё время была здесь? – Он убрал телефон.
– Почти, - подтвердила она.
– Значит, знаешь, что произошло? – Настороженно поинтересовался Ян Григорьевич. Он не привык к слежке за собой. Тем более напрягает тот факт, что от внимания дочери против её желания избавиться невозможно.
– Ты мне не доверяешь, папа? – Девушка зевнула и потянулась.
Ян Григорьевич нахмурился.
– Маржана, ты ответишь на мой вопрос?
– Отвечу: я в курсе того, что произошло. Не была там, не видела воочию. Просто знаю.
– Откуда?
– На тебе запах журналиста, запах его крови. – Маржана повела носом. – И в портфеле у тебя пистолет, из которого ты стрелял. Я слышала три выстрела.
– Я использовал глушитель. – Ян Григорьевич поёжился. – Неужели звук выстрела был настолько громким?
– Нет, он был едва различимым. – Успокоила его Маржана. – Просто ветер дул в мою сторону.
– Ну хорошо. – Мужчина выдохнул с облегчением. – А то я начал опасаться, что действовал недостаточно осторожно.
– Ты и действовал недостаточно осторожно, - заметила дочь.
Ян Григорьевич вскинул брови.
– Что ты хочешь этим сказать?
– То, что тебя видели. – Констатировала Маржана. – Случайным образом прогуливавшаяся неподалёку парочка.
Ян Григорьевич побледнел.
– И как я их не заметил? Их нужно немедленно найти!
– В этом нет необходимости. – Маржана удовлетворённо осматривала «маникюр». – Они оба погибли от укуса змеи.
– Ты… спасибо, - только и выдохнул Ян Григорьевич.
– Не за что, папа. – Маржана улыбнулась. За тёмными очками змеиных глаз не видно: просто эффектная брюнетка. – Всегда рада тебе помочь.
Мужчина попробовал ощутить подоплёку фразы, её возможный скрытый смысл: издёвку, угрозу или насмешку. Но нет. Ничего подобного не читается и не слышится.
– У меня к тебе просьба, дочь. – Наконец, решился он.
– Какая?
– Необходимо подложить пистолет одному человеку. Ты его знаешь… должна помнить.
– Как его зовут?
– Александр Дмитриевич Марченко. Полицейский.
Глава 97
– Слава богу! – Оксана повисла у Колганова на шее. – Ты пришёл! Я волновалась. Звонил какой-то непонятный тип…
Журналист, даже если и хотел бы злиться на помощницу, сделать этого был бы не в силах. Он крепко обнял девушку и хотел только одного: не выпускать её из объятий.
– Всё нормально. – Успокоил он. – Я здесь и всё хорошо.
– Егор, Ян Григорьевич тебя уже часа два ищет. – Она осторожно высвободилась. Глаза блестят от слёз. – А я боюсь ему сказать…
– Сейчас его найду. – Он нежно смахнул её слёзы. – Кстати, где он?
– Не знаю! – Она шмыгнула носом. – В штабе, наверное. Сказал, что я ему нужна в редакции.
– Оксана… - Договорить он не смог потому, что она снова обвила его шею руками.
– Я… Я… - Она запиналась от слёз и эмоций. – Я просто рада тебя видеть. Вот и всё!
– Успокойся. – Повторил он, внутренне удивлённый собственным метаморфозам: ведь ещё два часа назад он её ненавидел, а сейчас… - Я уже здесь.
Она отстранилась и отвернулась.
– Извини, - спешно вытерла слёзы.
Он не знал, что ещё можно сказать в этой ситуации.
– Всё нормально.
– Я… - Она посмотрела на него виновато. – Я не про это.
– А про что?
– Я залезла в твой телефон, - призналась она.
– Знаю. – Он не стал утаивать собственную осведомлённость. – Ты внесла Марченко в чёрный список.
– Прости. – Она опустила взгляд. – Ян Григорьевич сказал, что сегодня и завтра общение с этим человеком нежелательно.
Его сердце сжалось от обиды.
– И ты просто пошла и сделала это?
– Мне стыдно… - Она закрыла лицо руками. – Правда.
Колганов прекрасно понимал, что сейчас самое лучшее – этот разговор отложить. Пусть уляжется обида, устаканятся эмоции и так далее. Так будет лучше.
– Давай поговорим потом, - предложил он.
– Я могу уйти, - её голос прозвучал неестественно глухо.
– Не надо этих жертв. – Он покачал головой. – Я сам уйду.
Она постаралась взять себя в руки.
– Ты про Яна Григорьевича… или наши отношения?
Он посмотрел на неё серьёзно.
– Во всяком случае, с ним мои пути разошлись.
– Это из-за меня? – Предположила она. – Из-за того, что я за твоей спиной…
– Нет. – Обрубил он. – Как оказалось, у нас на многое диаметрально противоположные взгляды, поэтому разрыв – лишь вопрос времени. Так что ты тут не причём.
– То есть ты готов оставить «9-й день»? – Спросила она, хотя ответ прекрасно читается в его глазах.
Он беспомощно развёл руками.
– Придётся.
– Не хочешь начать что-то новое? – Предложила она. – Например, «Десятый день недели»?
– Не знаю. – На самом деле подобные мысли его посещали, но всерьёз пока не задумывался. – Почему ты интересуешься?
– Я тоже хочу уйти. – Призналась она. – У меня есть деньги. Хватит обоим. Уедем отсюда подальше. А потом, если не передумаешь, продолжим в бизнесе. Ты же сам видишь: я быстро учусь.
Колганов понимал, что сейчас с ней можно делать всё, что угодно.
– Ты это сейчас из чувства вины?
Она покраснела сильнее.
– Нет, Егор…
Впрочем, мучать её и издеваться – последнее, что он хочет.
– Оксана, пожалуйста, давай этот разговор прекратим. – Взмолился он. – Я понятия не имею, останусь ли в журналистике. Может, вагоны пойду разгружать или устроюсь пионервожатым. Во всяком случае, быть собственником издания на птичьих правах точно не хочу. А ты сейчас предлагаешь именно это.
– Ты прав. – Она сникла. – Мной движет чувство вины. Я запуталась.