Чтение онлайн

– - Да, -- сказал Невилл.

Перси педантично скрипел пером, занося в протокол все реплики. Надо будет потом вытребовать копию для Риты, ей понравится...

Члены Визенгамота вовсю перешептывались и ерзали; успокоились, только когда Фадж снова заговорил.

— Так, — сказал он, шурша пергаментами. — Хорошо. Итак, обвинение. Да.

Он извлек из лежащей перед ним стопки нужный лист, набрал побольше воздуха и стал читать:

— «Подсудимым вменяется в вину нижеследующее: то, что они сознательно, намеренно и с полным пониманием незаконности своих действий восьмого августа нынешнего года в девять часов двадцать три минуты вечера произнесли заклинание Патронуса в населенном маглами районе, что нарушает статью «С» Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних от тысяча восемьсот семьдесят пятого года и раздел тринадцатый Статута о секретности, принятого Международной конфедерацией магов». Вы -- Гарриэт Джейн Снейп?
– - уставился он на меня, будто впервые видел.

– - Да, -- подтвердила я.

– - А вы -- Невилл Арктурус Лонгботтом?

– - Да, -- отвечал Невилл.

– - Вы согласны с обвинением?

– - Да, -- хором ответили мы. Фадж даже рот разинул от неожиданности. Наверное, не ждал, что мы так легко согласимся. Но я не собиралась его радовать:

– - В статье седьмой Указа говорится, что в исключительных обстоятельствах применение волшебства допускается. Под понятие исключительных обстоятельств подпадают, в частности, ситуации, когда имеется прямая угроза либо жизни применяющего волшебство лица, либо жизни других присутствующих волшебников, волшебниц или маглов...

— Мы знакомы с седьмой статьей, спасибо! — крикнул Фадж.

— Конечно знакомы, — учтиво сказала я.
– - Тогда вы согласитесь, что зашита принападении дементоров вполне под нее подходит.

– - Дементоры? Наглая ложь! Детская выдумка, попытка оправдаться!
– - хлопнул ладонью по столу Фадж. Я поразилась тому, с каким энтузизмом он меня топил: похоже, Люциус совсем перестал его контролировать.

– - Согласно Хартии о правах суд может рассматривать воспоминания в Омуте Памяти как свидетельские показания.

– - Воспоминания?
– - пискнул Фадж.
– - У нас нет времени рассматривать какие-то воспоминания!

– - Следует ли рассматривать это как отказ о рассмотре улик, непосредственно относящихся к делу?
– - вкрадчиво осведомилась я. Члены Визенгамота заперешептывались, одобрительно поглядывая на меня.

Амбридж хотела было что-то сказать, но Амалия Боунс ее опередила.

– - Суд рассмотрит ваши доказательства, если они будут предоставлены лично вами и прямо сейчас. Принесите Омут Памяти!

Перси поспешно вскочил со своего места и скрылся. Я припомнила, что писал Рон -- его старший брат больше не общался с семьей, предпочтя карьеру.

Он обернулся минут за пятнадцать, притаскал большую золотую чашу и установил на треногу. Первым воспоминание слил Невилл. Члены Визенгамота подходили к Омуту группами по пять человек и рассматривали его буквально минуту. Просмотревшие сразу начинали перешептываться и осуждающе коситься на Фаджа и Амбридж. Когда воспоминание просмотрела Амалия Боунс, то вытщила из глаза свой монокль и уставилась на нас:

– - Поразительно! Телесный патронус в пятнадцать лет!

– - Дело не в том, насколько впечатляющим было это волшебство, — брюзгливо проговорил Фадж. — И если разобраться, то чем более впечатляющим оно было, тем хуже — ведь школьники сделали это на глазах у магглов!

Он просмотрел воспоминание одним из первых, и теперь явно старался придумать, как бы меня потопить. Когда все просмотрели невиллово воспоминание, я слила им свое.

– - Если бы хоть один дементор оказался в Манчестере, я думаю, министерство знало бы об этом!
– - заявил Фадж, когда все уселись на свои места. Я с радостью ухватилась за предоставленную возможность:

– - Тогда, я думаю, мне стоит подать жалобу соответствующим службам и просить инициировать расследование того вопиющего факта, что, вопреки заверениям министерства, семь или восемь дементоров оказались в населенном магглами районе и напали на нас.

– - Дементоры находятся в Азкабане, юная мисс, и делают то, что от них требуется. Они под полным министерским контролем!
– - звонко и сердито провозгласила Амбридж. Фадж только кивнул согласно.

– - Тогда, я думаю, стоит спросить, кто в министерстве имеет достаточно полномочий для того, чтобы натравить дементоров на двух школьников, -- вкрадчиво предложила я.

– - Мне на одну секундочку, -- с фальшивой улыбкой пропела Амбридж.
– - Совсем малюченькую секундочку почудилось, будто вы, юная мисс, осмелились предположить, что кто-то в министерстве решил натравить на вас дементоров?

Я прищурилась:

– - Воспоминания нельзя подделать -- это факт. Восьмого августа в Спиннерс-энд оказались семеро дементоров -- это тоже факт. И если вы по-прежнему утверждаете, что дементоры подчиняются исключительно приказам министерства, вполне логично будет заключить: именно министерство приказало им напасть на нас.

– - Это возмутительно!
– - воскликнула Амбридж.

– - Возмутительно?
– - переспросила я.
– - Что именно? Защищать себя от смерти вопреки Статуту? Или делать логические выводы, не устраивающие вас, мисс... миссис? Амбридж. Вы выдвинули обвинение -- мы предоставили доказательства в качестве защиты.

– - Вы смеете обвинять министерство!

Я мягко заметила:

– - Я никого не обвиняю, а всего лишь прошу инициировать служебное расследование. А также мне хотелось бы поинтересоваться, на каком основании министерство приняло решение об уничтожении наших палочек до слушания, и о нашем исключении из Хогвартса, хотя такие вопросы решает исключительно совет попечителей? Действия министерства были незаконны -- и, на наше счастье, отыскался человек, сумевший напомнить ему об этом.

Фадж закашлялся:

– - Законы можно изменить!
– - ляпнул он. Я подняла бровь в стиле папы:

– - Вот как, господин министр? Складывается впечатление, что вы уже их изменили -- поскольку Хартия не предусматривает рассмотрения дела о колдовстве несовершеннолетних полным составом Визенгамота.

Пока Фадж в пылу спора не наговорил лишнего, Боунс прогудела:

– - На голосование выносится вопрос о виновности мисс Снейп и мистера Лонгботтома. Кто считает их виновными, поднимите руки!

"За" проголосовали двенадцать из пятидесяти, включая Фаджа и Амбридж, и я постаралась их запомнить.

– - Кто против?
– - подняла руку Амалия. Вслед за ней подняли руки все остальные волшебники.

– - Оправданы по всем пунктам, -- резюмировала Боунс.

Я подошла к Перси и потребовала копию протокола.

– - А тебе зачем?
– - зыркнул он.

– - На память.

– - Не положено!
– - рявкнул Фадж.

– - Вообще-то, согласно положению номер восемь Хартии, подпункт три дробь один...
– - начала я, и Фадж, побагровев, махнул рукой: