Чтение онлайн

И все бы ничего — можно было бы на какой-нибудь катаклизм списать. Но тут случился конец года, отчет, и, неизвестно каким образом, появившаяся в мире девчонка….

За ней явился дядька Стрег.

А следом и Отец….

И что ж им всем на Земле-то не сиделось?!

Итак, молодежь ныкалась по углам, а Отец — Сивер сидел за массивным столом и пристально ее рассматривал.

Рассматривал и думал. Думал о том, что как-то неправильно все здесь вышло. Должен — обязательно должен — быть рядом с молодыми тот, кто ненавязчиво присмотрит, поправит, в нужную сторону повернет. Тогда и молодняк быстрее самостоятельным становится, и ума у него поболее будет.

В сущности, а что такого уж непредвиденного случилось? Один экспериментатор — Сивер даже точно знал, кто именно из его потомков обладал таким талантом — методом ненаучного тыка решил посмотреть, что будет, если….

Посмотрел. Испугался. Решил спрятать сломанное.

Прятать, как известно, лучше на видном месте. Вот он и подкинул по одному браслету в сокровищницы драконов и эльфов. А на место артефакта подложил подделку.

Именно тогда это и началось. Предназначенные друг другу не находились. Не предназначенные терялись в толпе и уходили недовольными. Посыпались взаимные обвинения и подозрения…. Молитвы почему-то до Покровителей не доходили.

Еще бы они дошли — Ветер постарался сделать так, чтобы у братьев нашлось множество неотложных дел. Катаклизмы сыпались, как из рога изобилия.

Была и еще одна проблемка. По Розе Ветров, их должно быть восемь. Восемь!

А их было только семь. Северо-восточный, Восточный и Юго-восточный с одной стороны. Северо-западный, Западный и Юго-западный — с другой. Южный Ветер стоял между ними. Именно ему было легче всего устраивать свои делишки. Потому что противовеса не было. Северный Ветер, Покровитель расы драконов, исчез. Нет, просто ветер, не бог, в мире был. А вот Покровитель исчез. Как, куда, почему — не известно.

Южный считался Покровителем людей. И долгое время усиленно продвигал своих подопечных, давая им больше льгот, незаметно оттесняя остальные расы. Подбил под свою руку Восточного, Покровителя расы эльфов. Восточный, занятый еще и развитием ремесел, с головой ушел в свои дела. Решил, что Дивнорожденные уже и сами разберутся — как им жить.

А больше всего Южный не любил драконов. Почему?

А просто так. Не любил — и все тут….

Все это Отец сейчас считывал из подсознания своих детей.

Считывал и размышлял — что делать. Что делать с драконами, эльфами и их потомками. Что делать с Южным, который ради собственной забавы практически уничтожил две некогда тесно сплетенные расы. Это ведь только у короля эльфов может быть много детей от разных королев, а в целом раса вымирает, потому что два ребенка в семье — максимум. Жрица Стрега, Илланель тоже не показатель. Она жрица, посвященная в божественные тайны, ей положено детей иметь.

Про драконов и вовсе говорить не приходится. Их осталось так мало, из молодняка один Гай-младший и есть. А пару ему где брать прикажете? Из другого мира завозить?

— "Одна надежда — на Сашку, — вздохнул за его спиной невидимый Стрег. — Уж наша девочка с этой проблемой как-нибудь разберется".

Сивер не ответил брату.

Вместо этого он со скрипом отодвинул кресло и поднялся, опираясь руками на столешницу и исподлобья глядя на Ветров тяжелым взглядом, будто придавливая каждого из них к полу.

— Итак, дети мои! — сказал он низким, каким-то даже утробным голосом. — Итак! Я не буду разбираться, кто из вас прав, кто виноват, кто участвовал, кто сочувствовал, а кто и просто — мимо проходил. Моих надежд вы не оправдали. Уникальную расу Симбионтов практически уничтожили. Поставили Мир на Грань, за которой вот-вот последует Раскол, и как следствие, превращение магического Мира в Мир обычный. Такое в истории Миров бывало, и не раз. Пример вам — Земля. Мир, где магии остались крупицы, из множества рас — только люди, да и те уже подошли к последней черте.

Он внимательно еще раз обвел взглядом детей.

— «Вообще-то, не такие уж и плохие дети, — сказал мысленно Стрегу. — Ошиблись, с кем не бывает. Свою долю вины с себя не снимаю. Земля пока еще держится, развитие идет по спирали, и есть шанс довернуть виток в нужное место. А Ветры засиделись в маленьком благополучном мирке. Засиделись, зазнались, забыли Постулат не только программистов: «Если работает — ничего не меняй».

Вот мы им и устроим.

Экскурсию с отработкой на Землю.

Заблокируем память, приглушим способности, поставим печать на сущность божественную».

— «И отправим Землю лечить, — вновь хмыкнул за его спиной Стрег. — Да, там их таланты будут востребованы. И куда»?

— «А кого куда — ответил брату Сивер. — Кого на Восток, кого на Запад. А Южного отправим искать брата. Северного тоже куда-то на Землю занесло. Чувствовал я что-то знакомое несколько раз. Пусть ищет. Как найдет, да прощение заработает — так и вернется к ним и память, и способности, и все прочее. А мы пока здесь поработаем. Посмотрим, подправим, кое-что доработаем. И Сашу с Гришкой поднатаскаем. А там, глядишь, на них и перекинем ответственность за Элейнлиль».

Стрег только хмыкнул.

Он-то знал, что Гришка точно может на себя ответственность взвалить. А вот Саша…. Тут бабка надвое сказала. Ага, та самая, Мать их. Старуха Азгей, гуляющая по Мирам с цыганским табором.

Энгельберт плавал в тумане. Нет, не в том, о котором пишут в разных умных книгах о Божественном Начале. Там, говорят, туман розовый, похожий на облака сладкой сахарной ваты.

В этом тумане не было ни облаков, ни радостного света, ни пения райских птиц.

Даже Ангелы на арфах и лирах не бренчали.

В принципе, здесь не было ничего, кроме самого принца Энгельберта. Вернее — его сознания.

Как будто вышел он из своего тела, воспарил, и плавает теперь, озираясь в недоумении: куда это его занесло, бедного и всего из себя несчастного. А главное — зачем….

Его тело, погруженное в некую вязкую субстанцию, находилось сейчас далеко внизу, а Душа, привязанная к физическому телу серебристой нитью, парила в сизом тумане, сквозь который то и дело проскакивали ветвистые синие молнии, от чего Энгельберту становилось…. Щекотно ему становилось всякий раз, когда очередная молния вспыхивала в миллиметре от него.

Странное это было ощущение. Словно бы он, Энгельберт, был одновременно в двух местах.

Там, внизу, измученное болью тело находилось в ожидании исцеления, а Душа…. Душа выглядывала сквозь истончавшуюся пелену тумана, стремясь рассмотреть хоть что-нибудь.

Выглядывала и практически ничего не видела. Кроме бескрайних, неоглядных вечнозеленых лесов.

Еще виделись ему странные создания, сливающиеся на мгновение с зеленью листвы.

— Наверное, это и были древние Дивнорожденные — отстраненно думает принц. Или это его Душа думает?