Чтение онлайн

Западная часть лесов была не в таком уж плачевном состоянии, хотя тропы были запущены. Наличествовали также, непроходимые чащи. Но все же, лес был пригож.

Кикимора стояла на широкой поляне, уже ожидая нас. Спрыгнув на землю, я пошла к управительнице западной части моего леса.

– Здравствуйте бабушка!
– поклонилась я.
– Дела ваши как идут?

Кикимора вздрогнула, и поклонилась.

– Совсем Лихо распоясалось. Вчерась, сына сельского старосты в лес заманило. Я поспела вовремя. Не сгинуло дите. Да только люди лютуют на меня. Не ведают о Лихе. Грозятся лес поджечь.
– выдохнула кикимора.
– Выручай хозяюшка.

Я вздохнула. Нужно теперь и с деревенскими переговорить. Успокоить людей, а то чего доброго и правда подожгут.

Я махнула своим помощникам, и мы двинулись к кромке леса. Первым делом, нужно охранные деревья посадить. За ними тропы заговорить. Что бы люд крестьянский не плутал по лесу, а всегда дорогу находил.

На окраине леса, я увидела поломанные могучие деревья. Сухие совсем, какие выдернуты с корнем, какие просто сломаны под корень.

– Афоний, где охранные деревья положено сажать?
– спросила я.

– Так Велимирушка, на месте сломанного и нужно.
– виновато пожал плечами младший дух.

Я походила взад-вперёд размышляя.

– Вот что Данко, вы здесь с Афонием разберитесь с деревьями. А я Лихо пойду искать. Как вернусь, так охранные деревья и посадим.

Данко сложил руки на груди, и сощурил синие как небо глаза.

– Вот что Велимира, коль меня взяла в помощники, так и не отбрасывай от ратного дела. А деревья медведь уберет. Афоний поруководит.
– сказал он.
– Вдвоём пришли, вдвоем и пойдём.

Я фыркнула. Мне много чего сказать хотелось. Да только дело серьёзное. Лихо баловать не станет, ведьма не ведьма, ему без разницы кого пожрать.

– Что же бабушка, показывай где Лихо сидит. Будем пытаться побороть.

Выдвинувшись в путь по тропе, в самую чащу леса, мы шли бок о бок, и вроде бы складно все получалось. Да только тревожно мне было. Я Данко за руку ухватила, и к себе дернула.

– Смотри в оба, тревожно мне что-то.
– прошептала я.

Чащоба всё густела и густела. Лес становился хмурым и неприветливым, птицы не пели, только ветер шелестел. Нашептывая мне свою тревожную песню.

Мы шли по запущенной дорожке, а потом и вовсе сошли с тропы. Сумрачный лес, был молчаливым и пугающим. Так вышло, что мы с Данко шли первыми. Кикимора молчала, и семенила следом.

Широкая полу-темная поляна, была похоже обиталищем Лихо. Здесь пахло отчаяньем и безысходностью. Огромный валун перед нами, был поросший мхом, похожий на высокое лежбище.

– А где же ваше Лихо, бабушка.
– Спросил обернувшись Данко. Но ответа не последовало. Я краем глаза увидела, что он так и застыл на месте. Я слегка повернула голову, и чуть не обомлела от увиденого. Над Данко нависла вовсе не кикимора, а тонкое существо. Высокое, худое Лихо, было похоже на жилистого простоволосого мужчину. Седого, но не старого. Длинные костлявые руки были сильными и цепкими. На узком лице с тонкими чертами был всего один глаз, по среди лба. Лихо был коварным и хитрым. Он знал страхи и сомнения каждого, мог разгадать чего ты боишься больше всего. Стоит прямо посмотреть на него и он одурманит твой разум. Страдания. Это то что приносит Лихо людям. Своим шепотом оно внушает человеку, что все его страхи и сомнения реальны, и поглощает жизненую силу. Лихо умеет перевоплощатся в своих жертв. И похоже кикимору Лихо смогло одолеть.

Зная о том, что смотреть прямо на Лихо нельзя, я из кармана передника, достала зеркало и стала в него смотреть. Казалось Данко осунулся весь, и его лицо выражало вселенскую печаль и обреченность. А Лихо ловко шептало ему в ухо, всякие ужасы и унылые вещи. Единственный глаз смотрел на моего лешего, а руки крепко прижимали плечи. Я рванула вперед. Мне нужно было отвлечь Лихо, и развеять его внушения. Данко должен отсечь голову. Это ослабит Лихо, и я смогу связать его наговором.

Я побежала за валун. Там на вытянутых руках, висела старуха-кикимора. Увидев меня, она задергалась, и засипела.

– Ведьма, там мальчик... С ним сила Лихо связана...на нём амулет с проклятой водой.... Старосты сын... сорви амулет... разбей...

Я рванула к скоплению камней. Это было чем-то похоже на каменное убежище. Темное и сырое. Довольно маленькое для взрослого. Здесь в полумраке сидел худенький мальчик, лет двенадцати и смотрел перед собой, никого не видя, и не слыша. Я потрясла его, но бесполезно. Он был не в себе. Все чувства и радости были заперты в амулете. Рванула ворот его рубахи. На худенькой шее он и болтался. Простой пузырёк с мутной водой, на тонком шнурке. Если я разобью его, смогу ослабить Лихо. И как только моя рука потянулась за амулетом, что-то рвануло меня за ноги.

Проехавшись лицом по земле, я была прижата к оной, кем-то тяжелым. Хриплый смех в ухо, и я знала кто это был, это Лихо.

– Проворная ведьма.
– зашептал Лихо.
– Что ж ты не поздоровалась, с хозяином леса?

– А здесь хозяин только один. И это я.
– выдохнула сквозь зубы. Крепко держал зараза, не двинуться.

– Это покудова ты жива. А как съем я тебя, весь лес себе заберу.
– шептал Лихо.
– Да и не одинаково тебе, кто пожрёт. Если не я, так те кто за тобой идёт. Слабая ведьма, лесу не хозяйка.
– с каждым его словом я словно слабела, и впадала в уныние, казалось, что все кончено и ничего нельзя сделать.
– Лучше я съем, чем за упыря замуж пойдешь, правда ведьма?

У меня в голове что-то щелкнуло. Сожрать? Замуж? А баба яга против! Я начала приходить в себя. Лихо почувствовав торжество, ослабил хватку. Это и дало мне шанс вырваться. Я рванула к ребенку, и сорвала шнурок. Прежде чем Лихо потянул меня обратно, гадко смеясь. Я же лежа развернулась. Двинула длинному мужику по коленке, и подскочила на ноги. Лихо завыл и согнулся. Двинув коленом в область живота, и хрястнув его локтем по седой, патлатой голове. Я свалила Лихо с ног. Не зря я, в свое время, курсы самообороны посещала.

Рванув за валун, добежала до Данко, и с размаху влепила поникшему парню оплеуху. Не слишком нежно, но действенно.

– Данко, соберись!
– заорала.

Лихо уже ковылял следом. Я нашла плоский камень, раздавила флакон башмаком. Хрустнула склянка и брызнула жижа. Лихо завыло согнувшись снова, и Данко подскочив, рассек воздух, топором отделил от тела голову Лиха. Та покатилась по траве мне под ноги.

Я подобрала её, и сунула в вымоченный в травах заговорённый холщовый мешок. Завязав тесемки, я вздохнула, пол дела было сделано.