Чтение онлайн

— Я тебе помогу его поймать. А что он натворил, как ты думаешь?

— Может, и ничего. Мы могли ошибиться. Спокойной ночи.

Стефани заперла дверь и отправила Дуги спать.

— Нам надо было пригласить Ника в дом, — заявил Дуги, остановившись в дверях своей комнаты. — Не очень хорошо заставлять его спать в машине.

— Никто никого не заставлял, и ему вообще нечего тут делать.

— Но тот парень что-то здесь вынюхивал.

— Ты слышал, что сказал Ник: за этим человеком ничего нет, поэтому нам не о чем беспокоиться. Спокойной ночи, — твердо сказала Стефани.

Дуги хлопнул дверью достаточно сильно, чтобы выразить свое неудовольствие, но недостаточно для того, чтобы она сделала ему внушение. Покачав головой, Стефани пошла в свою комнату и легла спать.

Она заснула довольно быстро, но часа через три вскочила, как будто кто-то ее толкнул. За окном бушевала гроза, дождь с градом барабанил по окнам с такой чудовищной силой, что она испугалась, не разобьются ли стекла.

Зарывшись в подушки, она старалась не думать о Нике. Дом шатался и скрипел под ударами стихии. На дворе явно похолодало, как это всегда бывало, когда гроза спускалась с гор, независимо от времени года.

Ник, наверно, совсем замерз.

Угрызения совести не давали ей уснуть. После двадцати минут борьбы она сунула ноги в кожаные мокасины и надела халат. Схватив с вешалки пончо и зонт и нажав на кнопку пульта дистанционного управления воротами гаража, она вышла на крыльцо. Порывом ветра вывернуло зонт. Трава хлюпала у нее под ногами, пока она перебегала короткое расстояние до машины Ника. Она постучала в окно.

— Какого черта! — воскликнул Ник и затащил Стефани в машину. — Ты что здесь делаешь? С ума сошла?

— Заезжай в гараж, — дрожа всем телом, сказала Стефани, — не то градом побьет твою машину.

Ник завел машину и въехал на то место, где когда-то стояла патрульная машина Клея.

— Ну и какого черта ты примчалась? — сурово потребовал он.

— Стало очень холодно. Иди в дом. — У Стефани уже зуб на зуб не попадал.

— Ты замерзла, дурочка.

Неблагодарный! Она ради него рискует здоровьем, а он еще ругается! Она шмыгнула носом.

— Проклятье! — пробормотал он сквозь зубы. Прижав ее к себе, он подоткнул со всех сторон спальный мешок и стал растирать ей руки, пока она не согрелась.

Луч света от фонаря над крыльцом дома, пробиваясь сквозь завесу дождя, отбрасывал пляшущие тени на стены гаража. Стефани чувствовала, как Ник легко касается губами ее волос, потом виска. От него исходило такое тепло! Оно и успокаивало, и возбуждало.

Дождь с новой силой обрушился на землю. Косые струи били в открытые ворота гаража, как бы стараясь дотянуться до них. Слушая шум дождя, Стефани предалась мыслям о том, что Ник уже не тот мальчик — предмет ее девичьей любви, а незнакомец, вызывающий в ней запретные желания и вместе с тем пугающий ее своим откровенным цинизмом.

А Ник прижимал ее к себе все крепче, потом дотронулся до груди и остановился.

Правильно ли она поступает, приглашая его в дом? Но эта мысль тут же улетучилась, как только Ник прикоснулся к ее губам.

Его поцелуи были то нежными, то страстными. Он провел языком по ее губам, и они раскрылись ему навстречу.

Ник просунул руку под ноги Стефани и, приподняв, посадил ее себе на колени. Она слышала, как гулко бьется его сердце. Его затвердевшая плоть была готова предъявить свои права.

Порывы ветра раскачивали машину, но буря, бушевавшая внутри Стефани, была еще яростней, чем та, что неистовствовала за стенами гаража. На нее надвигалась лавина чувств, которых она еще никогда не испытывала.

Запрокинув голову, Стефани наслаждалась поцелуями, которыми Ник осыпал ее шею. Ник нежно ласкал ее, а ей хотелось большего, внутренний огонь сжигал ее. Ее тело не забыло его ласк, его прикосновения были столь же волшебными, как когда-то. Значит, любовь ее не умерла, та первая в ее жизни любовь!

— Любовь моя, — прошептала она, обуреваемая совершенно новыми, незнакомыми ей чувствами.

Неожиданно Ник отпрянул и схватил ее за руки.

— Проклятье! Ты хочешь, чтобы я обо всем забыл! Ты нарочно заставляешь меня желать тебя! — Голос его гремел, подобно грому. Потом он опомнился. — Пошли в дом.

На мгновение Стефани оцепенела. Затем к ней вернулась способность думать. Какое унижение!

— Хорошо, но сначала нам надо поговорить.

— О чем?

— Я уже несколько дней думаю о нас с тобой.

— Представь, я тоже.

— Иногда мне кажется, что мы находимся в плену наших прежних чувств. Ради нас обоих нам надо в этом разобраться, чтобы жить дальше.

— Моя жизнь в полном порядке, — надменно заявил Ник. Если бы ситуация не была столь напряженной, она бы улыбнулась.

— Почему ты не женился на женщине, с которой был помолвлен?

— Из-за несовместимости характеров.

— Вот как.

— Это не подтверждает твою теорию непреодоленного прошлого?

— Наоборот. Я поняла, что мы оба не смогли до конца его преодолеть. И не простили друг другу обид, действительных или мнимых. Пора попытаться все же решить проблему.

— По-моему, мы поговорили достаточно. — И он припечатал ее губы поцелуем, как будто желая заставить ее замолчать.

Она не противилась, но и не отвечала на его поцелуй. Не могла. Она должна помочь ему справиться с прошлым, без этого не будет никакого будущего.

С тяжелым вздохом Ник отпустил Стефани и сказал:

— Пошли в дом, Стефи, иначе я за последствия не ручаюсь. А потом мы оба пожалеем об этом.

Ник проснулся утром в гостевой комнате. Он лежал и вспоминал о том, что произошло ночью: Стефани отважилась выйти в грозу, чтобы позвать его в дом, и он согласился. Но прежде чем сделать это, он держал ее в своих объятиях и целовал. Их обоих сжигала страсть. В такие моменты он отдал бы за нее душу… Нет, это не должно повториться. Неужели он забыл преподанный ему когда-то урок?