Чтение онлайн

А вот с братом была другая история. Он был сыном соперницы матери, такое в гаремах сплошь и рядом. Естественно, матушка пользовалась любым предлогом, чтобы унизить свою соперницу. Хорезмшах относился к этому с пониманием. Когда начался пир, принц, ему тогда было, примерно, 6 лет, что-то там уронил. Матушка раскричалась, плохая примета и т.д., и велела отвести принца в его покои и лишить сладкого. Тот подчинился, тем более мама подтвердила наказание, хоть и сквозь зубы. Но этим она спасла жизнь своему ребенку. Возмущенный вопиющей несправедливостью, Хакан пошел на кухню, требовать свою долю сладкого. Кухарки, естественно выполнили заказ принца и тот, затолкав добычу в заботливо захваченный мешок, отправился из дворца. В армию. Тут без шуток. В эти былинные времена настоящими мужчинами считались только воины. Вот он и решил ускорить этот процесс. Во втором мешке были тщательно упакованы нужные ратнику вещи. Кинжал, шлем отца, огниво, деревянный верблюжонок, уздечка, коврик, тыква с водой и очень красивый камешек. Совершенно прозрачный, голубой с зеленью, размером почти с грецкий орех. Нашел где-то. Он уже подходил к тайной калитке, как та открылась и из неё пошел поток странных воинов в темных халатах.

От удивления малыш застыл, и это его спасло. Воины шли и шли, а потом стали слышны страшные крики. Недалеко пробежала служанка с кухни, ее догнал один из этих и отрубил голову. Убивали и других слуг, но он уже не реагировал. Сидел, прислонившись спиной к старой чинаре и смотрел. Утром он не пошел во дворец, потому что видел, как милый дядюшка Шаушафар раздает приказы темным воинам. Всем своим сердцем он понимал, что во дворец идти нельзя. И он убежал в город, к единственному человеку, которого знал – конюху, с сыном которого он иногда играл. Пришел к нему в трудный час, когда его сын умер. Мальчишка упал с крыши и ударился головой. Узнав, что произошло во дворце, конюх дал принцу одежду своего сына, которого тихо похоронил без свидетелей. Утром они уехали в деревню. Для всех соседей мальчик остался жив, но не здоров. Уртак через пару дней пришел во дворец, его приняли, о болезни сына знали и отпустили, даже деньги какие-то дали. Щедр был новый хорезмшах. Через год к ним в деревню пришел Очилди. Он все понял, принца он знал хорошо, так что остался с ним и стал наставником шахзаде. Еще через год, они потихоньку перебрались в поместье Аноры. Там учить его стали всерьез. Сюда не хотели отпускать, но он настоял. Караванщик был надежный, охрана была увеличена, а принцу не лишне повидать мир. К тому же возле поместья стали появляться неясные личности. Может даже племянница стала угрозой хорезмшаху, родив сына? Так и решили отправить шахзаде к сестре. Ну, пусть с родичами поживет, познакомится.

Кроме всех этих шпионских страстей, выплыла на днях еще одна история, уже любовная. Взял, мой самый близкий человек в этой вселенной, и попал в любовные сети. Ну что тут скажешь? Кисмет. Он пришел ко мне почти на рассвете:

– Моя госпожа, ну не могу я больше.

– Диване, ты отлично знаешь, что по утрам я соображаю не очень. Говори более развернутыми предложениями и, по существу, если можешь.

Это действительно так. Я классическая сова и все, кто меня хорошо знал, рано утром ко мне не подходил, ибо чревато. И раз Диване рискнул, то это само собой говорит о серьезности ситуации.

– Вы говорили, что жениться в раннем возрасте вредно, потому что опасно для рождения ребенка.

– Ну да, говорила. И это правда.

– Да я знаю, уже проверил.

– Как?!

– Да я молоденькую кошку, …

– Стоп. Даже слушать дальше не хочу. Живодёр. Удостоверился?

– Да. Но вы ведь сами говорили, доверяй, но проверяй.

– Но это не касалось кошек, истязатель.

– А как еще проверить, не на людях же.

– Сомневался, значит?

– Не то чтобы сомневался, скорее искал возможность всё это обойти.

– Нашел?

– Да. – Тут я искренне удивилась. А потом меня разобрало нешуточное любопытство.

– Тогда поведай мне все подробности своего поиска.

– Тут все просто, моя госпожа. Жить настоящей семьей можно, только надо контролировать зачатие ребенка, а как это сделать, уже придумал. Я вычислил, что у вас такие лекарства есть. Умоляю вас, госпожа, ну нет сил терпеть. Поделитесь этими лекарствами.

Дожила. Теперь я буду консультировать семнадцатилетнего пацана и четырнадцатилетнюю девчушку как использовать контрацептивы. Нет, в эту эпоху в такие годы уже люди считаются взрослыми, женятся, беременеют и рожают, очень часто со смертельным исходом. Но я своим ребятам еще на мысе Таран все расписала и объяснила. И наивная северная девушка, решила, что всё в порядке. Как же, размечталась. Про любовь-то я и забыла, а она устанавливает свои законы, которые никакие родители, принцессы и близкие люди не смогут изменить. Посмотрела на Диване и четко уяснила: послушает он меня, приказ выполнит, но это уже будет не мой Диване. Врагом не станет, а настоящим другом не будет никогда. Любовь всегда сильнее.

– Слушай сюда. Когда уедут хорезмийцы, это будет примерно через месяц, сыграем свадьбу, как положено. Готовьтесь. Лекарство дам Милане и научу пользоваться. Если кому-нибудь проболтаетесь, а я узнаю об этом рано или поздно, тогда не только перестану снабжать вас этими лекарствами, но и выгоню вас из нашей команды. И проси, не проси, своего решения не изменю. Все понятно?

– Да, моя госпожа! Да я за вас…

– Мне этого не надо. Диване, говорю совершенно серьезно. Раскрыв эту тайну, ты можешь навести на меня большую беду. Поэтому, очень серьезно поговори с Миланой. Её будут обсмеивать и очень жестоко. Бесплодные женщины здесь – изгои. Она должна терпеть до 18 лет, слишком она маленькая и тонкая в кости. Поэтому никаких оправданий, полное игнорирование насмешек. Сможет?

– Да, моя госпожа. Я поговорю с ней, она тоже все понимает. Спасибо вам.

– Хорошо. До свадьбы.

Я дала гостям из Хорезма время на настоящее знакомство с родичами, а потом все вместе начали заниматься ближневосточными делами. Которые в Хорезме шли не очень. Кроме желания управлять страной, надо иметь и способности к этому делу. К сожалению, не многие правители так думают. Конечно, бывает форс-мажор, как случилось со мной. Я правительницей стать не хотела. Кто не понял, повторяю, не хотела. Потому что у меня хватало мозгов понимать, какая на тебя накладывается ответственность, сколько знаний и умений для этого надо, и какой характер нужен для правителя. Недаром, королей и иже с ними, учат управлять с детства. В этом мире я выезжала на послезнании и разумной осторожности в принятии решений. И то не уверена, что мои действия приведут к победе, так сказать. Шаушафар такими мыслями явно не заморачивался. Он отдал страну на откуп своим подельникам, то есть близким подданным, и радовался победе. Пиры, женщины, вино, охота, наркотики, получение взяток, в общем, жизнь удалась. Налоги росли, взятки увеличивались, система каналов не ремонтировалась, войска не тренировались и зарплату получали по случаю. Купцов обирали не по-детски, караваны Шелкового пути все чаще шли южнее, через Кашгар, Балх и Мерв, игнорируя Ферганскую долину. Ремесленников старались всеми силами закабалить. Гнойник власти зрел и разрастался. Думаю, что нам нужно включится в эту вакханалию. Времени было не так уж много, а разработать серьезный план наспех, значит его профукать, чего бы не хотелось.

И на восток, юго-восток и юг отправились купцы, воины, ватажки разбойников, скоморохи, странствующие монахи и дервиши. Нам нужна была информация и союзники. Надеюсь, что найдем и то, и другое. Заодно обновим и проверим новую корпорацию "Янтарный луч", да друзей и приятелей моих людей попробуем влить в наше сообщество. Многие из наших имели связи в тех местах. Особенно поразили меня старейшины Гайн и Кyртньыпатыр Ямшан, когда я спросила, что они знают о Хорезме. Да и спросила так, от нечего делать. Эти мысли меня просто замучили. И когда они рассказали, коротенько, часа на три-четыре, о торговых путях, товарах и ценах на них в зависимости от сезона, городах и городищах, правителях и купеческих объединениях, я упала в осадок. На мой резонный вопрос, почему они не занимаются торговлей, ответили, что занимаются, но очень мало и осторожно, ибо нет у них ни воинов настоящих для охраны, ни золотого запасу. Но готовились и надеялись. Я не могла обмануть их надежды и включила их в нашу торговую корпорацию на правах младших партнеров.

Более того, я решила развернуться широко и далеко. Вспомнив "бабушку Евфросинью" и маму Цитты, решила отправить большой торгово-боевой караван в Индию. Барди {Бородатый}, сын Хольгера, уже три года как под знаменем Рюрика. Раньше он только по Балтике ходил, а с нами и Каспий узнал, и Черное море. И не на одиночном кнорре, а целыми караванами ходил. На данный момент самый опытный и смелый капитан, как, впрочем, и купец. Нагрузили семь новых кнорров нашим оружием и доспехами, инструментами, фарфоровыми расписными сервизами, стеклянными и хрустальными бокалами и вазами, оконным стеклом, янтарем, мехами, свечами, бронзовыми зажигалками, лампами, куклами, детскими домиками и посудой, самокатами, меховые игрушки и кое-что ещё по мелочи, на пробу. Но главный по торговле и переговорах был все-таки Камран. Мало того, что он довольно хорошо знал арабский, персидский и хинди с санскритом, но и прекрасно разбирался не только в торговых и политических делах, но знал математику, астрономию, поэтому именно ему доверили и компас, и астролябию. Попутного им ветра.

Операция "Золотой верблюд" началась.

– Дорогой у нас завтра годовщина свадьбы,

может, зарежем поросенка?

– Поросенок в чём виноват? Серегу надо зарезать,

это ведь он нас познакомил.

Просто анекдот.

Если я не ошибаюсь, то Рунольв и Адлия уже давно создали семью. Но всё же надо это объединение как-то узаконить. Конечно индийскую свадьбу Цитты и Бандура в обозримом будущем никто не переплюнет, но праздничное настроение создать надо. Так как Рудольв был, фактически, сиротой, то согласился играть свадьбу по традициям невесты. А так как она не стала жрицей богини Луны, то захотела провести свадебный обряд по традициям своей семьи. На мой взгляд, он немного поспешил с согласием. Но тут уж ничего не поделаешь – мужчина сказал, мужчина сделал.

Вот и начали готовить свадьбу, но по-зороастрийски.

Дело в том, что бракосочетание зороастрийцев, как бы это сказать? Было весьма неоднозначным. Тут привычка нужна. Их мужчины, как правило, женились в 25–30 лет, а женщины вступали в брак от 14 до 19 лет. Только родители имели право выбирать для своих детей женихов и невест, а дети не могли без согласия родителей или опекунов жениться и выходить замуж. Но не в этом дело. Родителей у них здесь, естественно, нет. А по обычаю, после того как родители обо всем договаривались, происходило оглашение имён вступающих в брак. Этот семейный глас производил главный священнослужитель, который должен был подтвердить и свое согласие на их брак. Но не это меня напрягало. Ведь хотелось, чтобы у этих двоих всё было хорошо. И так уже намучились. В общем, церемония бракосочетания у тех, кто принимает зороастризм, отличалась от тех, кто не такие, как они. Немного путанно, но верно.