Чтение онлайн

Паулина скромно кивнула и побежала к дому. Когда её нанимали работать в этом большом, пустом доме, она опасалась, что не найдёт общего языка с его богатыми и, наверняка, очень надменными обитателями. И до сих пор никак не могла привыкнуть, что всё оказалось совершенно наоборот. В доме на Каменном острове никогда не было пусто, тихо или скучно. В нём всегда кто-то гостил – друзья, родители хозяина, сестра хозяина с мужем и двумя дочками, подруги хозяйки, среди которых особенно Паулине нравилась такая же невысокая, как она сама, и постоянно смеющаяся Елена в окружении своих деток. Среди постоянного смеха, голосов, топота и музыки особую суету вносила большая рыжая лопоухая собака по кличке Шиза. Шиза задумывалась как сеттер, но, похоже, по её родословной потоптались медведи. Так и получилось, что у большого Медведева в его большом доме сносила всё на своем пути помесь танка с одуванчиком. Лине очень нравилась эта добродушная, слюнявая, лохматая мордаха, влюблённая в весь мир. А ещё ей очень нравился Иван Абрамович. Он часто приезжал «к детям», как он говорил, но не забывал одарить своей тёплой, ненавязчивой добротой каждого. Вот и Паулине он всегда привозил подарки. А она только терялась и отводила глаза. И находила кучу дел, чтобы быстро поблагодарить за подарки и скорее убежать. А потом снова с волнением ждать, когда этот серьёзный человек приедет опять и позовёт тихо «А где Поля? Полинушка?». Почему-то именно этот вариант её имени на русском языке ей нравился больше всего. Или это потому, что только он так её звал?

А ещё ей было странно и непривычно, что хозяйка разрешила называть её просто по имени. И сама сократила имя работницы до короткого и яркого «Лина». Юлька тоже долго привыкала к тому, что в доме почти постоянно кто-то есть. Да что там! Она и к дому привыкла далеко не сразу. Одно дело – быть там в гостях и восхищаться им в теории, почти в шутку думая и представляя, каково это – жить в Санкт-Петербурге, на Каменном острове, в крутом особняке Мирослава Медведева. И совсем другое - почти сразу после принятого решения оказаться здесь полноправной хозяйкой. Сначала Юлька даже спрашивала у Мира, что можно брать из продуктов, куда можно поставить свои баночки и тюбики с кремом. И страшно переживала, что занимает так много места. Мирослав заметил её скованность далеко не сразу. Пока он метался между Питером и Будвой, мчась домой, буквально ослепший от счастья, Юлька не находила себе места, пытаясь определить своё место в этом доме, в этом городе, в жизни своего Медведя. Питер она полюбила сразу, связав свою душу с городом крепкими невидимыми нитями ещё в свой первый визит, а вот с домом было сложнее. Она постоянно чувствовала себя гостем. Или самозванкой, занимающей чужое место.

А ещё она никак не могла привыкнуть к тому, что в большом доме требуется много работы, и выполнять эту работу приходят посторонние люди. И вот однажды, Мир, как говорится в несмешных анекдотах, вернулся раньше с работы. И застал свою любимую, намывающую лестницу и перила.

– Юлька! – Белкина обернулась на недовольно-удивлённый рык Медведя, вжимая голову в плечи. – Это что здесь?

– Я… – Юля махнула рукой в сторону ведра с водой. – Ну сегодня ж приедут…

– Кто? – Недоумённо спросил Мирослав, поглядывая на часы. – У нас гости сегодня, и клининг не успевает закончить работу? Так просто перенесла бы время на более раннее.

– Нет, нет, никого я не жду. Просто…

Вот не просто! Совсем не просто признаться привыкшему к роскоши и комфорту Медведеву, что каждый раз перед визитом клининговой компании Юлька сама устраивала почти генеральную уборку. Ну а как иначе? Чужие люди придут, будут тут всё трогать, отодвигать. И так неприятно. А если ещё и обсуждать потом станут, что хозяйка – не хозяйка, а свинья, запустившая дом. И пыль у неё за диваном, и следы от пальцев на зеркале…

Разобравшись, наконец, что так напрягало его неугомонную Белку, Медведь сначала много и громко рычал, потом так же много смеялся, потом пытался достучаться до элементарной логики и объяснить, что Белки же не лечатся перед тем, как идти к врачу, и что это такая же услуга, как любая другая, и она именно для того и нужна, чтобы сделать чисто, а не проконтролировать чистоту. А потом устроил настоящий мозговой штурм, накидывая кучу идей, как примирить юлькины привычки с непосильной задачей в одиночку поддерживать чистоту в большом доме. Так в доме и появилась Лина-Паулина. Она приходила четыре раза в неделю, занималась мелкой уборкой, стиркой, иногда готовила очень вкусные и ароматные блюда филиппинской кухни. И только раз в две недели клининг всё же оставили – сколько бы Юля не убеждала, что «ей совсем несложно», Мирослав пообещал просто выбросить все моющие средства из дома, если ещё раз увидит любимую на коленях. Потом подумал и добавил – «не по делу». Какое дело оправдывает указанную позу, он наглядно продемонстрировал, усадив Белку на стол и опустившись на колени уже перед ней. После таких убедительных аргументов Юля могла только мычать и что-то неразборчиво бормотать, соглашаясь на всё сразу.

С Паулиной не всё сразу сложилось гладко. Юля с трудом смирилась с её присутствием. Конечно, один человек, да ещё скромная, тихая, но очень шустрая девушка – это лучше целой группы суровых и серьёзных женщин с громкими голосами и резкими движениями. Но это тоже посторонний человек. Поэтому поначалу Юля старалась или отсиживаться в комнате или в саду, пока Паулина шуршала на кухне или около бассейна, или кидалась ей помогать, чем совсем вгоняла девушку в ступор. Но постепенно Лина привыкла к странностям начальницы, а Юля расслабилась и позволила девчонке выполнять свою работу. А однажды услышала, как Паулина пела в саду на чистейшем английском одну из любимых песен Белки – Колыбельную из диснеевской «Анастасии». Юля подошла поближе и неожиданно для себя подхватила эту же песню на русском. Лина вздрогнула и обернулась, но, увидев на лице хозяйки улыбку, выровняла голос, и песню они закончили уже вместе.

А потом сама собой сложилась традиция пить вместе чай, разговаривать на английском, позволяя Юльке вытащить откуда-то из памяти и дополнить новыми словами школьный курс языка, петь друг другу любимые песни. Паулина научила Юльку национальному филиппинскому танцу, похожему на смесь русского хоровода с восточным танцем живота и чем-то неуловимо-жарким, напоминающим фламенко. А Юлька давала Лине уроки игры на гитаре. Так что теперь и Лина, и Юлька с удивлением осознали, что стали подругами. С той лишь разницей, что на одну из подруг ложилось больше бытовых обязанностей, только и всего. Да и Лерка постоянно подкалывала Белку, что только она одна может сначала подтвердить стереотип о миллионерше, нанимающей филиппинскую прислугу, а потом его же и разрушить, с этой самой прислугой подружившись.

Лина обогнула дом, вбежала в кухню и со смехом кивнула на дымящиеся чашки:

– Опять ты мою работу отбираешь!

– Не отбираю, - отмахнулась Юлька. – Доставай свою бибику.

– Бибингка! – Поправила Лина, проговаривая последние буквы немного «в нос», и выставила на стол рисовый пирог. – Бибика это твоя «Машка».

Юля засмеялась. Да уж точно. Называть её «Машку» автомобилем язык не повернётся. Как только она обучилась вождению и сдала экзамены, Мирослав подарил ей эту «модельку». Юля даже обиделась за такое прозвище для её маленькой, красненькой, двухместной маздочки с откидной крышей. Да, игрушечная, да, такая вся «девочковая». Но уж точно никак не моделька! Да и цена (Юля потом подсмотрела) у этой «игрушки» совсем не игрушечная! Тогда они снова поспорили с Мирославом, громко, со вкусом. Юльку разрывало между восторгом от «Машки» и неумением принимать дорогие подарки. И чтобы не разо-рваться, она со-рвалась. На Мирославе. Медведь спокойно выслушал претензии, а потом решил вопрос своим привычным и самым действенным способом – сгрёб Юльку своими медвежьими лапами и заткнул рот поцелуем.

– Скоро Илья приедет? – Спросила Паулина у Юли, нарезая воздушный пирог, который готовила по какому-то хитрому рецепту. Сколько бы ни пыталась Юля приготовить бибингку, всё равно получалось не так. Вкусно, но не так.

Лина расставила на столе красивые тарелочки, подстелив под них яркие салфетки. Нарезала кружочками колбасу и сыр, незаметно бросив один ароматный кусочек сидящей рядом Шизе. Ну невозможно проигнорировать этот умоляющий голодный взгляд. Вот круглые бочка и лоснящуюся шерсть ухоженной, сытой и обласканной всеми собаки она игнорировала мастерски. А несчастные глаза и жалобно сдвинутые «домиком» брови – нет. Шиза подхватила кусочек на лету и выдала их хитрые маневры стуком хвоста по полу.

– Лин! Ты опять?

– Предательница. – Шепнула Лина собаке. И уже громче попыталась перевести тему. – Я хочу к приезду Ильи приготовить сиомай, ему нравится.

– Да, через три дня приедет. – Юля сделала вид, что не заметила хитрости. – Конечно, любит. Какой мужчина не любит пельмени!

Юля улыбнулась. Илья с классом после выпускного уехал в Карелию. Когда проект в Черногории был построен и запущен, Мирослав решил, что нужно поискать что-то ближе к дому, так как упрямая Белка всё никак не хотела надолго покидать Питер. Да, они за два года объехали почти всю Европу. Да, Юля много времени проводила с Мирославом в его деловых поездках в Эстонию и Данию. Да, на открытии Черногорского Средиземья она стояла с ним рядом, такая спокойная, такая уверенная в себе, и в то же время – всё та же его восторженная, искренняя девочка, с душой нараспашку. Так и не научившаяся носить маски, так и не согласившаяся на скучные нормы высшего света. И радостно визжащая, не стесняясь направленных на неё камер, когда в небе над «Широм», «Морией» и «Ривенделлом» расцвели яркие огни фейерверка. Которые, только успев погаснуть, вспыхнули снова, но уже огоньками дронов, образующих в ночном небе силуэт пикирующего на зрителей дракона. Но, несмотря на успех последнего проекта, оглушительный, превышающий все расчеты и ожидания, Юлькин дом был в России. А дом Мирослава – рядом с ней. Поэтому после долгих раздумий Мирослав выкупил какой-то заброшенный островок посреди рек и озёр Карелии, на котором когда-то был небольшой посёлок, а теперь осталась только огромная свалка, около которой умирали пара десятков покосившихся, полуразрушенных домов. Под командованием Медведева мусор вывезли, очистили колодцы, наладили связь, организовали охрану и переправу… Но и это ещё не всё. Теперь любой желающий мог приехать на остров и испытать свои силы в выживании в почти постапокалиптических условиях. Желающих оказалось много! Причём самым востребованным этот остров был не у подготовленных туристов, привыкших спать, где придётся, и есть, что найдётся, а у вполне благополучной молодёжи, видящих мир через монитор. Так появился экстремально-трудовой детский лагерь. Школьники и студенты приезжали на остров целыми группами, выбирали один или два дома и брали над ним, как это называлось в юлькином детстве, «шефство». Что могли, чинили своими руками, расчищали двор, обновляли огород. Если дом требовал серьёзного, капитального ремонта, то Мирослав привозил с группой бригаду профессионалов. И ребята могли наблюдать, а в некоторых моментах и участвовать в восстановлении дома. Развалины на их глазах превращались в добротные деревянные домики. Да, вкладывать деньги в строительство приходилось Мирославу, но детвора с радостью вносила и свой посильный вклад. Пацаны под руководством опытных мастеров пилили, строгали, ваяли деревянную мебель, восстанавливали и укладывали печи, заготавливали дрова, девчонки плели корзины или лепили из глины посуду, расшивали скатерти и расписывали ставни. А параллельно с этим изучали окружающий лес, учились беречь его и видеть в нём друга, а не полную опасностей непонятную территорию.

Илюшкин класс выбрал под своё крыло два самых «трудных» дома. Фактически от них остался только фундамент, а дворы вокруг были долгое время завалены мусором настолько, что даже после его полного вывоза в земле постоянно находились осколки кирпича и посуды, какие-то металлические детали непонятного происхождения и пластиковые упаковки. Сейчас заканчивалась уже третья поездка Ильи. И дворы не только глубоко перекопали и очистили, но и засадили неприхотливыми растениями. Фундамент домов проверили и обновили, вместе с архитекторами составили проект новых домов и начали их возводить. Один раз с Ильей на остров ездил отец. Косте там очень понравилось. И Мирослав по большому секрету рассказал, что был крайне удивлён, когда ему позвонил бывший белкин муж. Ещё сильнее он удивился, когда понял причину звонка. У новой мадам Суворовой обнаружилась семилетняя дочка с каким-то труднопроизносимым заболеванием сердца, и ей после операции рекомендовали пожить на природе, среди хвойных деревьев и подальше от сухого жаркого климата. И Константин, впечатлённый азартом сына, решил узнать, можно ли после завершения строительства выкупить один из домов или брать его на лето в аренду и привозить туда семью. И девочке полезно, и к Илье ближе. Так и появилась идея, которой так не хватало Мирославу. Что делать с посёлком после полного восстановления, Мир так и не решил. Обычную турбазу делать на острове он не хотел. А теперь всерьёз обдумывал варианты от сдачи домов в долгосрочную аренду до создания полноценного населённого пункта со всеми коммуникациями и непрерывным транспортным сообщением с «большой землёй».

Из мыслей о Медведе и его проектах Юльку вывел телефонный звонок. Взглянув на номер, Белка расплылась в улыбке. Вот и её «проект» подтянулся.

– Да, Лиса. Привет. Что случилось?

– Юлия Ильинична, тут Бажова приехала за своим заказом, а я не вижу одну коробку. Она три бокса заказала, а здесь только два.
– В динамике заверещал звонкий голосок Алиски – помощницы, секретаря и частично маркетолога юлькиной небольшой школы-студии. – Она ругается и требует Вас!

– Подожди, сейчас посмотрю. – Юля поставила звонок на паузу и зашла в приложение. Бажова – человек настроения, а ещё блогер с обширной аудиторией. Ссориться с ней не хотелось, на эмоциях она могла начать настоящую информационную войну. Конечно, потом она успокоится, подобреет и снова будет петь хвалебные оды «Юлечке-Белочке» (Юлька почти незаметно поморщилась, вспомнив это прозвище, которым наградила её клиентка). Но подписчики уже запомнят негатив и разбираться не станут. Найдя в приложении нужные данные, она переслала их Алисе и вернулась к звонку. – Лис, я тебе отправила её заказ ещё раз, и оплаченный счёт. Она оплатила два бьюти-бокса, и один дополнительный комплект косметики, посмотри, там все позиции перечислены. Быстренько дособирай по списку прямо при ней, извинись за ожидание. И в качестве компенсации передай, что я лично приглашаю её бесплатно посетить мой новый курс по макияжу в отпуске. Как использовать водостойкую косметику, как сочетать макияж с защитными средствами, как подчеркнуть красоту при минимуме косметики на лице, как «сохранить лицо» в жару и даже на пляже. Она вроде через месяц планирует лететь в Египет, как раз успеет.