А свадьба пела и плясала
Шрифт:
– Никериал Ленге меня отверг и разбил мне сердце!
– патетично закончил новый участник беседы - мастер Микио - и прилично отхлебнул вина из бутылки.
За столом ожидаемо стало жарче. Мариан запунцевела от гнева, яростно дыша и сжимая в руках бутылку, словно намереваясь ее кинуть в нерадивого иллюзиониста, Алинор Гриворд задумчиво взял в руки вилку, словно прицениваясь, куда именно ее воткнуть, а Дариан... а он просто нелепо хлопал глазами, пережив за этот вечер уже который по счету шок.
– Ну что ж, - по-деловому хлопнул в ладоши Микио.
– За сим объявляю клуб разбитых сердец открытым! Угадайте, кто у нас сегодня будет на повестке дня?
Дариан даже сам не понял, как удалось избежать убийства - вот Мариан пытается дорваться до наглого иллюзиониста и маг в отчаянье удерживает ее за талию, и вот она уже вместе с "тем самым мерзавцем" чуть ли не обнявшись, пьет вино и сетует на коварную любовь. А этот шельмец ей даже поддакивал!
Магистр настолько устал, пытаясь разобраться в данной ситуации, что плюнул и пододвинулся поближе к Алинору Гриворду. Вот рыцарь не задавал глупых вопросов и просто пил. Молчаливо, на что и рассчитывал глава отдела поисковиков.
На душе у мага было тоскливо. Не так он рассчитывал начинать отношения с Мариан.
– Ну а ты что вздыхаешь, колдун? Тоже любовь и все дела?
Рыцарь даже не смотрел в сторону мага, решив уделить время отражению в своем кубке, но ему это было и нужно.
Будь Дариан немного больше трезв и не терзался от душевных ран, то он бы даже и не осмелился вылить на чужого человека свои проблемы, но что говорить, как заметила магесса - собутыльник из Алинора Гриворда вышел на диво хорош.
– Вот подскажите мне, сэр Гриворд, как завоевать сердце дамы?
– Что тут думать. Цветы подари. Ну там не три сорняка, а приличный букет, чтоб в руках не умещался.
Дариан печально вздохнул. Этот способ он уже использовал. И не раз.
– Ну тогда...
– призадумался рыцарь, верно истолковав вздохи собеседника.
– Брюльку какую-нибудь. Что там твоя леди желает, то и подари.
– А если откажется?
– А ты настойчиво подари.
Настойчиво дарить Дариан опасался, ибо зная характер своей возлюбленной с большей вероятностью этой "брюлькой" его бы и побили. И хорошо, если не с магией.
– Нет, - помотал головой магистр.
– Это все не то. Нужно чтоб наверняка.
Алинор тоже призадумался и даже поскреб рукой затылок, полностью погрузившись в нелегкую проблему мага.
– Нужно уехать!
– авторитетно заявил Микио, услышав их разговор. Мариан согласно закивала.
– Она поймет, что ей тебя не хватает, пожалеет о своей холодности, напридумывает про любовь и вот когда вернешься - тут же прыгнет прямо в руки.
Сэр Гриворд просветлел лицом, заявив, что это дельная мысль, но Дариану совершенно не понравился такой расклад.
– А если наоборот забудет?
Микио и Мариан переглянулись и мерзко захихикали, словно мужчина сморозил несусветную глупость.
– Ой, поверь в мой опыт, - махнул рукой иллюзионист, - это сработало даже с грозой департамента дознавателей Ал... а... дорогая, привет!
Дариан обернулся, чтобы увидеть, как к их столику приближалась та самая гроза департамента дознавателей магистр Алия Эрлеан, ныне жена этого самого сердцееда и мать его будущего ребенка. Настроение у беременной женщины было не слишком хорошее, что ощутили на себе все, даже Гриворд, хотя чувствовать давящее напряжение в энергетическом фоне могли только маги.
Микио побледнел и попытался стечь со стула под стол, но под прожигающим взглядом жены, словно пригвоздился на месте. И даже попытался очаровательно улыбнуться, видно надеясь на индульгенцию.
– Ну и где тебя носило целый вечер?!
– дознавательница не побоялась свидетелей и стала при них отчитывать мужа.
– Устроил в храме...
– она запнулась, пытаясь подобрать приличное слово, - представление, а потом исчез! Ты знаешь, что я подумала?! А?!
Она поморщилась и приобняла себя за объемный живот, пытаясь успокоиться, но напряжение росло, грозясь вырваться неконтролируемыми последствиями. Дариан даже протрезвел, прекрасно представляя, на что способна беременная магесса, у которой настроение скачет каждую минуту. Он уже прикидывал какой магический щит защитит его и Мариан от атаки, как иллюзионист встал с места и самоотверженно пошел к жене.
Все, затаив дыхание, наблюдали, как Микио обнял женщину, что-то ласково прошептал ей на ушко, и погладил рукой по напряженной спине. Женщина как по волшебству расслабилась, она прильнула к мастеру и зарылась лицом в его одежду. Алия что-то говорила, но тихо, жалобно, словно вываливая на мага свои страхи, а тот ей спокойно отвечал, целуя женщину куда-то в макушку.
Они молча ушли, так и не расцепив объятия и клуб разбитых сердец остался без своего предводителя.
– Ну и ладно!
– внезапно произнесла Мариан, разрушив царившее молчание, и налила себе еще вина.
– Походу, приручил не он, а его, - усмехнулся Гриворд и чокнулся с магессой бокалами.
Без главного заводилы их сообщество стало терять краски.
Дариан вдруг понял, что слишком трезв для дальнейших душеизвлияний и ему лучше увести подругу спать сейчас, чем потом бороться с последствиями ее пьяных выходок. Оставалось только решить вопрос - как это сделать? И сделать так, чтобы его в процессе не покалечили.
В голове возникла предательская мысль напоить ее чем-то покрепче, например коньяком, и просто унести бессознательную магессу на руках, но он тотчас отмел ее, как слишком порочную. Он не негодяй, который так поступает с дамами!
Хотя лучше бы быть негодяем.
Маг с тоской воззрился на свою любовь, подперев голову кулаком. И все же Мариан была прекрасна, даже не смотря на то, что из-за слез ее глаза и нос опух, прическа растрепалась, а губная помада давным-давно стерлась.
Заметив излишнее внимание к своей персоне женщина недовольно уперлась взглядом в мага. Тот расплылся в глупой улыбке. Она была похожа на кошку - своенравную, гордую, которая никогда не придет ластиться первой, ее можно только любить и... возможно, она однажды позволит быть рядом с собой.
– Дурак, - фыркнула она и отвернулась, но мужчине на миг показалось, что ее щеки покраснели. Похоже, она слишком много выпила.
– Да, - кивнул он, все также не сводя глаз с магессы.
– Я дурак. Дурак, который полностью и без остатка вручил тебе в руки свое сердце.
Алинор Гриворд подавился и стал стучать кулаком себе по груди. А Мариан, внезапно, сжалась и закрыла ладонями лицо, было лишь видно ее полыхающие уши.
– Дурак, недоумок, идиот...
– стала шептать она, не отрывая ладони от лица.
– Видеть тебя не желаю, как ты мог так... так сказать!