Чтение онлайн

Ход моих мыслей прервал уже знакомый женский голос: «Дурак!» и последовавший за этим мужской смех.

Я повернулся на звук приближающихся шагов. Через несколько секунд из коридора в противоположном конце холла быстрым шагом вышла вахтерша. Лицо ее было слега порозовевшим, а выражение смущенным и злым. Когда женщина зашла за столешницу и села на свое рабочее место, в помещение из того же коридора вбежал мужчина. Увидев, как я уже догадался, Наташу, он остановился и затем продолжил свой путь уже неспешным шагом. Мужчина был невысокого роста, с короткой, слегка задетой сединой стрижкой, добрым и озорным взглядом. «Весельчак» – сразу прозвал я его про себя.

Я стоял и наблюдал за происходящим.

– Ну, Наташ, – обратился Весельчак к вахтерше, разводя при этом руками. – Ты же ничего не поняла! Не досмотрела.

– Да пошел ты, Витёк! – произнесла в ответ женщина и с недовольным лицом повернулась в сторону, скрестив руки на груди.

Я два раза кашлянул, пытаясь обратить на себя внимание. Парочка никак не отреагировала на это. Тогда я громко сказал: «Здравствуйте!». Опять не последовало никакой реакции. Ну понятно, зови – не зови, все равно не увидят и не услышат. Мужчина, как ни в чем не бывало обращаясь к женщине, продолжил разговор.

– Подожди, выслушай, прежде чем посылать! – возразил Весельчак и начал что-то объяснять вахтерше.

Я стоял и уже не слушал их, погрузившись в свои мысли. Да, жизнь бурлит вокруг, люди радуются, смеются, грустят, влюбляются, живут полной жизнью, боятся, удивляются, верят, мечтают, злятся. И все это испытывают совместно, в общении передавая эмоции, делясь ими друг с другом. А я вдруг, непонятным для меня образом, оказался выброшенным из этого живого социума.

Из задумчивости меня выдернул смех мужчины и женщины. Я сфокусировал взгляд на уже веселой смеющейся парочке.

– Ну что, предлагаю вместе посидеть сегодня в одном интересном месте! – произнес Витёк. – Чтобы загладить возникшее недоразумение. Там, кстати, очень хорошо готовят различные блюда из утки.

– Ну если только ради утки! Давно не ела что-нибудь из нее, – улыбнувшись, ответила женщина.

«Блин, жрать хочется, а они тут про каких-то вкусных уток говорят», – подумал я в свою очередь.

Мужчина попросил вахтершу продиктовать свой номер телефона. Женщина начала говорить: «8 912 344…» Я быстро достал мобильник и записал ее номер.

– Ну пойдем уже, посмотришь до конца, что я тебе хотел показать, – позвал Наташу Витёк. Женщина, улыбаясь и уже не раздумывая, встала и они, вместе продолжая разговор, неспешно вышли из холла.

Я, в свою очередь, быстро приблизился к стойке с бесплатными газетами с рекламой и взял одну из стопки. Затем свернул из газеты кулек, подошел к так вкусно пахнущим посикунчикам и положил несколько штук в пакет.

Выйдя в тамбур, я достал телефон и открыл приложение своего банка. Выбрав в приложении зарплатную карту, продиктовал номер вахтерши. Убедившись, что номер именно тот, назвал сумму, которая, как мне показалась, станет вполне достойной компенсацией за потерю части пирожков. Дальше произнес в телефон: «Добавить в комментарии. Не сердитесь за посикунчики. Очень есть хотелось. Спасибо!» Закончил процедуру я нажатием галочки подтверждения выбранной операции, произнеся следом: «Перевести».

Убрав телефон в карман, я достал один пирожочек и за два укуса уничтожил его. Посикунчики, как оказалось, были еще теплыми, и сок из них так и норовил вылиться мимо рта. Прислонившись к стене и прикрыв глаза, я с удовольствием разжевал и проглотил второй пирожок. На удивление, вкус посикунчиков оказался еще насыщеннее, чем я предполагал. А может, это я был просто сильно голодный, и поэтому выпечка казалась мне такой вкусной?

Съев третий пирожок, я непроизвольно произнес:

– Мммм. Беллиссимо!

По дороге к парковке я доел содержимое самодельного пакета. Прохожих вокруг не было, поэтому я не переживал, что кто-нибудь увидит неспешно летящий и покачивающийся местами невидимый пакет с посикунчиками. Уже подходя к своему автомобилю, я скомкал газету-кулек и выбросил в рядом стоящую урну. Сев в машину, я завел ее и достал из кармана куртки бутылку с водой. Открыв бутылку и сделав несколько глотков, я убрал ее обратно. Приспустив немного спинку кресла, сытый и довольный, что поел, но недовольный тем, в какую непонятную ситуацию попал, прикрыв глаза, я стал обдумывать дальнейший план своих действий.

В сложившейся ситуации мне необходимо было решить, куда податься. Стоило определиться с временным местом пребывания, чтобы в течение какого-то периода я смог как следует обдумать все. Мне нужно было попытаться понять, что произошло и что необходимо делать дальше. Нужно было разузнать больше подробностей происходящего и решить, как все вернуть обратно. Я уже понимал и чувствовал, что это не розыгрыш, что все творящееся со мной это реальность.

Куда податься прямо сейчас – было для меня вопросом первостепенной важности. Не буду же я сидеть здесь, в автомобиле, все это время. А если для того, чтобы разузнать о происходящем и все понять, понадобится несколько дней? А если несколько недель? Ведь тогда все это время будет необходимо периодически заправлять автомобиль, чтобы зимой прогревать салон. Необходимо будет самому чем-то питаться, чтобы не склеить ласты. Да и неудобно как-то торчать длительное время в салоне легкового автомобиля без человеческих условий и удобств, присущих жилью.

Я посмотрел на стрелку на приборной панели, показывающую уровень топлива в баке.

– Не густо, – негромко произнес я. Указатель показывал четверть бака.

Прикинув еще раз варианты моего временного жилья, я выбрал тот, о котором уже думал с утра. Этим местом был небольшой добротный бревенчатый дом размером шесть на шесть. Располагалось выбранное мной жилье на загородном участке моего отца, в дачном кооперативе «Ветерок».

Кооператив находился в тридцати километрах от города. На участке, помимо дома с кирпичной печкой, имелась небольшая банька. Соседи с примыкающих участков зимой, как и мой батя, там не жили и туда не приезжали. Сразу за дачным кооперативом находилась деревенька, дорогу к которой муниципалы чистили от снега, так что проехать туда зимой было можно.

– Ну что же, наверное, это будет для меня наилучшим вариантом. Пока на дорогах не настал час пик, надо ехать, – решил я. – Но только вот по какой дороге?

Из города до участка на автомобиле можно было добраться двумя способами. Первым был маршрут, проходивший через город, а вторым – маршрут с небольшим отрезком через окраину города и оставшимся отрезком по объездной загородной трассе. Хоть второй маршрут и был почти в два раза длиннее, я, недолго думая, решил выбрать его. Не хотелось застрять в пробке где-то в центре, пытаясь увернуться от окружающих машин, которые тебя не видят.

Посмотрев на часы на приборной панели автомобиля, я увидел, что они показывают 15:18. Шансов успеть выехать из города без пробок было достаточно.

Выйдя из машины, я откатил в сторону установленную ранее мной урну. Направившись было обратно к автомобилю, я остановился и, развернувшись, подошел обратно к урне. Наклонившись, я внимательно рассмотрел горловину, затем провел ладонью по ее поверхности. С того момента, когда я рассматривал ее в первый раз, внешне ничего не изменилось. Урна выглядела по-прежнему так, как будто ее верхняя часть была местами невидима. Сев в свой автомобиль, я посмотрел на палку, над которой недавно проводил эксперимент. Выглядела ветка так же, как и после опыта: те части, которые сжимали мои руки, оставались по-прежнему невидимыми. Я повернул к себе зеркало заднего вида и увидел в нем свое вполне обычное отражение. Все оставалось по-прежнему, без изменений, непонятным.