А ты не такой?
Шрифт:
Мартин коротко и твердо пожал руку отцу Яны и представился:
– Добрый вечер. Будем знакомы – Мартин Модервал.
– Интересное имя. И фамилия необычная. Запоминается.
– Пап, нам пора, а то котенок замерзнет.
– Да-да, конечно… Яна, ты хоть почаще звони. А то мы волнуемся.
– Хорошо, пап. Ну, пока!
Она поцеловала отца в щеку, обняла его, прижавшись к родному плечу.
– Все будет хорошо, папочка. Не переживай!
Мартин и отец кивнули друг другу. Молодые люди погрузились в машину и уехали. Ян Андреевич ушел раньше, чтобы не быть назойливым.
– Хороший у тебя папа, – задумчиво протянул Мартин.
– Да! Самый лучший. Я их очень люблю. Они поженились, когда маме было двадцать пять, папа на год старше. Кстати, вчера было двадцать девять лет их совместной жизни. Я родилась через девять месяцев после их свадьбы, – с улыбкой вспоминала мамины рассказы Яна. – Они всю жизнь любят друг друга. Просто папа, как любой мужчина, не так ярко выражает свои эмоции и чувства. А мама его ревнует! Ко всем и всему. А ты расскажешь что-нибудь о себе, или это «секретная информация»?
– Да особо и нечего рассказывать. Я – дитя студенческой любви. Мама после третьего курса поехала в США, в какой-то лагерь, работать с детьми. Что-то типа воспитателя. Там же работал мой отец. Плотником. Он индеец…
– Да ты что! – оживилась Янка. – Настоящий? С перьями?
– Не знаю подробностей, – с опаской скосил на нее глаза потомок краснокожих воинов. – Короче, случился я. Как рассказывала мама, отец умолял ее остаться. Очень любил ее. Но она не захотела жить в тех условиях, в каком-то их поселке. Он так и не женился… Когда мне исполнилось восемнадцать лет, мама вручила мне подарок от него. Амулет племени моего отца, она хранила его все эти годы.. А мама вышла замуж, родила еще сына и дочь… У меня хороший отчим, нормально ко мне относился. Но я давно с ними не живу. Сегодня съездил, поздравил маму и сестру.
– А родного отца ты видел?
У Яны почему-то сжалось сердце. Она вспомнила вечно одинокого высокого старшеклассника. Он мало, с кем общался. И не был тогда таким … упитанным.
– Да, мы общаемся с ним по скайпу. Редко, правда. Он в гости зовет на лето. Рыбалка, охота, горы… Может, и поеду.
– Надо поехать! – активно закивала головой Яна. – Это же родная кровь, твои корни. Надо ехать!
– Да. Обязательно. Слушаюсь.
Она тут же вернулась из горячих прерий в холодный салон «UAZ Patriot».
– Вот можешь ты зацепить. А говоришь, я кусачая. Сам такой.
– Не спорю… Приехали. Выгружаемся.
Он помог донести злющего Кита домой. Как только его выпустили из домика, он тут же принял боевую стойку, чтобы напасть на обидчиков. Яна, глядя, на вздыбленную шерстку, усмехнулась.
– Интересно, как мы с ним переночуем? Не загрызет ли он меня?
– Он сам найдет место для сна. Дикие животные очень самостоятельные.
При свете лампы в коридоре Яна заметила ссадины на руках и скуле Мартина. Она подняла на него вопросительный взгляд.
– Нет, это не по твоему вопросу, – ответил ей он. – Это мои дела. Ты собираешься куда-нибудь в эти два дня? Приехать?
– Не надо. Я дома побуду. Дел накопилось много. Тебе и так забот прибавила. Спасибо большое за помощь. И вообще – за все.
– Угу. Ладно. Тогда до вторника? Заехать утром за тобой?
– Нет. Я сама.
Она подошла к нему, взяла за руку. Под пальцами ощутила свежие ссадины, но не стала больше задавать вопросов – все равно не скажет.
Яна была на голову ниже. Но это не помешало ей встать на носочки и чмокнуть его в щеку, полузакрытую волной волос.
– Пока, Мартин.
– Пока, Яна.
Он вышел за дверь и привычно сбежал по лестнице. До вторника можно отложить мысли о наказании негодяя. План его обнаружения уже был готов. Осталось дождаться начала трудовой недели.
Глава 6.
Всегда кажется, что впереди еще много свободного времени, и можно все успеть, но – увы! Оно пролетает пулей. Так и эти два выходных дня проскочили мигом. Домашние незаметные хлопоты забирает много сил и времени. А если здесь еще поселился бесчинствующий котенок, то сутки проскакивает со взмахом ресниц. Не один раз вспомнила Яна дарителя этого мелкого разбойника. Только почему-то перед глазами вставал тот парень-выпускник, которого она помнила еще со школы из-за его необычной внешности.
«Да… Что делает жизнь с людьми?..» – крутились грустные мысли у нее в голове.
И снова утро, и снова все бегом. Только теперь прибавилось хлопот – ведь у нее малыш на руках! Надо помыть его туалет, поменять водичку, дать детскую еду, поймать сорванца и закапать капельки в глаза.
В общем, Янка снова опаздывала.
Погода мало изменилась за эти дни – холодно, скользко, ветрено. Опять народ наблюдал бегущую на каблуках-шпильках девушку, отчего хотелось закрыть глаза – до того травмоопасно это выглядело.
Прыжки по скользким ступенькам, разъезжающиеся двери, скольжение по мокрому полу до «челюстей»…
Янка махала над головой пропуском и выдавала на ходу:
– Мультипаспорт! Лилу! Мультипаспорт! Лилу Даллас!
Она приложила корочку к считывателю и проехала через проходную.
– Уух! Успела. Что вы на меня так смотрите? «Пятый элемент» с Брюсом Уиллисом. Не смотрели, что ли? Темнота! Что вы, как неживые? Привет, малыши-переростки!
На вахте были те же: Федор и Илья.
Последний закипел сразу же.
– Слушай, мелюзга! Я тебе не позволю…
– Ой-ой! Как страшно! – она сделала круглые глаза и быстро-быстро заморгала ресницами. – Ладно, не парься. Не буду тебя трогать. Уж больно ты нервный. Чувством юмора природа не наградила. Да, Федечка? Пусть дуется, как мышь на крупу. А тебе, большому доброму дяденьке, я скажу по секрету, что у меня теперь есть бойцовый кот!
– Кто?! Бойцовый кот?
– Да! И если ты будешь хорошо себя вести, я когда-нибудь покажу тебе фотку. Так хочется похвастаться!
И пока Федор приходил в себя от обилия информации, Яна умчалась на лестницу.
– И почему она меня так бесит? – спросил себя вслух Илья.
– Не знаю. Меня она смешит и удивляет. Ну, и нравится, конечно. Только к ней не подберешься. Все уже пробовали. Кроме Главного, его зама и программиста. Ну, с этим все понятно. Может, и тебя она зацепила?
Илья пораженно смотрел на Федора, осознавая, что он … прав! Ему действительно нравилась Яна. Мало того – он хотел быть тем, на кого она посмотрит без усмешки или равнодушия. Только с его «бычьим» поведением он, похоже, отодвинул ее от себя.