Чтение онлайн

— Ты совершенно права… — «О, а как ее звать?» — сестра... Теперь это не имеет никакого значения.

— Я хочу отмстить! —в голосе девушки отчетливо зазвенела сталь. — Мы обязаны найти и наказать убийц!

«Час от часу не легче! Убийство… И две блондинки в роли Холмса и Ватсона. И мажорик — вместо миссис Хадсон. Голливуд удавится от зависти»

— Обещаю! Мы будем мстить за них, сестра! Убийцы заплатят кровью!

«Надеюсь, не слишком пафосно прозвучало»

— Я верю тебе, сестра. Но, ты должна знать, нам неоткуда ждать помощи. Мы можем рассчитывать только на себя! Я не переживу, если потеряю еще и тебя. Мы должны держаться вместе!

«Вот как. Жаль, что в реальной жизни у меня нет ни сестер, ни братьев. Оказывается — это приятно, когда ты не одна на свете»

— Хорошо. Тогда не будем расставаться. Пройдем этот путь вместе. Но, здесь не место для серьезных разговоров. Давай, сперва закончим с прощанием. Отдадим последний долг и почести.

— Ты как всегда права, Женя. Так и сделаем.

Блондинка вернулась к утиранию слез, а я перешла к парню. Дабы озвучить очередной кусочек сценария. Обязательный для активации квеста.

— Привет! Мы знакомы?

Парень повернулся и укоризненно посмотрел на меня.

— Я всегда восхищался твоим умением владеть собой, сестричка, но шутить в такой день, все же неуместно. Тебе не кажется?

«Брат?! Любите сюрпризы! Смуглявый брюнет — родной брат двух натуральных, голубоглазых блондинок? Может, сводный? Не хотелось бы плохо думать о покойнице. Хотя, это ж все понарошку. Прикол от создателей игры. Типа — смешной штрих?»

— Наши родители мертвы, но наша любовь придаст нам всем силы пережить эту трагедию, брат мой.

«Что я несу?..»

— Ты права, Женя. Не скажешь, что собираешься делать дальше? Теперь, когда родители мертвы, нас ничто больше не держит в этой глуши.

— Сестричка считает, что мы должны найти убийц.

— Светлану редко посещают умные мысли, — хмыкнул тот, — но сейчас она права. Я тоже так думаю. Вы присоединитесь ко мне, и вместе мы накажем негодяев!

«Ух, ты… Какой гонор. Похоже, братец, я тебя в детстве мало лупила. Ну да, фиг с тобой. Сейчас не до выяснений. После разберемся, кто кому Рабинович. А за имя сестры, спасибо»

— Конечно, брат мой. Так и поступим.

— Я рад, — кивнул тот с таким видом, словно принимал оммаж* (*вассальная присяга). — Мы найдем ублюдков, которые сделали это и заставим их дорого заплатить.

— Мы отомстим…

Братец сложил руки к молитве, а я потопала к еще одному персонажу, неслучайно оказавшемуся на кладбище.

Ого! Вот это типаж. Похоже, священнослужители здесь на усиленном рационе содержатся. Метра два в высоту и столько же в обхвате. Кулаки, как моя голова. Бицепсы… У меня ляжки тоньше.

— Соболезную, дочь моя…

А голос. Голос! Гудок парохода отдыхает. Так, по ходу пьесы я должна задавать умные вопросы. Значит, будем соответствовать.

— Святой отец, вы были среди тех, кто первыми нашел наших родителей. Говорят, они еще жили. Скажите, они хоть что-то успели сказать перед смертью?

— Нет, дитя, но я уверен, — в голосе сплошной елей и миро, — ваши отец и в свой последний час думали о вас.

— Они страдали, Святой Отец?

— Позволь мне умолчать об этом, дочь моя, — глаза вильнули в сторону.

— Значит, страдали. Их последние минуты были ужасны, но вы щадите меня… и поэтому не хотите рассказать правду?

— Мне больше нечего прибавить, дитя, — голос построжел и даже нотки раздражения появились. — Ваши родители оставили вам все, что имели. Вот ключ от сундука в доме. Думаю, некоторые вещи в нем покажутся вам странными.

— Чем же?

— Когда ты откроешь сундук, нетрудно будет догадаться, что ваши родители не были простыми фермерами. Они пришли в Долину в поисках мирной жизни из далекой земли, называемой Кальрадией. И если вы полны решимости найти ответы на терзающие вас вопросы, то нет иного способа получить их, как вернуться туда.

— Это совет, Святой Отец или наставление?

— Нет, дитя… — священник пожевал губами, явно борясь с собой. — Если тебя интересует мое мнение, то я советовал бы оставить прошлое прошлому. Ваши родители искали спокойной жизни и долгие годы были счастливы здесь. Не ищите виновных. Оставайтесь на ферме. Работайте, женитесь, выходите замуж, растите детей. Продолжайте то, что начали отец и мать. Уверен, им бы этого очень хотелось. А оружие из сундука запрячьте подальше или продайте…

— Оружие?

— Именно так, дочь моя. Мечи отца и матери. Которые они не стали вынимать даже для защиты. Подумай над этим, прежде чем принять окончательное решение.

Глава вторая

Добротный, просторный рубленный дом, на высоком, почти в мой рост, фундаменте из дикого кирпича. Куча всевозможных пристроек. Амбар. Хлев… Еще какая-то клеть. Вместо досок — горбыль, да и тот подогнан не плотно, а с зазорами — для хорошего проветривания. Сушилка, наверное. В дом ведет широкое, прикрытое навесным козырьком, крыльцо. Крыльцо с хитростью. Под ступенями небольшой чуланчик. Именно в нем я и обнаружила тот самый сундук, о котором говорил отец Онуфрий.

Похоже, его сюда нарочно выставили. Как бы подчеркивая бесполезность этих вещей для хозяев. Нужное и ценное ведь не станут хранить на улице. За хлипкой дверцей, которая даже не закрывается. Среди разного хлама, что, вроде и не нужен, а выбросить — руки не доходят.

Вот только сундук был для старья чересчур добротный и запертый на крепкий замок. Проще сам сундук в щепу изрубить, чем срубить проушины. К счастью, полученный от священника ключ отлично подошел.

Отец Онуфрий был прав, когда утверждал, что обнаруженные в нем вещи удивят и вызовут вопросы. Внутри сундука лежали только две вещи. Зато какие! Легкий одноручный клинок, явно сделанный под женскую руку и — полуторный бастард. Оба меча в богатейших ножнах, и с позолотой на перекрестьях. Металл тоже не обычное железо, а с изумительным синеватым отливом.

Солидные игрушки. «Отцовского» бастарда я не потяну, а вот «мамин» клинок как влитой в ладонь лег. Никакого сравнения с той железкой, что раньше у пояса висела. Сразу чувствуется боевое оружие, настоящий «кровопивец».

Берем. Оба. Если не я, так может, «братец»? Сергей… Хотя, куда ему. Явно не в отца уродился. Только что надувал щеки и метал взглядом молнии, а как похороны закончились, сел на скамейку под окном и ни слова. Ждет, пока за него все решат и скажут, что делать. Тоже мне, мужчина… А еще в штанах.