Чтение онлайн

Он ищет отравителя, не зная усталости, борется с чернотой, но тщетно. Господь видит, что это нечто темное и злое губит его Сад, и не находит ничего лучше, как обратиться к правителю нового, темного мира.

– Как скажешь, отец, – кривится Люцифер, склоняя в почтительном поклоне голову. – Но есть одно условие…

***

Люди изгнаны коротать свое жалкое время на Землю. Там бушуют бури, сверкают молнии, потоп сменяет засуху и наоборот. Гниль давно победил великий Люцифер, а на столе у Отца красуется мое перо, которое я всегда носил с собой, как память о былых днях. Мое перо – улика, которую заботливо преподнес мой брат, спуская на меня всех шавок.

Меня ненавидят ангелы, и презирают демоны, ведь по их мнению, я действовал за спиной правителя. Я помню суд, помню, как Люцифер в старинной мантии сидит за высоким столом, и слышу его приговор.

– Ты не будешь убит, Никаэль, ты не будешь изгнан, но каждому поступку должна быть своя цена, – брат практически готов пустить свою гнилую слезу, выражая глубокое раскаяние и печаль. Но меня не обманешь, теперь нет, суд шел несколько сотен лет, пока я «отдыхал» в затхлой камере, и глаза мои прояснились. – И твоя цена – тысяча людских душ.

Мои губы дрожат в ухмылке.

– Знал бы Отец, что ты требуешь, стер бы тебя в порошок, – рычу в мыслях, но даже не думаю отпираться. – Подумаешь, людей уже больше десяти тысяч, отобрать у десятой части души не проблема.

Но мой гениальный план разбивается о следующую фразу Люцифера.

– Только чистых, брат, с гнильцой у нас и так полно, – с этими словами он встает и подходит ко мне. Я чувствую его запах, наверно, именно так пахнет несгибаемая уверенность в каждом своем слове.

Его резкое движение, и смуглая рука торчит из моего живота, но боли я не ощущаю. Ощущаю лишь слабость, чувствую, как формируются неизвестные мне руны на моей коже.

– А вот и твоя копилка, – и вновь эта ухмылка, которую я готов стереть в порошок. – Наберешь тысячу, и твои силы к тебе вернуться, а пока иди, не теряй и секунды.

Люцифер уходит, а я еле стою на ногах, приходится опереться о деревянный стол. Вижу, как дрожат при этом мои руки, как стекает капелька пота по такой же бронзовой коже, как и у брата.

Я наконец-то прозрел, увидел как хитер был мой брат, продумывая свой план от начала до конца, он убил двух, нет, даже трех зайцев одним выстрелом. Люди низвергнуты, Отец смотрит на него, как на героя, а единственный, кто мог посоперничать с ним силами, устранен, тихо, быстро, без шума.

Теперь у меня новая цель, цель – собрать все эти души и отомстить Люциферу, ведь Никаэль не терпит предательства.

Что же такого ценного в людских душах, маленькой искорке света, которая рождается совместно с ребенком и не покидает его до самой смерти. Ну, разумеется, если к ее жатве, да-да, именно так называется сбор душ, не прикладывает руку кто-то другой.

Обычно подобными махинациями занимаются низшие демоны, бесы или падальщики, которым Люцифер перекрыл доступ к силам Ада. Спасибо, брат, что хотя бы часть моих способностей оставил при мне. Я премного тебе благодарен.

Подобная борьба началась в тот же миг, как люди были пинком выкинуты из Рая. Свет отбирал себе только нетронутые серьезной тьмой души. Если ты украл горсть зерна у соседки, можешь не переживать, после кончины твоя недалекая сущность все равно не будет плавиться в горящей лаве Тартара. То же касается мелких лгунов и обманщиков, чревоугодие и сквернословие пускай и грехи, но за них с тобой всего лишь проведут воспитательную беседу.

Другое дело, если речь заходит об убийцах, насильниках, ворах, которые лишают своего ближнего последней крошки и закрывают глаза на чужой голод. Их черные, потяжелевшие от содеянного, души неминуемо попадают в чертоги моего брата, чтобы своей чернотой подпитывать силы каждого демона.

Но, естественно, как же без этого, темных не устраивает такой расклад вещей. Чувство ущемленности и своего рода расизма засело в их гнилых мыслях, заставляя придумывать что-то новое и поистине злое.

Обмен душами, да-да, вам не послышалось, старый добрый бартер в праздничной упаковке. Мы вам конфетку, вы нам искру, как бессмертные окрестили душу, все легко и просто. И, можете себе представить, находится немало удальцов, которые с радостью отдают непонятное нечто на букву "и" доброму дяденьке в забавной шляпе, который на кон ставит верность жены, к примеру.

Да что уж там, мы, демоны, не боимся замарать руки в грязи, чтобы получить светлую душу, которая намного сильнее сотни темных. Мы идем на грязные методы, прибегаем к шантажу, а люди ведь никогда не задумывались об истинном назначении маленькой искорки в их груди. Ну, нет, конечно задумывались, но уже намного позже того времени, о котором я сейчас рассказываю.

Так, о чем это я? Ах, да, истинная ценность души. Да это же маленькое человеческое солнце, ядерный реактор в замкнутой оболочке, ее силе могут завидовать даже самые сильные и древние демоны, такие как я и Люцифер. Ведь душа бессмертна, а мы демоны, да и ангелы тоже, пусть и живем долго, но век наш конечен. И после смерти, в отличие от людей, мы не попадаем ни в Рай, ни в Ад, мы просто исчезаем, пух, и все. Наверно поэтому как светлые, так и темные собирают души, мы просто стараемся разгадать их секрет, которым наш Отец не соизволил поделиться со своими первенцами. Да и лишняя подзарядка от сотни маленьких звезд нам тоже не помешает, чего уж обманывать.

А каково человеку живется без души, спросите вы? Они страдают? Мучаются? Чувствуют потерю бессмертия? Или вовсе умирают? А добрый демон Никаэль вам и на это даст ответ. Нет, людишки, к сожалению, не умирают, а во всю продолжают коротать свое жалкое существованию. Заключают браки, ходят в церковь и заводят детей. Но жизнь неумолимо теряет для них какой-то смысл, все становится чертовски серым, обыденные вещи становятся еще более обыденными, скука одолевает, радости становится все меньше, а депрессии больше. Буду честным, без души смертным ох как нелегко, можно даже сказать, что хреново, многие пустышки нередко прибегает к суициду, думая, что после смерти обретут хоть какой-то смысл. Но на деле они просто становятся бесконечной розеткой для подзарядки темного царства.

***

Ад, грязная забегаловка на самой окраине, 500 лет после

изгнания людей, 50 собранных душ.

Ее изгибы прекрасны, местами чешуйчатая кожа царапает мои пальцы, а ее хвост. Господь, мой папаша, ее хвост просто невыносимо заводит. Ласкает меня, пока я прижимаю чертовку, в прямом смысле этого слова, к стене, скрепляю запястья над головой и припадаю к округлой груди.

Жадные женские стоны разносятся эхом по затхлой комнатушке, лаская мой слух. Я знаю, что хорош, но люблю в этом убеждаться каждый раз, когда захожу в гости к Адель.

И вот я оставляю фиолетовые засосы на ее красноватой коже. Вхожу до основания, вбивая ее спиной в подгнивающую древесину стены, слышу ее хриплые стоны, чувствую, как ее заостренный хвост вновь и вновь обвивает мою шею, слегка сжимая до тяжелого дыхания.

Ох, как я люблю такие грязные игрушки, с радостью принимаю правила суккуба. Меня не останавливают глубокие царапины на моей спине и невозможность сделать глубокого вдоха. А она уже не стонет, кричит, выгибается ко мне на встречу, заставляя меня прикусывать шершавую кожу.