А драконы здесь разные или мама для дракона
Шрифт:
— Я там вообще не появляюсь?
— Нет. Драконы упоминаются вскользь, что и дало мне надежду на встречу с оными. Ты, по сути, даже не второстепенный персонаж. История до боли в зубах клиширована и персонажи не прописаны. Иногда история входила в резонанс сама с собой. Прочитала на чистом упорстве. Типичная сказка про Золушку, где я — злодейка.
С минуту мы просидели в тишине. Но уже не напряжённой, а… уютной.
Глаза начали слипаться.
Глава 24. Встреча с настырным бывшим
— Остановимся на ночёвку в городе. — послышался хриплый голос, удерживая у себя на руках малыша Тарталетку, что не переставал говорить. Обо всём. О том, что какать недавно ходил, о том, что дядя ему рассказал, что он летать может, о том, что он кушал и как кушал.
— Как скажешь, — кивнула я, смотря как малыш переключился с меня на дядю, а меня не оставляло ощущение, что меня обманули. Вчера ночью, выложила всё на духу и уснула.
— Мама! Мама!! Мамочка!!! — уже не такой маленький дракон перепрыгнул с одной лошади на другую, подставляя мордочку под руки, — Ты больше не уйдешь? Ты ведь не оставишь меня мама?
— Нет. Никогда. — погладив клювик, посадила тяжёлого малыша на плечи. — Обещаю.
— Мама! Мама! Смотри! Это собаки? — посмотрев в ту сторону, куда тянулась любопытная мордочка.
— Нет Тарталетка, это волки. — отвернувшись, к дороги, я не сразу осознала, — Подожди… Волки?
Резко повернув голову, увидела волков, за которыми шли люди. Один волк запрокинул голову и ка-ак завоет. Другие подхватили, оповещая кого-то о том, что меня нашли. Снова нашли.
Тело пробрало дрожью, руки стали ватными, в глазах отражался страх. За душераздирающим воем из-за деревьев начали выходить люди. Фергус замер, ловя моё состояние. Раздался крик. Знакомый голос кричал что-то о том, что меня нельзя упустить. Очнувшись, перехватила драконью тушку, одной рукой прижимая к себе, другой хватаясь за гриву. Пришпорив коня, я молила о том, чтобы мой мальчик бежал быстрее. Секундное промедление и они бегут за нами.
Не оборачиваясь, я прижимала малыша, умоляя Фергуса быстрее. Послышался крик. Ещё один. Попа сжалась, коленки обещали стать ватными, но шикнув на них, объяснила, что в таком случае далеко мы не уедем, плюс попу отобьём.
Мне наперерез кинулся наездник на коне, преграждая путь. От неожиданности, Фергус встал на дыбы, скидывая меня. Больно упав на бок, прижимала к груди маленького дракона. Лишь бы он не пострадал! Чёрт! Кажется, повредила колено…
Прижимая к груди малыша что притих, отползала от всадника, что слезал с лошади. Фергус виновато ржал, толкая чужую лошадь.
— Дорогая, может хватит бегать? — до раздражения знакомый голос раздался из-за спины. Резко обернувшись, я увидела, что окружена. Где стояли скалящиеся волки, где просто люди, — Так, а это ещё что?
— Какого чёрта Фуфло? Мы обсуждали то, что ты должен исчезнуть из жизни. Заметь, не просто из моей.
— Боги милосердные… неужели дракон? Дорогая, неужели ты решила сделать такой бесценный подарок на нашу свадьбу?
Спрятав Тарталетку под рубашку, наказала сидеть ему тихо.
— Мама, кто эти люди? — послышался тихий испуганный голос, а я крепче прижала дракона.
— Это плохие люди, малыш, они психически неуравновешенные. Запоминай на будущее. Если девушка сказала три раза нет и сопротивляется сильно рьяно, она тебе говорит нет. Она всеми силами показывает, что ты ей не нравишься. И такую лучше поставить на место. Где взял, туда и поставь.
— Наша свадьба состоится лишь в том случае, если ты станешь котиком. Кастрированным котиком. Я себя не на помойке нашла, чтобы терпеть твои измены и неуважение, грёбаный сексист! Я не твоя Эбелин, смотреть на подобное не собираюсь!
— Знаешь, дорогая, если бы не престол, я бы даже и не бегал за тобой. Если я не женюсь на тебе, на трон сядет бастард.
— В таком случае, я очень рада за ваше королевство, так у него хотя бы есть шанс. — ухмыльнулась я. В книге не было и слова о бастарде.
— Я хотел по-хорошему. Бегал, искал, уговаривал. Но ты сама вынудила меня действовать по-плохому. Вот чего тебе не хватало? Цветов? Комплиментов? Так это всё я тебе дарил. Украшений? Выбирай любое. Сколько раз мне надо было сказать, что я люблю тебя?
— А смысл от пустых слов? От подарков, которыми ты откупался? Уж извини, что, как и другие дурочки не велась на пафос и красивые слова. Мне они, чтобы знать о том, что я прекрасна, не нужны. Как и заслуживать чужую любовь я не собираюсь. Не любишь просто за то, что я есть, так и уё… уходи.
— Это уже ни к чему. — сказал кронпринц с какой-то пренебрежительностью, — оденете на неё антимагические наручники, эта зараза может пользоваться магией. Дракона схватить!
Ко мне бросились мужики, а у меня из головы слова вылетели. Сидела, символы рисовала, для щита. А тут вылетели. Зажмурившись, обнимала моего Тарталетку, что скребся о мою грудь. И… Ничего не произошло? Ну помимо мужских криков.
Услышав одинокие хлопки, открыла самый храбрый глазик. Тот самый, что утром первый открывался.
Вокруг меня стоял барьер, что отливал золотым.
— Счастье моё, я и не думал, что смогу познакомиться с твоим женихом так скоро. Я, если честно, вообще о нём не думал…
— Ага… Ретроградная Венера… или Меркурий… Бывшие достают… — выдохнула я.
— Мама, дядя крутой! — выглянув из маминого декольте констатировал факт маленький дракон.
— Как думаешь, счастье моё, страна сильно расстроится, если лишиться принца? Просто в молодости, я очень любил есть глупых принцев!
— Не сильно, — нервно хихикнула я, — у них запасной есть.
— Что это значит!? — выкрикнул истеричный голос, пока его гвардия в нерешительности смотрела на одну очень массивную фигуру, с нехорошо горящими глазами, — Ты ещё кто такой!?
— Мой мужчина! Ты же заводишь себе любовниц. Так вот, это — мой любовник. Он куда круче и влиятельнее тебя, поэтому метка его не остановит! — очень правдоподобно врала я, подмигнув и послав воздушный поцелуй дракону старшему.
— Что… Да как ты могла! Пока я носился по всему Кантэру в поисках тебя, ты тут со всеми мужиками подряд спишь!? Мерзость! Ты мне изменяла, пока я тебя по всему миру искал! А тебя не смущает, что ты моя! Изменила! Мне! С каким-то убожеством! — на меня смотрели как на предателя нации, а я зевнула, его мужики начали шушукаться, мол, измена — это предательство. Да как она могла! Он всё для неё! Всё! А она…
— Ой как мы запищали… Ой как мы завоняли… То есть, когда изменяешь ты, это у нас в порядке вещей, но если изменяют тебе… Боже, как теперь верить людям!
— Это в моей природе! Я — мужчина! Мы полигамны! А ты…
— Да-да, тысячу раз слышала эти оправдания, — перебила его, — Ты у нас что? Животное? По-моему, даже не оборотень. Идём дальше. Мы — одного вида, так с какого перепуга кто-то полигамен, а кто-то моногамен? — ко мне уверенно шагала массивная фигура дракона с густыми бровями, — Коли вы полигамны, там и мы тоже. И вот не надо приводить пример с замком и ключиками, ведь это получается не ключ, а какая-то стёртая булавка-отмычка. В противовес скажу: «Плох не тот рот, что перечистило много щёток, плоха та щётка, что перечистила много ртов.»