Чтение онлайн

Ничто не предвещало каких-либо встрясок или происшествий. Я крутился с боку на бок, давая отдохнуть примятой деревянным диваном части тела. Но, всё-таки даже так лежать лучше, чем стоять или ходить из угла в угол.

Незадолго до этой поездки, я на сэкономленные студенческие деньги купил неплохие наручные часы «Победа». Давно мечтал я об этом и, наконец, получил полное наслаждение от их тиканья. Надо, или не надо было, но я часто поднимал руку с часами и любовался бегающей секундной стрелкой.

Во сне я был, конечно, не такой наблюдательный, и руку с часами опустил вниз так, что она висела, показывая всем мои часики. А они тикали себе и тикали.

Жулья на этом вокзале, так же, как и на всех других, было полно, и они бдительность не теряли – замечали всё, что плохо лежит или хорошо висит. А моя рука была именно в таком висячем положении. Бдительный воришка, увидев мои часы, с противоположной стороны залез под мой диван и нацелился оставить меня без предмета удовольствия. Только он намерился срезать или отстегнуть ремешок, как маленькая девочка на противоположном диване заплакала, мама проснулась и увидела, как под моим диваном лежит человек и пытается бритвой с моей висячей руки срезать часики. После долгой вокзальной и привокзальной беготни я бы не почувствовал хирургической операции на моей руке. Спасибо девочке, она знает, когда надо просыпаться. Мама, не отдавая себе отчёта о последствиях, закричала истошным голосом.

– Воры, держите их.

Проснулись все, кто нашёл себе ночлег на соседних диванах. Я тоже услышал этот устрашающий крик, быстро поднялся, оставив часы в руке поддиванного «хирурга». Я почувствовал, что моя рука совсем не такая, с какой я засыпал на этом ложе – чего-то на нейне хватает.

– Вон он, вон вор, – указала она мне на воришку, который понял, что операция была неудачной, швырнул часы на междиванное пространство и выкатился на другую сторону.

Дежурный милиционер, стоя дремавший возле соседней колонны, быстро подскочил и скрутил руки, ещё не успевшему встать, воришке. Дальнейшая процедура проходила без нашего участия. Я взял часы, но надеть их на руку с помощью подрезанного ремешка, не удалось.

Гена не видел начала операции по снятию часов и профессионального скручивания умелых ручек. Он подошёл ко мне и спросил:

– Что это было?

– Вот, – протянул я ему руку и часы на разрезанном ремешке.

– Что вот? – не понял Гена моего жеста.

– Меня ограбили. Ремешок на часах порезали.

– Зачем? – Видно Гена стоял возле меня, ещё пребывая в сонном состоянии.

– А затем, Геночка, что я – раззява. Хотел подарить свои часики одному местному умельцу. Советую и тебе внимательно следить за своими вещами. Кстати, где они у тебя?

– Вон у того дивана, – показал он в сторону. – Ой, подожди, а где же они? Я только что, проснувшись от крика, видел их, а теперь нет.

Гена быстро шагнул к своему ночному лежбищу и закричал:

– Украли мои вещи! Милиция! Меня обворовали!

Тот милиционер, который забрал любителя наручных часов, отвёл его в дежурку и подбежал к кричащему моему другу.

– Мои вещи три минуты тому назад стояли вот здесь, – объяснял Гена. – Я только вот отлучился на секунду и…

– На секунду или на три минуты? – милиционер оказался не без юмора.

– Да вот подошёл к другу, у которого хотели часы снять.

– Это твой друг? Вы, оказывается оба под пристальным надзором у местной шпаны.

– Что теперь делать? – Гена не на шутку был расстроен и умоляющим взглядом уставился на милиционера.

– Я скажу так, – спокойно начал милиционер объяснять Геннадию, – тут у нас ворья, хоть пруд пруди. Работают и днём и ночью. Выслеживают вот таких…

– Каких таких?

– Таких ротозеев, как вы, – уточнил дежурный.

– Мы не ротозеи, – обиделся Гена на такую характеристику.

– А кто же вы?

– Мы студенты, будущие геологи.

– Ну, будущие, может быть и геологи, но, пока – ротозеи…

Мне было обидно за такое отношение к нам, и я тоже решил идти в наступление.

– Так делайте же что-нибудь. Найдите его вещи, раз вы знаете местную шпану.

– Что у вас было…в чём?

– В чемодане, – пояснил Гена.

– Итак, что у вас было в чемодане?

– Бельё, одежда верхняя и…

– И ещё что?

– Всякая мелочь, щётка зубная, паста, бритва…

– Ложка, кружка, – язвительно продолжил милиционер.

– Да, и это тоже.

– Документы целы?

– Бумаги все при мне.

– Тогда нечего волноваться. Вы куда едете?

– На практику. Геологическую.

– Надолго?

– На полтора месяца.

– Тогда переживёте. Походите в этой одежде, постираете, погладите.

– Почему вы не ищите воров? – снова решил я вступить в интересный разговор.

– Их уже не найти. Вещи давно уплыли.

– Куда уплыли? – не отступал я.

– Может быть, на практику. Геологическую, – съязвил милиционер.

– Мы будем жаловаться, завтра.

– А когда вам надо прибыть на место практики?

– Завтра.

– Тогда выбирайте: или вы завтра начнёте свою практику, или вы с завтрашнего дня и до конца этого, а может быть, и следующего месяца, приступите к поиску шантропы, которая утащила у вас зубную щётку и что-то там ещё.

Я понял, что дальнейшие разговоры с милиционером бесполезны, и позвал Гену присесть на мой диван.

– Ну, что, друг? Раззявы мы и есть раззявы. Как-нибудь перебьёмся без твоих шмоток. Кое-что у меня возьмёшь, а не хватит – прикупим. Деньги командировочные целы?

– Я же сказал, все бумаги у меня при себе.

– Слава богу, хоть это ты догадался сделать.

Гена со скорбной физиономией, и я, скромненько усмехаясь, сидели, подрёмывая на моём диване.

Дальнейший путь до места назначения мы преодолели без приключений.

Странно, что моя память часто возвращается к предсказаниям цыганки Клары, на всю жизнь вселившимся в мою голову. Все последующие действия и выводы из этих предсказаний не оставляли в покое меня и здесь. Как-то трудно было вокзальное происшествие назвать очередным проявлением счастливой судьбы геолога, тем не менее, оно совсем меня не огорчило и не разочаровало в выборе своей профессии.

Я с большим чемоданом – другого у меня не было – и Гена, с пустыми, словно он вышел в парк погулять, руками, появились в Зыряновском геологическом управлении.

– Здравствуйте, – дружно произнесли мы с Геной, зайдя в отдел кадров.

– ЗдорОво. Кто такие? – не поднимая головы, неуважительно для будущих геологов, спросил седой, располневший старичок.

– Здравствуйте, – ещё раз напомнил я, что мы пришли сюда для делового разговора, а не для выслушивания пренебрежительного к себе отношения.